Читать онлайн «Взгляды». Страница 104

«Я русский писатель, — писал Свирский в своем заявлении, — я был убежден в этом. Именно как русского писателя меня приняли в СП СССР. Но в 1965 году, когда я начал протестовать против антисемитизма главного редактора журнала «Дружба народов» Василия Смирнова, почтенные пожилые дамы из официальной комиссии вскинулись в ярости, теряя остатки почтенности:

«Как это может быть, чтобы русский писатель и — еврей?» (см. стенограмму общего собрания писателей Москвы от 20-ХII-1965 года).

«Я коренной россиянин, считал я, — писал Свирский, — но на меня взирали холодные отдаляюще-насмешливые глаза «к примеру, зав. культурой» Соловьевой, заявившей во всеуслышание, что она разделяет взгляды Василия Смирнова, и я видел в них, кто я…» (стенограмма общего собрания писателей Москвы от 20-ХII-1966 г.).

Официально наши сановники всюду утверждают: «У нас антисемитизма нет» (Косыгин). «Мы за последовательно-демократическое решение еврейского вопроса, путем добровольной естественной ассимиляции» (Ладейкин).

Практически, почтенные дамы из официальной комиссии вскинулись: «как это может быть, чтобы русский писатель и — еврей?» А завкультурой горкома КПСС Москвы Соловьева, смотря в глаза ассимилировавшегося по этому рецепту еврея Свирского, считавшего себя россиянином, напоминает ему своим взглядом, что он… жид.

Такова истинная картина взаимоотношений нации угнетающей и нации угнетенной. База для широкой ассимиляции евреев с коренным населением отсутствует. В силу этого такие подлинно ассимилировавшиеся евреи, как Свирский, вынуждены эмигрировать в Израиль, хотя Свирский прекрасно сознает, что в Израиле он не сможет стать писателем на языке иврит, то есть, не сможет обеспечить для себя сносную жизнь. Он едет в Израиль, чтобы оказаться не среди «чужих», а среди «своих».

Такова логика событий. Повышенное внимание к евреям и сионизму выросло только из великодержавных интересов советского государства.

Спрос вызвал предложение. На поверхность советской пропаганды всплыло большое количество «знатоков» еврейского вопроса, истории еврейского народа, сионизма, иудаизма и т. д. Во всех центральных газетах, в научных, политических и литературных журналах Москвы, Ленинграда, Киева, Минска и др. центров появились статьи и исследования по этим вопросам. Замелькали фамилии «ученых» и журналистов, сделавших себе на этих трудах карьеру. Большими сериями стали издаваться книги по дешевым ценам, брошюры и сборники статей под сенсационными заголовками, как, например, «Иудаизм без прикрас», «Осторожно — сионизм» и т. д. Вся эта идейная макулатура вывела советскую печать на первое место в мире, опередив черносотенные и гитлеровские издательства по выпуску антисемитской литературы.

Дотошное толкование о том, что такое евреи — нация, национальность, народность или еще что-нибудь такое, свидетельствует только о том, что авторы такого толкования исходят не из классовых, а из расовых побуждений. Подлинных ученых марксистов такой вопрос интересовать не должен. Честный политик может говорить об этом, как, скажем, говорили об этом Ленин или Каутский, только для того, чтобы определить линию социал-демократа в решении еврейского вопроса, не в смысле ликвидации евреев, а в смысле отношения к ним как к равноправному народу.

Все антисионисты интересуются вопросом о евреях не как ученые, а как шовинисты. В их задачу входит унизить евреев, а не выяснить вопрос по существу.

Ленин не рассматривал евреев как нацию именно с этой точки зрения, так как евреи с момента рассеяния не обладали своей территорией и общим для всех языком. А эти два условия — территория и язык — являются двумя составляющими общепризнанного понятия нации.

Почему Ленин был против сионизма, против консолидации всех евреев на территории Палестины? Нет ли здесь противоречия между его программным пунктом о самоопределении наций и его линией в еврейском вопросе?

Ленин считал, что мы живем в эпоху распада капитализма и мировой социалистической революции. Социализм же — это такой строй, который ведет к слиянию, а не к разобщению наций. Зачем же в этот отрезок истории отвлекать трудящихся евреев на создание своего национального государства? Образование такого государства может привести только к разобщению народов — евреев и арабов — в то время как задача коммунистов не разделять трудящихся разных наций, а создавать условия для их единства. Но, возражая против создания еврейского государства, Владимир Ильич предлагал такую национальную политику партии, которая до революции вовлекала бы трудящихся евреев в общепролетарскую борьбу с самодержавием и буржуазией, а после социалистической революции обеспечивала бы всем евреям-пролетариям равное участие в строительстве социализма наравне с русскими и с другими народами.

В соответствии с этой линией Владимира Ильича после Октябрьской революции, партия вела активную борьбу с национальными предрассудками и с великодержавным шовинизмом. Паспортная система, существовавшая при самодержавии, была отменена. Государство и все его органы и учреждения не спрашивали у своих граждан об их национальности. Все было направлено на то, чтобы обеспечить равноправие всех граждан, независимо от их национальности. Для процесса ассимиляции были созданы все условия. Ленин рассматривал паспортную систему как атрибут полицейского государства, ограничивающего свободу граждан. Об этом сказано в первом издании Малой Советской Энциклопедии, выпущенной в первые годы советской власти.

После введения в 1932 году паспортной системы в паспорт был записан вопрос № 3: «национальность владельца паспорта». Фиксация в паспорте такого вопроса находилась в полном противоречии с ленинской национальной политикой. Растущая дискриминация евреев, бытовой антисемитизм, отождествление «еврей сионист», ежедневные публикации в печати антисионистских статей и заметок, настраивающих население против евреев, привели опять, как и при самодержавии, к обособлению евреев и торможению процесса ассимиляции.

Появилось желание у евреев покинуть Советский Союз и эмигрировать в Израиль, хотя большинство уезжающих считают СССР своей родиной и отлично знают о тех трудностях, которые их ожидают в Израиле, начиная с климатических, языковых и др. Свирский в своем письме в Союз писателей сравнивает положение советского еврея, пожелавшего выехать в Израиль, с положением собаки из произведения еврейского писателя Шолом Алейхема. Он писал:

«У классика еврейской литературы Шолом Алейхема есть строки о собаке, зажатой дверью. Собаку пинают запоем, бьют палкой, улюлюкают, чтобы она пулей вылетела за дверь… И… одновременно ее притискивают дверью, чтобы не могла уйти от побоев. Чем сильнее пинки, тем сильнее прижимают дверью ее изувеченное тело.