Читать онлайн «Пол Маккартни». Страница 71

С помощью Джеффа Линна, выступившего в качестве продюсера, «Free as a Bird» была подвергнута такой же обработке: Харрисон записал слайдовое соло, Ринго сыграл свою «фирменную» партию ударных, а Пол сочинил и спел «бридж», контрастировавший с размеренными куплетами Джона. В результате получилось что–то вроде «We Can Work It Out», только наоборот. «Free as a Bird» заняла вторую позицию в британских рождественских чартах, обогнав душераздирающую «Earth Song» Майкла Джексона и «попсовую» версию «Wonderwall» группы «Oasis» в исполнении «The Mike Flowers Pops». Следующий сингл «The Beatles», «Real Love», не смог покорить Top Ten так же стремительно, постепенно вытесняя коллективы Modern Dance, приторные бой–бэнды и «брит–поп» — группы — это были по большей части команды состава гитара — бас — барабаны, которые, как новомодные «Oasis», черпали вдохновение из песен «золотого века» британского бита.

Ну кто не разделил бы общего восторга и волнения Пола, Джорджа и Ринго, когда альбомы «Anthology» разошлись многомиллионными тиражами и завоевали почти все чарты, продемонстрировав тем самым, что неугасающий интерес к «The Beatles» вспыхнул новым, ярким пламенем, и даже неудавшиеся дубли публика принимала «на ура»?

Книга также стала бестселлером; ее высокая розничная цена с лихвой компенсировалась весом, сравнимым лишь с булыжником из мостовой. Что же касается содержания книги, то, конечно, мы хотим невозможного: видеозапись встречи Джона и Пола в Вултоне, репетиции в августе 1962 года, когда группа собиралась избавиться от Пита Беста; быть мухой на стене в артистической перед выходом четверки на сцену в The London Palladium или воспринимать своими органами чувств ощущения Пола, когда в жизни Джона появилась Йоко.

Вместо этого у нас есть Джордж, Ринго и Пол — и Джон в архивах СМИ, — которые не могут рассказать практически ничего нового о том, какую пищу они ели, какую одежду носили, какие стимуляторы глотали, какие стрижки предпочитали — ах, да, какую музыку играли, — а ведь даже малейшая деталь играет огромную роль для любого отъявленного битло–маньяка. Размышления Маккартни, однако, пестрели раздражающими мусорными словечками. Взять, к примеру, чрезмерное употребление слова «маленький»: «маленькая гитарка», «маленькая студия», «маленький клуб в Гамбурге», «великий маленький период» (встречается по крайней мере два раза) и прочие «маленькие» вещи. Сам он, наверное, этого и не замечает.

События, произошедшие после выпуска «Anthology», показали, что последнего слова великолепная четверка еще не сказала. Не проходит и месяца без выхода новой книги о «The Beatles» (вроде этой) — миллионы слов анализа того или иного аспекта их творческого пути. Появляются и бутлеги — в Голландии недавно нашли очередные пленки с несколькими минутами эпохи «Let It Be».

Таким образом, «The Beatles» выдерживают испытание временем, пока вокруг них разворачивается бритпоп–бум. В 1998 году вышел сборник под интригующим названием «Sixties Sing Nineties» («Шестидесятые поют девяностые»), где к хитам в исполнении новичков прикоснулась рука мастера (и не одного), будь то участие Дэйва Ди в «Don't Look Back In Anger» тех же самых «Oasis» и заново переосмысленная ребятами из «Wet Wet Wet» «Love Is All Around» Рега Пресли.

Как и в случае с Modern Dance, Маккартни, которому было уже за пятьдесят, решил попробовать себя в стиле бритпоп, взяв в компаньоны тридцатисемилетнего Пола Уэллера, бойфренда его дочери Мэри, и, что еще ближе к теме, Ноэля Галлахера, лидера «Oasis», для записи «Come Together» для «Help!», альбома в исполнении «разных артистов», средства от продаж которого пошли в помощь пострадавшим от войны в Боснии, где теперь царили разруха и голод. Символизируя три поколения поп–аристократии, трио, называвшее себя «The Smokin… Mojo Filters», после выхода альбома получило статус звезд, тогда как сингл «Come Together» — что вполне предсказуемо — оказался самым провальным.

Так же как слово «история» воспринимается сейчас исключительно как манерные костюмированные драмы в шести еженедельных двухчасовых эпизодах по телевидению, «классической музыкой» многие современные люди называют то, что вы слышите, когда ваш собеседник задерживает вызов, чтобы открыть входную дверь. Когда Пол Маккартни был молодым, классическая музыка таким же образом звучала на «Light Programme» на Би–би–си под управлением Мантовани, Эдмундо Роса, Джеральдо и им подобных дирижеров. От «Music While You Work» («Музыка во время работы») достаточно было короткого шажка до рассылок Reder's Digest с названиями вроде «Music For Reading» («Музыка для чтения»), «Music For Dining» («Музыка за обедом») и «Music For Solemn Occasion» («Музыка для торжественного случая»), ведь «этому вечно спешащему миру необходимы утешение и комфорт», утверждал голос диктора в сопровождении органа Баха в программе «The Quiet Hour» 1963 года.

Такая музычка не требовала сосредоточенности и не вызывала желания призадуматься, «да, это интересно». Вы не могли бы сказать о ней ничего конструктивного. Они просто есть, и все, эти суррогатики «Tales Of Hoffmann», темы из «Lone Ranger», «Bolero» Равеля, «Largo» Генделя и им подобные. В сфере, где верховодили Элгар, Воэн Уильяме и Бенджамин Бриттен, наиболее легкие вещи сэра Уильяма Уолтона также могли фигурировать в плей–листе «Light Programme», особенно те из них, которые были написаны специально для фильмов Голливуда или Илинга. Уолтону принадлежит и «Fanfare For Brass» к пятидесятилетию EMI, а к столетию компании в 1997 году Маккартни написал «Standing Stone», звуковой памятник Айвену Воэну, своему школьному другу, который познакомил его с «The Quarry Men».

Это произведение имело форму симфонической поэмы, состоящей традиционно из четырех частей, о которой журнал Music написал, что она «являет собой значительный скачок в смысле стиля и содержания, убедительный результат четырехлетнего труда».

Основной мелодический рисунок Пол сочинил на фортепиано, а затем написал стихи, в которых, опираясь на кельтские мифы и свои ирландские корни, раскрыл собственную концепцию происхождения Земли и появления человека, назвав его обобщенно «Первое Лицо Единственное Число», чей жизненный путь был посвящен поиску — да–да, вы уже догадались — Истинной Любви.