Читать онлайн «Эффективный Черчилль». Страница 94

По мере развития событий (неудачи союзных войск во Франции) Черчилль постепенно стал менять политический курс. На заседании военного кабинета 20 мая он заявил, что обратился к начальникам штабов с просьбой проанализировать готовность английских баз осуществить прикрытие британских экспедиционных сил в случае их эвакуации. Также он заметил, что Британия «достигла предела в объемах своей военно-воздушной помощи Франции». Премьер подчеркнул, что, продолжая снабжать союзника ресурсами, «мы фактически оголяем наши собственные оборонительные укрепления»[683].

На следующий день Черчилль повторил свою мысль, отметив «большую опасность, связанную с отправкой из страны даже небольшого числа самолетов, если их можно задействовать в наших операционных задачах в ближайшем будущем»[684].

Несмотря на подобные заявления, помощь Франции продолжалась в соответствии с утвержденным ранее решением.

После эвакуации британо-французских войск из Дюнкерка вопрос поставки вооружений на континент снова стал занимать английское руководство. На заседании военного кабинета 3 июня были заслушаны мнения ряда политиков и военных. Подводя итог, Черчилль предложил в ответе французам отметить, что «мы потрясены недавними операциями во Франции и сможем восстановиться, если нам дадут передышку». До этого же момента отправка новых эскадрилий будет «экономически нецелесообразна, поскольку отсутствует возможность обеспечить их комплектацию»[685].

На следующий день на утреннем заседании военного кабинета Черчилль в очередной раз вернулся к вопросу о помощи Франции и предложил пересмотреть вчерашнее решение. По обновленным данным министра авиационной промышленности лорда Макса Бивербрука, в распоряжении британцев было больше самолетов, чем в момент вторжения фашистских войск в Западную Европу 10 мая. «Мы не можем держать все что хотим для нашей обороны, в то время как французы сражаются за свои жизни», — резюмировал британский премьер.

Позицию Черчилля вновь подверг критике Арчибальд Синклер, считавший, что количество самолетов — далеко не ключевой показатель. Куда важнее был тот факт, что Военно-воздушные силы Соединенного Королевства понесли большие потери в людях. Большинство эскадрилий были «сильно дезорганизованы», лишившись своих лидеров. Отправка таких эскадрилий во Францию может привести к «катастрофе» и наверняка задержит процесс восстановления оборонительных сил в самой Британии, указал министр[686].

Однако Черчилль проигнорировал замечания своего коллеги. Премьер-министру Франции Полю Рейно было отправлено новое, обнадеживающее послание.

На следующий день, несмотря на возражения начальника истребительной авиации маршала Хью Даудинга, Черчилль направил Рейно телеграмму, в которой заверил главу французского государства в отправке двух эскадрилий истребителей и четырех эскадрилий бомбардировщиков[687].

Едва телеграмма премьера дошла до Рейно, как британцы получили новый запрос. Французы просили отправить «немедленно» десять эскадрилий, а вслед за ними «еще десять эскадрилий сразу, как только это будет возможно»[688]. На протяжении следующих двух дней французские военные продолжали запрашивать дополнительный контингент, недвусмысленно подчеркивая, что помощь англичан не способна удовлетворить их нужды.

На заседании комитета обороны 8 июня Черчилль решил выработать окончательную позицию в этом вопросе. Вначале он еще раз сформулировал для себя и своих коллег имеющиеся варианты, после чего перешел к их анализу и оценке возможных последствий. «В настоящее время перед нами имеются две альтернативы, — сказал премьер. — Мы можем считать, что сражения, которые происходят в данный момент, являются решающими как для Франции, так и для нас самих. В этом случае мы в состоянии направить все наши ресурсы на спасение положения и одержание победы. В том случае, если мы потерпим неудачу, нам не останется ничего, как капитулировать.

При другом варианте мы можем полагать, что, хотя нынешние сражения на суше и представляют огромное значение, они не являются в той или иной степени решающими для Великобритании. Если они будут проиграны и Франция будет вынуждена принять условия перемирия, нам ничего не останется, как продолжить борьбу в надежде на окончательную победу. Растрачивая ресурсы нашей обороны, мы рискуем проиграть войну. Даже если дела во Франции стабилизируются, Германия может направить на нас всю свою военную мощь, и нам останется лишь уповать на их милость».

В сложившейся ситуации, по мнению Черчилля, было бы «фатальной ошибкой уступить запросам французов и подвергнуть риску обороноспособность нашей страны».

Как отмечено в стенограмме заседания, предложение британского премьер-министра встретило «единодушную поддержку»[689].

Каким бы рациональным ни было принятое решение, его истинная ценность становится очевидной только тогда, когда оно воплощено в жизнь. Нередко для того, чтобы реализовать принятые решения, руководителям приходится прикладывать не меньше усилий, чем на оценку и выбор достойной альтернативы. «Иногда альтернатива так и не становится реальностью из-за того, что менеджерам не хватило сил или ресурсов, необходимых для осуществления задуманного, — отмечает профессор Ричард Л. Дафт. — Для успешной реализации может потребоваться проведение дискуссий с людьми, которых затрагивает принятое решение, а это значит, что менеджер должен обладать коммуникативными навыками, умением мотивировать работников и лидерскими качествами»[690].

В своей практике Черчилль использовал широкий арсенал инструментов для претворения в жизнь своих решений. В этом отношении очень показательно его поведение при демобилизации британских войск после окончания Первой мировой войны. В тот момент наш герой занимал пост военного министра, и задача возвращения трех с половиной миллионов солдат к гражданским заботам стала одной из важнейших для его ведомства. За неделю до того, как Черчилль занял пост военного министра, 4 января 1919 года, в Дувре и Фолькстоне начались военные демонстрации с требованием скорейшего начала демобилизации.

ИСКУССТВО УПРАВЛЕНИЯ: нередко для того, чтобы реализовать принятые решения, руководителям приходится прикладывать не меньше усилий, чем на оценку и выбор достойной альтернативы.

7 января, после трех дней волнений, правительство Великобритании опубликовало правила демобилизации, которые, вместо того чтобы снять напряженность, лишь подлили масла в огонь общественного негодования. В соответствии с утвержденными правилами первыми на гражданку выходили те солдаты и офицеры, которые уже имели предложения по трудоустройству. Таким образом, человек, отслуживший меньше полугода и имевший гораздо больше шансов найти работу, мог демобилизоваться намного раньше своего однополчанина, за плечами которого было четыре года войны.