Читать онлайн «С чего начиналось». Страница 88

Помимо перечисленных атомных электростанций, в Советском Союзе работают несколько опытных энергетических установок малой мощности, а также построены и строятся значительно более крупные электростанции с атомными реакторами мощностью в один миллион киловатт.

Первая электростанция с такими реакторами построена около Ленинграда. Ее мощность составляет два миллиона киловатт, в перспективе она будет увеличена вдвое. Это первая атомная электростанция из серии аналогичных станций, намеченных к строительству в европейской части Советского Союза. Интенсивно строится крупная атомная электростанция под Курском. Первый блок мощностью в один миллион киловатт уже введен в эксплуатацию.

Общая установленная мощность атомных электростанций в СССР в течение ближайших 10–12 лет достигнет 30 миллионов киловатт. Для успешного внедрения атомных электростанций в энергетику СССР созданы все научно-технические предпосылки. Необходимость сооружения таких электростанций диктуется прежде всего тем, что в европейской части Советского Союза практически использованы основные гидроэнергетические ресурсы, а дальнейшее увеличение добычи органического топлива требует крупных капиталовложений, что приводит к повышению его себестоимости.

Отличительная особенность атомных электростанций — независимость выбора места сооружения электростанции от района добычи топлива из-за огромной теплотворной способности ядерного горючего.

Атомные электростанции с блоками мощностью в один миллион киловатт и более по удельным показателям стоимости собственного строительства находятся на уровне современных мощных тепловых электростанций.

…Много атомных электростанций построено в США, действуют такие станции в Англии, Франции, Италии, Японии, Индии и ряде других стран. Ведется строительство новых, более мощных станций, и намечены большие планы на будущее. Таким образом, как будто бы нет никаких причин, могущих воспрепятствовать мирному использованию ядерной энергии. И все же развитие атомной энергетики вызывает в ряде стран тревогу и энергичные протесты.

Чем они вызваны? На чем основаны возражения? На это можно ответить одним словом: страхом. Боязнь всего, что связано с использованием ядерных процессов, стала патологической. Не исключено, что этот страх искусственно поддерживают те круги, которые не заинтересованы в использовании атомной энергии для мирных целей и определили ей область военного использования.

Вопрос об опасности атомной энергии со все усиливающейся интенсивностью поднимается во многих странах, приступивших к сооружению атомных электростанций.

Особенно энергичная кампания против атомных электростанций ведется в течение последних лет в Соединенных Штатах Америки. Мне приходилось на протяжении длительного времени участвовать в обсуждении этих вопросов со специалистами многих стран.

Известное представление о характере предполагаемой «опасности» и обоснованности этих предположений дает приводимое ниже изложение отдельных дискуссий и соображений, высказанных в свое время влиятельными деятелями, имевшими прямое отношение к атомной энергетике.

Еще в дни I Международной конференции по мирному использованию атомной энергии, происходившей в Женеве в 1955 году, я познакомился с крупным специалистом, работавшим в фирме Вистингауз, — профессором Чарльзом Вивером. Вивер принимал активное участие в проектировании первой американской атомной электростанции в Шиппингпорте, а когда началось строительство станции, он был назначен туда главным инженером.

В 1957 году я принимал участие в конференции в Нью-Йорке по рассмотрению устава Международного атомного агентства. Для участников конференции была организована экскурсия в Шиппингпорт, где я снова встретился с профессором Вивером. Встретив меня, он спросил:

— Скажите, у вас, на вашей первой атомной электростанции, на флянцевых соединениях есть какая-нибудь защита?

— А почему вы так беспокоитесь о защите? — в свою очередь задал вопрос я.

— А вдруг где-то из-за неплотности прокладки произойдет течь. Пусть даже очень небольшая. Ведь вода первого контура может быть радиоактивной, поэтому необходимо такие места закрыть защитой от радиоактивных излучений. Нам надо быть особенно осторожными, — подчеркивая слово «нам», произнес Вивер. — Вы не представляете себе, сколько злых глаз наблюдают за строительством атомной электростанции — владельцы угольных шахт, газовых месторождений, нефтяники. Они видят в атомной энергии конкурента и каждую неудачу, даже незначительную, будут изображать как катастрофу.

Настроение Вивера меня тогда поразило, в особенности когда он сказал, что на строительстве этой станции легко можно сломать голову и потерять репутацию.

В 1959 году, будучи в США в штате Нью-Мексико, я встретился с сенатором Клинтоном Андерсеном, который в то время занимал пост председателя объединенной атомной комиссии сената и палаты представителей. Тогда мы вместе с ним провели целый день, и он рассказал мне о ситуации, сложившейся в США в атомной области.

— Ваши дипломаты не понимают нас в вопросах использования атомной энергии, — начал он, когда мы сели с ним в машину и направились осматривать урановые рудники. — Вы инженер, и поймете меня. Не можем мы немедленно прекратить производство ядерного оружия. Не можем!

— Почему? — спросил я.

Мы ехали по великолепной, прямой, как стрела, автомобильной дороге. В этом штате автомобильные дороги не загружены, и машина мчалась со скоростью сто миль в час.

— Как вы думаете, что с нами случится, если я сразу заторможу машину? — спросил Андерсен вместо ответа на мой вопрос.

— Видимо, мы перевернемся, — ответил я.

— Вот это же случится и с нашей экономикой, если мы сделаем full stop[24] в области производства ядерного оружия. Это производство занимает очень большое место в нашей экономике. Многие штаты живут выполнением работ и оказанием услуг атомной промышленности, занимающейся производством вооружений. Завтра вы поедете в штат Теннесси — там у нас находится Ок-Риджские диффузионные заводы. Они стоили нам более двух миллиардов долларов. Что же вы хотите, чтобы мы их разрушили? Да?

— Зачем же разрушать заводы в Ок-Ридже. Насколько мне известно, никто этого не предлагал и не предлагает. Речь идет о другом — о мирном, а не военном использовании урана-235, который они производят. Почему нельзя обогащенный уран использовать в атомной энергетике? — задал я вопрос Андерсену.