Читать онлайн «Герои 1812 года». Страница 191

Каждое отдельное отличие в бою могло быть отмечено отдельной же наградой. Так, некоторые участники Бородинского боя получили по две награды, так как, кроме битвы 26 августа, отличились и накануне, 24 августа, при Шевардине. За четырехдневное сражение при Красном (3, 4, 5 и 6 ноября 1812 года) корнет лейб-гвардии Уланского полка В. И. Карачаров получил четыре (!) награды: ордена Георгия IV степени, Владимира IV степени с бантом, золотую саблю «За храбрость» и следующий чин.

На мундирах военачальников в Военной галерее Зимнего дворца, кроме российских наград, часто видны и иностранные, дававшиеся государствами-союзниками в войне с Наполеоном. Наши полководцы за подвиги удостаивались самых высоких знаков отличия других европейских стран. Так, например, высший прусский орден Черного Орла получили в эпоху 1812–1814 годов восемь наших соотечественников, в том числе М. И. Кутузов, М. Б. Барклай-де-Толли, П. М. Волконский. Последний, кроме прусской награды, был также отмечен за боевые заслуги высшими орденами Швеции, Баварии, Вюртемберга и (после Реставрации) королевской Франции. Почетный боевой австрийский орден Марии Терезии имели за заслуги в сражениях с французами 44 офицера и генерала русской армии, в том числе Кутузов, Барклай-де-Толли, Багратион, Депрерадович, Кайсаров, Уваров, Ожаровский, Ф. Орлов, Васильчиков, и другие. Еще в 1799 году I степень ордена получил А. В. Суворов, а рыцарскую степень этой награды — его сын Аркадий, участвовавший с отцом в итало-швейцарском походе и не доживший всего один год до Отечественной войны. Перечень иностранных наград, заслуженных нашими воинами, особенно при освобождении европейских стран от наполеоновского господства, мог бы получиться весьма большим.

Но была одна иностранная награда, предназначавшаяся лишь русским солдатам, офицерам и генералам за сражение при Кульме.

За сражением наблюдал прусский король Фридрих Вильгельм III и в порыве благодарности приказал наградить весь русский отряд учрежденным незадолго до этого, 10 марта 1813 года, орденом Железного креста. Узнав об этом награждении, русские герои тут же, на поле боя, стали делать себе из кусочков железа и кожи подобия этого знака отличия. До нас дошли некоторые из изготовленных тогда, сразу же после сражения, крестов.

Однако позже, когда опасность для прусских войск миновала, приближенные Фридриха Вильгельма напомнили, что в самой Пруссии орденом награждены еще лишь единицы, в то время как сразу 12 тысяч русских гвардейцев представлены к этой награде. Поэтому 4 декабря того же года, уже задним числом, был выпущен королевский указ, по которому отличие, данное за Кульм русским воинам, названо не орденом Железного креста, а просто Кульмским крестом. Разница во внешнем виде наград заключалась в отсутствии на Кульмском кресте даты «1813» и вензеля Фридриха Вильгельма III.

Официальная выдача прусской награды задержалась на полтора года. Лишь в мае 1815 года в Россию было отправлено 11 563 креста, в том числе 443 офицерских (покрытых черной эмалью) и 11 120 солдатских (на них вместо эмали была черная краска). На параде гвардейских частей, устроенном в Санкт-Петербурге, был роздан 7131 крест. Что касается награды от царя, то солдаты получили за подвиг при Кульме по два рубля на человека.

В 1800 году в русской армии были введены знамена нового образца. Но начало века ознаменовалось не только появлением очередной разновидности, но и новым осмыслением значения боевого знамени. Раньше на знамена, равно как и на другие виды «амуниции», существовали сроки службы, по истечении которых они заменялись новыми. Теперь же знамя становится важнейшей регалией, даваемой войсковой единице практически навсегда. Именно в самом конце XVIII века, в 1797 году, вводится присяга у знамени: «какого бы чина и звания ни были, всякий раз не иначе как под знаменами, наблюдая при том, чтобы приводимый к присяге, имея распростертую вверх руку, другою держался бы за знамя».

Знамена образца 1800 года давались по одному на роту во все полки тяжелой пехоты — гвардейские, гренадерские, мушкетерские, морские и гарнизонные. Позднее, с 1802 года, знамена стали даваться по два на батальон (6 на полк), а с 1814 года — по одному на батальон. Легкой пехоте — егерям — знамен по штату не полагалось, и они могли их заслужить лишь за боевые отличия по одному на полк. В коннице давались штандарты, по одному на эскадрон, только в полки тяжелой кавалерии — кирасирам и драгунам. Легкая кавалерия — конные егеря, гусары и уланы — штандартов не имели и награждались ими только за военные подвиги. Казачьи части получали не штандарты, а знамена, как правило, по одному на полк и главным образом за отличия. Гвардейский Морской экипаж, которому по расписанию не положено было иметь знамена, заслужил одно наградное знамя за исключительную храбрость при Кульме. В артиллерийских частях иметь знамена также не полагалось, но они не выдавались русским пушкарям даже за боевые отличия.

В 1800 году началась выдача в числе прочих и особых наградных знамен. При этом на полотнище делалась надпись, рассказывающая о причине пожалования награды. Из общего числа выданных за отличия знамен образца 1800 года четыре были получены за сражения с французами. Так, Архангелогородский пехотный полк во время знаменитого Альпийского похода Суворова отличился в бою при деревне Молис, где захватил у французов знамя, 2 пушки и 100 пленных. За это архангелогородцы были награждены знаменем с надписью «За взятие французского знамени на горах Альпийских». Такую же награду получил пехотный Смоленский полк. Московский гренадерский полк, также принимавший участие в итало-швейцарском походе, в двухдневном сражении при Треббии захватил французское знамя. Позднее, при реке Нуре, в руки «московцев» попало еще одно вражеское знамя. В ознаменование этих подвигов Московский гренадерский полк 6 марта 1800 года был награжден знаменем с надписью «За взятие знамени при реках Треббии и Нуре 1799 г.». Таврический пехотный полк принимал участие в составе русско-английского отряда в экспедиции против французов в Голландию в 1799 году и в сентябре того же года в бою под Бергеном захватил вражеское знамя. Он получил за это отличие новое знамя с надписью «За взятие знамени в сражении против французов в Голландии под Бергеном 1799 г.». В том же году особое знамя получило все Войско Донское, с надписью «За оказанные заслуги в продолжении кампании против французов 1799 года».

Эти наградные знамена можно считать прообразами наградных Георгиевских знамен (при Павле орден Георгия не выдавался), которые появились в связи с кампаниями 1805-го и 1806–1807 годов. За бой при Шенграбене, где пять тысяч русских сражались против 30 тысяч, были впервые выданы знамена и штандарты с изображением белого Георгиевского креста в копье или навершии древка, с желто-черными Георгиевскими лентами, к которым подвешивались знаменные кисти. Такие награды с пространной надписью: «За подвиг при Шенграбене 4 ноября 1805 года в сражении 5 т. корпуса с неприятелем, состоявшим из 30 т.» — получили Павлоградский гусарский и Черниговский драгунский — штандарты, а Киевский гренадерский и казачьи Войска Донского полки Сысоева и Ханжонкова — знамена.