Читать онлайн «Михаил Шолохов в воспоминаниях, дневниках, письмах и статьях современников. Книга 2. 1941–1984 гг.». Страница 345

Что нового внес Шолохов в эту важную проблему, какой урок преподает он нам? В условиях социалистического переустройства общества единство писателя и народа, единство ученого и народа заключается не только в необходимости поддерживать общие демократические лозунги, не только в том, чтобы сливаться с широчайшими слоями, а в том, чтобы слить свое творчество с партийной, ясной классовой позицией, слить с единственно верной, правильной, мудрой, далеко смотрящей наукой, с научным мировоззрением – марксизмом-ленинизмом.

И если мы сегодня говорим о том, что в лице Л.Н. Толстого человечество сделало шаг вперед в своем художественном творчестве, поскольку Толстой отразил народные интересы в предреволюционный период, интересы широчайших слоев трудящихся, то Шолохов сделал следующий шаг – дал художественный ответ на вопросы своей эпохи, связав его с марксистско-ленинским учением.

Казалось бы, наука – объективна, искусство – тенденциозно в хорошем смысле. Оно стоит на позиции определенного общественного слоя или класса. А наука? Мы знаем, что наука не объективистски безразлична к борющимся силам в обществе. И объективная наука обладает классовой направленностью, тенденциозностью. Вот почему

В.И. Ленин мог говорить о себе: был, и пребуду «злобно-тенденциозным» в борьбе против врагов российского пролетариата.

Эта тенденциозность соединяет подлинную марксистско-ленинскую науку и творчество великого художника.

Когда мы говорим о романах Шолохова, то трудно сказать: где здесь жизнь, где вымысел. Романы Шолохова – это воссоздание определенного мира, где раскрывается богатство психологических, общественных отношений людей, так что эти романы, в первую очередь «Тихий Дон», становятся энциклопедией жизни. И это утверждает единство художественной позиции Шолохова и его научного подхода. Произведения Шолохова «Тихий Дон» и «Поднятая целина» стали настольными книгами для борцов революционно-освободительного движения во многих странах мира.

В нашу эпоху мы сталкиваемся с научными проблемами взаимоотношений человека и природы.

К сожалению, немало существует романов, где вообще отсутствует природа, где нет даже внешнего пейзажного оформления. У Шолохова природа – не пейзаж, она – участница всех событий. И то, что он так живописует природу, делает Михаила Александровича союзником в борьбе, проводимой нашей наукой за сохранение, спасение, сбережение и обогащение природы.

Есть наука, которая еще только формируется, становится, только определяет свой предмет и метод. Эта наука – о культуре. Если мы вдумаемся, то станет ясно, что М.А. Шолохов вносит свой активный вклад в становление этой науки.

В самом деле, культура – это прежде всего синтез всех форм деятельности человека, это то интегрирующее, что объединяет любые формы деятельности. В творчестве Михаила Александровича мы видим это удивительное сочетание художественной правды, психологизма, историко-социологического отражения действительности, политического отношения к ней и, наконец, научного обоснования наших идей на принципах марксизма-ленинизма. Вот это – тот синтез, который позволяет формировать подлинную и истинную культуру человека.

Идейное зеркало культуры в буржуазном мире в результате разобщенности, изолированности людей подчас разбивается на отдельные мелкие, пусть яркие, осколки, каждый из которых пытается отразить весь мир. Это можно показать на примере западного искусства. Наука и художественное творчество противопоставляются там друг другу, что вызывает беспокойство у прогрессивных сил.

У нас на Северном Кавказе построен величайший в мире телескоп. Его зеркало сверкает в кавказских предгорьях. Таким телескопом, отражающим богатый мир современной эпохи, является творчество нашего дорогого друга, любимого писателя Михаила Александровича Шолохова!

Сегодня здесь много было сказано хороших, теплых слов о замечательном романе Михаила Александровича Шолохова «Тихий Дон». В этом нет ничего удивительного, так как это произведение завоевало признание миллионов читателей на всех континентах планеты.

В любом уголке земного шара можно встретить поклонника яркого таланта Михаила Александровича. Мне вспоминается случай, который произошел со мной в прошлом году в Улан-Баторе на симпозиуме по организации социалистического соревнования. После симпозиума я подарил одному из постоянных моих собеседников фигурку казачки и сказал: «Примите в знак дружбы с представителем рабочих тихого Дона нашу Аксинью». Поблагодарив меня, мой собеседник удивленно спросил: «Это случайность или вам сказали, что одна из любимых книг у меня роман «Тихий Дон»?» – «Случайность, – ответил я, – но мне очень близки и дороги герои «Тихого Дона», поэтому и сувенир из этой серии». Мы долго беседовали о полюбившихся нам героях «Тихого Дона»…

Я очень горд тем, что имею к этому отношение, к Ростовскому книжному издательству, что я член редколлегии журнала «Дон», для которого главным наставником является М.А. Шолохов.

В чем же заключается притягательная сила героев романа «Тихий Дон»? По-моему, она в том, что герои живут на страницах книги человеческой жизнью и ничто человеческое им не чуждо. Знакомясь с ними на первых страницах книги, читатель, как и в жизни знакомясь с новым для себя человеком, не может сказать точно: будет ли этот герой положительным или отрицательным. Согласитесь, что неинтересно читать книгу, когда автор на одних героев дает характеристику, словно заполняет наградной лист, а на других не жалеет черной краски, и поэтому читателю становится известен финал. В романе «Тихий Дон» – жизненные коллизии, и поэтому читатель верит всем неожиданным поворотам в судьбах героев.

Именно за правдивость и объективность в изображении донского казачества тех времен мне полюбился роман «Тихий Дон». За то, что ярко и убедительно рассказано о том, что на тихом Дону были не только сторонники монархии, но были и те, в ком жил дух Степана Разина, Емельяна Пугачева, Кондратия Булавина. Были те, кто в жестокой кровавой сече утверждал Советскую власть на Дону.

В мою жизнь роман «Тихий Дон» входил несколько раз и каждый раз по-разному. Первый раз в юности я прочитал его с огромным интересом, как хорошую книгу. В зрелом возрасте, перечитав роман «Тихий Дон» заново, я убедился в том, какая же сила, огромная сила таланта автора в простоте и сложности изложения небольшого отрезка истории жизни донского казачества. И я бы сказал, что не просто сила, а силища! Третья моя встреча с героями «Тихого Дона» произошла в кино. Когда я впервые смотрел экранизацию романа «Тихий Дон», мне было удивительно хорошо и радостно оттого, что на экране я увидел героев «Тихого Дона» такими, какими представлял по книге. Хорошо и радостно было оттого, что и режиссер, и наши ведущие артисты при воплощении героев «Тихого Дона» сумели максимально приблизиться к вершинам творческого замысла Михаила Александровича Шолохова.