Читать онлайн «Лидия Русланова. Душа-певица». Страница 56

В конце 1945 года Особый округ «Кёнигсберг» был расформирован. 7 апреля 1946 года был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР: «Образовать Кёнигсбергскую область на территории города Кёнигсберг и прилегающих к нему районов с центром в городе Кёнигсберге. Включить Кёнигсбергскую область в состав Российской Советской Федеративной Социалистической Республики». Через несколько дней после переименования области в Калининградскую Сталин подписал Постановление Совета министров СССР № 1522, которое открыло путь к массовому заселению нового края советскими гражданами. В обжитую, богатейшую область с хорошо развитым земледелием и скотоводством, застроенную красивыми городами и уютными деревнями, хлынули переселенцы из разорённых войной районов Центральной России.

Генерал Крюков тоже был победителем в минувшей войне. И свою долю трофеев он тоже взял. Мебель, посуда, ковры, гобелены, меха, автомобили… Были ли в числе трофеев драгоценности? Возможно, были.

Трофеи везли все. Солдаты — в вещмешках. Некоторые обзаводились чемоданами. Но в чемодане много не увезёшь. Фронтовики рассказывали, что героям Советского Союза и полным кавалерам ордена Славы позволялось больше, чем ручная кладь. Некоторые из этой привилегированной категории, кто похозяйственнее да пооборотистее, а проще сказать, понаглее, обзаводились собственными повозками в обозе. Хороший конь, а то и пара, просторная трофейная повозка на железной оси, в которой можно разместить сравнительно большой багаж, — вот те трофеи, которые были доступны даже для некоторых рядовых солдат. Конечно, пользовались такой привилегией военнослужащие, так или иначе приближённые к начальству. Иначе кто бы им позволил этакое барахольство. Рядом с повозками героев и полных кавалеров двигались повозки офицеров. Но это было не во всех армиях, не во всех дивизиях и полках. Всё зависело от командира. А человеку, солдату — только позволь, только отпусти его на волю… Война продемонстрировала немало примеров мародёрства и насилия. Что было, то было.

Генералам незачем было шарить по домам и брошенным магазинам. Генералы всё, что им причиталось по чину, брали на складах.

Ещё в феврале 1943 года в Красной армии были созданы трофейные бригады. Они собирали на полях боёв, оставленных войсками, брошенное оружие, снаряжение, гильзы из цветных металлов, продовольствие. В том 1943 году был создан Трофейный комитет во главе с Маршалом Советского Союза К. Е. Ворошиловым. Соответствующие формирования возникли и в действующей армии от фронтового управления до дивизионного. В положении, утверждённом в 1944 году, говорилось: «Трофейные органы, части и учреждения Красной Армии обеспечивают сбор, охрану, учёт, вывоз и сдачу трофейного вооружения, боеприпасов, боевой техники, продфуража, горючего и других военных и народнохозяйственных ценностей, захваченных Красной Армией у противника».

Таким образом, дело по сбору, учёту и хранению, а также переработке и вторичному использованию трофеев (оружия, снаряжения, боеприпасов) было поставлено на государственный уровень.

Вскоре, как мы уже упоминали в одной из глав, по предложению художника и реставратора И. Э. Грабаря были созданы трофейные бригады особого назначения, которые специализировались на сборе культурных ценностей с целью компенсации потери советских музеев во время войны за счёт произведений искусства, принадлежащих Германии.

В феврале 1945 года специальным постановлением Государственного Комитета Обороны был создан Особый комитет при ГКО, «задачей которого стало обеспечение межведомственной координации при организации вывоза с территории Германии трофейного имущества. Особый комитет руководил деятельностью постоянных трофейных комиссий при фронтах (в их подчинении были и трофейные бригады комитета по делам искусств СССР и комитета по делам культпросветучреждений РСФСР)».

Трофейная бригада — это, как правило, несколько специалистов в военной форме с погонами офицеров Красной армии от лейтенанта до майора, снабжённых необходимыми документами и предписаниями, которые позволяли полную свободу действий в рамках существующих полномочий. Такие бригады обеспечивались транспортом и связью, могли привлекать в помощь себе людей и технику ближайших воинских частей, шли вслед за наступающей армией и «занимались поиском наиболее ценных в художественном и научном отношении книг, рукописей, коллекций». При обнаружении «брошенного» или «бесхозного» имущества, относящегося к вышеназванному, комиссия (бригада) тут же, на месте, принимала решение, и «в целях сохранности от порчи, разрушения или расхищения» найденные ценности свозились на специальные склады для последующей их транспортировки в СССР.

В состав трофейных бригад входили учёные, искусствоведы, историки, работники искусств. Среди них — сотрудник Московского музея керамики Б. Алексеев, директор МХАТа А. Белокопытов, историк В. Блаватский, научный сотрудник Музея им. Пушкина А. Чегодаев, сотрудник Музея современного искусства Н. Соколова, профессор МГУ В. Лазарев.

Шестого мая 1945 года Комитет по делам культпросветучреждений (будущее Министерство культуры РСФСР) направил в Берлин бригаду специалистов на поиски «похищенных нацистами на территории СССР музейных и библиотечных ценностей». Руководили бригадой «поисковиков» директор Института музееведения профессор Алексей Маневский и директор Библиотеки иностранной литературы Маргарита Рудомино, имевшая звание подполковника.

Операция, проводимая советскими трофейщиками в рамках существующих на тот период постановлений и приказов, а также служебных инструкций, вполне отвечала нормам международного права. В юриспруденции она именуется «компенсаторной реституцией».

Эксперты напрямую подчинялись Москве. Известна история с шедеврами Дрезденской галереи, когда командующий войсками 1-го Украинского фронта маршал Конев буквально спас Цвингеровскую коллекцию картин от уничтожения и разрушения в сырых штольнях, куда немцы спрятали картины и другие музейные ценности. Профессор Маневский в своих воспоминаниях отмечал большую заботу командующего войсками 1-го Белорусского фронта маршала Жукова о сохранности собрания Библиотеки Берлинского университета: «Помещение библиотеки от бомбардировки не пострадало и все собрания полностью сохранились. С первых же дней вступления Красной Армии в Берлин был выставлен воинский караул. Специальным приказом маршала Жукова вход в библиотеку и изъятие книг запрещены».

Двадцать шестого июня 1945 года Сталин подписал постановление ГКО № 9256, которое предписывало буквально следующее: «Обязать Комитет по делам искусств при СНК СССР (т. Храпченко) вывезти на базы Комитета в г. Москву для пополнения государственных музеев наиболее ценные художественные произведения живописи, скульптуры и предметы прикладного искусства, а также антикварные музейные ценности».