Читать онлайн «Парацельс – врач и провидец. Размышления о Теофрасте фон Гогенгейме». Страница 97

Теория арканума изложена Гогенгеймом в 10 книгах «Архидоксов», написанных приблизительно около 1526–1527 годов, а возможно, и несколькими годами ранее, поскольку автор неоднократно подчеркивает в них свою юность и неопытность (III, 139). Мистерия арканума скрывает в себе множество граней и включает «добродетели всех вещей с возможностью их тысячекратного увеличения» (III, 139). Согласно Курту Гольдаммеру, в ряде случаев арканум природы называется также и арканумом человека. Аркануму свойственны категории вечности, поскольку он заключает в себе особую целительную силу, действующую независимо от времени. [349] В учении о лекарственных средствах арканумом называются «снадобья врача» (VIII, 88), как это не раз подчеркивается в «Парагрануме». В этом смысле все лекарственные средства причастны аркануму. В то же время нам следует отделять общие свойства арканума, присущие лекарствам, от их специфических характеристик.

Так, своей спецификой обладают эссенции и экстракты из листьев и корней розы, персикарии или папоротника. Сюда же относятся уксусы, эликсир из масла алое, виннокислый калий, мази из терпентина и т. д. Подробные указания на этот счет содержатся в трактатах «Гербарий» и «О природных вещах», опубликованных во втором томе издания Зюдхоффа.

В пятой книге «Архидоксов» описываются четыре арканума. При чтении этого труда необходимо учитывать, что описания Гогенгейма отличаются от современных научных норм и не соответствуют принятым сегодня канонам «представления» тех или иных химических веществ. Четыре арканума названы у него Prima materia, Lapis philosophorum, Mercurius vitae и, наконец, Tinktur.

Prima materia, или первичная материя, имеет непосредственное отношение к тайне жизни и сравнима с первопринципом досократиков: Гераклита, Анаксимандра и других. Prima materia представляет собой неограниченную субстанцию, которая находится в постоянной динамике. С возникновением материального мира она взяла на себя заботу о постоянном обновлении и омоложении вещественных сущностей и в этой связи является скорее силой, чем материей. В качестве примера Гогенгейм приводит процесс гниения растений, который по своему характеру выступает полной противоположностью аркануму Prima materia. В свете Prima materia следует понимать и сбрасывание кожи саламандрой (III, 142). Prima materia воплощает в себе, таким образом, принцип обновления в природе, в связи с чем Гогенгейм в другом месте называет ее spermatica materia. Стремление к обновлению и омоложению относится к первоосновам Prima materia. Если сравнивать значение и смысл Prima materia с теорией обновления клеток профессора Пауля Нихауза (1882–1971), то нужно учитывать, что Гогенгейм говорит не только о биологическом воздействии на клетки, но и о жизненности и самостоятельности процессов обновления и омоложения, которые имеют как медицинскую, так и метафизическую природу. Окончательная оценка этого феномена зависит от того, в какой степени человек, пытающийся вникнуть в учение Парацельса, учитывает важность метафизической составляющей целебного процесса и роль метафизики в природе человеческого существования.

Lapis philosophorum, или философский камень, у Гогенгейма менее всего связан с народными представлениями о вожделенном алхимическом камне, превращающем все металлы в золото. Гогенгеймовский Lapis philosophorum являет собой принцип трансмутации, или превращения. В таинственных процессах превращения участвуют не только металлы, к примеру медь, цинк, свинец, железо и ртуть, но и сам человек, который вверил себя опытному врачу-алхимику. «Только тот, кто превращается, может сродниться со мной», – это высказывание Кристиана Моргенштерна из его знаменитого собрания афоризмов как нельзя более точно передает смысл превращения, принцип которого воплощает в себе философский камень Гогенгейма. Последний рассматривал исцеление как постепенный процесс, который человек должен пройти от начала и до конца, будучи готовым к происходящим с ним изменениям и превращениям.

По мнению Адриана Филиппа, под оболочкой Mercurius vitae скрывается препарат из сурьмы, и вероятнее всего хлороокись сурьмы. [350] Мы можем в определенной степени согласиться с французским парацельсистом. Однако его теория представляется неполной. Вспоминая о роли и значении ртути (mercurius) в учении Гогенгейма, третий арканум нельзя сводить к обычной материальной субстанции. Имея перед собой широкую гносеологическую перспективу, мы не можем избавиться от мысли, что третий арканум во многом очень схож с рассмотренной выше первичной материей. В Mercurius vitae также присутствуют тенденции к обновлению. Он регенерирует отмершие члены, наполняет их жизненной силой, возобновляет менструальные циклы у пожилых женщин и делает их свежими и радостными, как в молодости (III, 148). Символом меркурия жизни может служить голубой зимородок, перья которого, отливающие металлическим блеском, привлекали внимание многих алхимиков. Линька зимородка символизировала сохраняющуюся в природе животворную, обновляющую силу.

Tinktur употребляется Гогенгеймом для обозначения конечного продукта или результата и является своего рода Ultima materia. Tinktur представляет собой очищающую и одновременно преобразующую эссенцию, которая поддерживает алхимическое равновесие. Даже используемая в минимальных дозах, она сохраняет силу своего действия (XI, 140). Анализ сущности тинктуры позволяет говорить о том, что, по меньшей мере, конечный результат творения не содержит в себе яда. Именно с такой позиции следует понимать широко цитируемое место из апологетического сочинения Парацельса, написанного им в Каринтии: «Пренебрегающий ядом не знает о том, что содержится внутри него. Арканум, который находится в яде, обладает особым свойством, которое предохраняет его от губительного воздействия яда… Однако, исследуя любую ядовитую субстанцию, очень сложно отделить в ней ядовитую часть от той, которая не содержит в себе яда. Яд можно найти во всех вещах. Ядовитой или не ядовитой вещь делают дозы содержащегося в ней яда» (XI, 138).

Являясь сильнодействующим средством, тинктуры выступают ярким воплощением целительной силы, которая в той или иной мере свойственна всем тварным существам. Существуют тинктуры для сердца, мозга и других органов. Для переломов различных членов человеческого тела в тварной природе существуют особые материалы, которые приносят с собой исцеление. «Скорпиона лечат скорпионом, ртуть – ртутью, мелиссу – мелиссой, сердце – сердцем, селезенку – селезенкой, легкое – легким» (VIII, 89). Суть этого путаного высказывания хорошо выражает знаменитый афоризм Парацельса «Сердце лечит сердце» [351] . Он уводит нас в учение о сигнатурах, в котором, несмотря на многочисленные дискуссии, по-прежнему остается много вопросов. Попробуем проиллюстрировать содержательное наполнение приведенного афоризма на следующем примере. Согласно традиции народной медицины, сам внешний вид мелиссы говорит о том, для чего следует использовать это растение. Ее листочки имеют сердцевидную форму, а в облике мелиссы преобладают женственные черты. «Именно поэтому» мелисса с давних времен считается прекрасным сердечным лекарством. Кроме того, ее применяют как успокоительное средство, которое хорошо снимает раздражение, свойственное женщинам во время беременности или в климактерический период. В то же время выражение «сердце лечит сердце» говорит о том, что одной только капли доброй старой мелиссы недостаточно для полного выздоровления.