Читать онлайн «Следы в сердце и в памяти». Страница 140

Может ли не вызвать, если не протест, то хотя бы удивление та бесцеремонность, с которой Крым был превращён в предмет военно-политического и государственно-административного жонглирования?

Вспомним события последних 200 с небольшим лет.

- 1783 год - завоевание Крыма Россией и ликвидация государственности крымских татар - Крымского ханства. Уничтожение тысяч населённых пунктов с их жителями, исход значительной части коренного населения в сопредельные государства, изъятие земель у крестьян, разрушение традиционных связей и экономики полуострова.

- 1853 год - Крымская война, в результате которой татарское население обвинено в предательстве. Новая волна ограбления коренных жителей, вытеснение за пределы родины сотен тысяч людей, интенсивное заселение Крыма новыми жителями.

- 1917-1921 годы - ряд неустойчивых изменений, завершившихся вхождением Крыма в состав РСФСР в статусе Автономной республики.

- 1944 год - поголовное выселение коренного населения Крыма, которому инкриминировано ложное обвинение в предательстве.

- 1945 год - преобразование Автономной республики в область в составе РСФСР.

- 1954 год - дарение Крыма Украине генеральным секретарём ЦК КПСС Н. С. Хрущёвым.

- 1991 год (февраль) - восстановление Крымской Автономной республики как субъекта СССР.

- 1991 год (сентябрь) - принятие Декларации ВС Крымской АССР о государственном суверенитете Крыма как составной части Украины.

Во всех этих событиях за исключением периода с 1917 года до конца двадцатых годов, когда крымские татары привлекались (скорее, они прорывались!) к участию в определении своей судьбы и, может быть, в какой-то мере судьбы своей родины, ни до, ни после этого периода они не только не привлекались, но напротив, любыми способами отстранялись от такого участия.

Таковы сухие факты, которые не нуждаются в каких-то подтверждениях - они общеизвестны и объективно достоверны.

И в эти дни крымские татары продолжают оставаться в тисках сильных притеснений. Ведь не секрет то, что, несмотря на всякие Декларации, Государственные комиссии, правительственные постановления и решения, крымскотатарский народ продолжает оставаться в своём большинстве в местах ссылки, не имея возможности возвратиться на свою историческую родину и восстановить свой национальный суверенитет, приложить свои руки к истосковавшейся по ним крымской земле, возродить национальные традиции, язык, культуру, не дать окончательно рухнуть устоям, сложившимся в веках.

У многих, кто обращал внимание на мелькавшие изредка в печати или на телевидении информации по проблемам крымскотатарского народа, сложилось, вероятно, впечатление, будто изрядно сделано и делается ради восстановления справедливости, но чрезмерная агрессивность и экстремизм крымских татар нагнетают обстановку в Крыму, не дают возможность спокойно решать проблему. Слава богу, думающие люди научились извлекать из подобной информации правдивую её часть. Тем не менее становится страшно обидно, когда встречаешься с журналистской недобросовестностью. Этим последним свойством, на наш взгляд, обладают публикации специального корреспондента "Известий" В. Филиппова, подготовленные как раз в связи с проведением Курултая крымскотатарского народа[12].

В них красной нитью проводится мысль о нарушении со стороны Курултая Конституции и законов Союза и республик, образование Меджлиса трактуется как создание второй власти в Крыму, делается вывод о том, что Курултай поставил крымских татар на грань столкновения с живущими в Крыму людьми других национальностей. Примерно такими же идеями пронизано Постановление ВС Крымской АССР "О съезде (Курултае) представителей крымских татар", опубликованном в "Крымской правде" 31 июля 1991 г. В этом постановлении содержится ряд умышленно допущенных искажений в отношении документов Курултая, хотя эти документы, как указано в постановлении, подвергались экспертизе со стороны специалистов, имена которых не названы. Подробный разбор названных публикаций привёл бы нас к неизбежной полемической направленности обсуждения. Мы же преследуем иные цели, заключающиеся в анализе сложившегося положения с восстановлением прав крымскотатарского народа, в выяснении соотношений между принимаемыми решениями и механизмами их реализации, в попытке найти причины происходящего. Поэтому представляется более плодотворным путь более или менее обстоятельного рассмотрения документов Курултая, предлагая по наиболее существенным моментам необходимые пояснения, справочные данные или просто соображения, которые нам кажутся заслуживающими внимания. Нельзя обойти и обстоятельства, приведшие к необходимости созыва Курултая, призванного объединить усилия народа в борьбе за возвращение на свою родину и восстановление своих прав.

Дадим два терминологических пояснения. Слово "Курултай" означает съезд (или собрание) выборных представителей народа, имеющий наивысшие полномочия в решении наиболее важных вопросов во всех сферах жизни народа. Слово "Меджлис" достаточно близко соответствует по своему смысловому значению слову "парламент", которому поручается реализация решений Курултая.

Имеет ли право народ, в данном случае крымскотатарский, созывать свой съезд и провозглашать создание своего парламента? Ведь у него не было официально признанной в рамках бывшей союзной федерации своей национальной территории, ликвидированной в результате поголовного выселения крымских татар с территории Крымского полуострова 18 мая 1944 года. К вопросу о том, была ли Крымская АССР, просуществовавшая до 1945 года, национально-территориальным образованием, как и к вопросу о более раннем периоде взаимоотношений между Крымом и Россией, мы вернёмся несколько позже.

Итак, правомерен ли созыв Курултая?

Если мы на поставленный вопрос ответим отрицательно, то должны будем ответить на другой вопрос: с помощью каких иных форм народ мог выразить своё отношение к нынешнему своему состоянию и к своему будущему?

Если признаётся право народа на самоопределение, то каким мыслится процесс волеизъявления народа в целом относительно своего жизнеустройства в политическом, социально-экономическом, территориальном, культурном, духовном и других аспектах?

Все другие возможные формы организации, как то различные партии, движения, профессиональные организации, национально-культурные или религиозные объединения и т. д., как мы себе представляем, не могут выражать (по своему определению) волю всего народа, а могут выражать интересы только каких-то слоёв, групп, отдельных частей народа, объединённых по определённым интересам или признакам. Обобщённым органом, объединяющим весь народ по национальному признаку, может быть только съезд или равное ему собрание.