Читать онлайн «Накануне и в дни испытаний». Страница 89

Государственные испытания тяжелого танка ИС-2 с пушкой Д-25Т прошли очень быстро и успешно. Танк привезли на подмосковный полигон, чтобы показать его К. Е. Ворошилову. Тут же стояла трофейная немецкая "пантера". Выстрелили по ней с полуторакилометровой дистанции. Пробив лобовую броню "пантеры", снаряд снес ее башню и отбросил на несколько метров в сторону.

- Какое чудо! - сказал Климент Ефремович.

Вскоре то, что было названо "чудом", появилось на фронте и заявило о себе указанием немецкого командования не вступать в открытый бой с новыми советскими танками ИС-2. Самый большой калибр на гитлеровских танках равнялся 88 мм. Пушка такого калибра была очень сильной. Но сделать то, что удалось советским конструкторам и артиллерийским вооруженцам, противник не смог.

Пушка, предназначенная для ИС-2, хорошо подошла и к "самоходке". Ее поставили на ходовую часть танка и получили ИСУ-122. Очень компактная самоходно-артиллерийская установка, с большой скорострельностью и хорошей проходимостью уверенно поддерживала танки и пехоту в наступлении в последнем периоде Великой Отечественной войны.

Появилась и самоходно-артиллерийская установка СУ-100. Благодаря большой унификации ее быстро освоили в производстве, и она сыграла свою роль в наступательных операциях советских войск.

Ф. Ф. Петров и В. Г. Грабин нередко звонили мне, когда шло изготовление опытных образцов пушек. Делается хотя всего два-три образца, а нужны разнообразные сорта проката, часто новые. И нужно-то всего ничего, не больше двух - пяти тонн - капля в море нашего выпуска металла, а где взять? Для металлургов это крайне невыгодные заказы. Выход продукции мизерный, а времени на переналадку прокатных станов и другие операции теряли много. Ни один директор завода не мог позволить себе сам такую роскошь. И мне это было сделать нелегко, а надо.

В этих условиях как с Василием Гавриловичем, так и с Федором Федоровичем обычно договаривались, что они "подошлют" на завод специалистов: возможно, нужное можно будет подобрать из готового, из того, что уже есть. И только в крайних случаях я обязывал директоров переналадить станы или молоты и выполнить просьбы конструкторов артиллерии. За это Ф. Ф. Петров и В. Г. Грабин были мне всегда благодарны.

"Создавая танковое вооружение и для самоходных установок, - вспоминал маршал артиллерии Н. Д. Яковлев, - ГАУ и Наркомат вооружения имели постоянную, самую тесную связь с Наркоматом танковой промышленности и с Главным бронетанковым управлением. Всю войну эта связь была самой плодотворной, мы всегда находили общее, наиболее приемлемое решение в интересах танковых войск. Во всяком случае, я не помню, чтобы поступали жалобы с фронта на пулеметное и артиллерийское вооружение, которое поставлялось Наркоматом вооружения заводам танковой промышленности".

В войну было приостановлено строительство морской артиллерии, как и постройка крупных военных кораблей для Военно-Морского Флота. Но эта артиллерия участвовала в боевых действиях и сыграла свою роль во многих операциях, как оборонительных, так и наступательных. На Севере и Дальнем Востоке наш флот был численно невелик. Но на Балтийском и Черном морях советские надводные и подводные силы значительно превосходили по своей ударной мощи, основу которой составляла сильная корабельная артиллерия, действовавший там флот врага. Например, 180-мм орудия, устанавливавшиеся на крейсерах, стреляли почти стокилограммовыми снарядами на расстояние свыше 37 километров. Таких пушек не было ни у одного флота в мире. Самая распространенная 130-мм палубная установка Б-13, созданная для эсминцев, посылала снаряд весом в 33 килограмма на 25 километров. А 100-мм скорострельные пушки, которыми вооружали и подводные лодки, били более чем на 20 километров при отличной меткости огня.

К началу войны на заводе "Большевик" скопилось 300 палубных морских артиллерийских установок, главным образом 130-мм Б-13, которые использовали в обороне Ленинграда. Их устанавливали на специальных железнодорожных платформах, с них они и вели огонь по врагу. Впоследствии все железнодорожные батареи в Ленинграде свели в одну морскую железнодорожную артиллерийскую бригаду, которая по количеству орудий стала самым мощным артиллерийским соединением в городе. Морские установки Б-13 хорошо показали себя и в морских операциях, где они широко применялись. А на Северном флоте эсминцы, вооруженные 130-мм морскими орудиями, вели успешную борьбу с немецкими самолетами-торпедоносцами, летавшими на малой высоте.

Перед самой войной строители морской артиллерии успешно испытали 406-мм корабельное орудие, предназначенное для строившегося тогда линкора "Советский Союз". Такие орудия создавались в нашей стране впервые. Длина ствола этих мощнейших пушек составляла 16 метров, снаряд весил более 1 тонны, и посылался он на 45 километров. Не каждый бомбардировщик мог нести бомбу, равную по весу этому снаряду. Было изготовлено 12 таких орудий, но в боевых действиях участвовало лишь одно. На мемориальной плите, которая хранится в музее ВМФ, сделана следующая запись: "406-мм артустановка Военно-Морского Флота СССР. Это орудие Краснознаменного НИМАПа (Научно-исследовательский морской артиллерийский полигон. - В. Н.) с 29 августа 1941 года по 10 июня 1944 года принимало активное участие в обороне Ленинграда и разгроме врага. Метким огнем оно разрушало мощные опорные пункты и узлы сопротивления, уничтожало боевую технику и живую силу противника, поддерживало действия частей Красной Армии Ленинградского фронта и Краснознаменного Балтийского флота на Невском, Колпинском, Урицком, Пушкинском, Красносельском и Карельском направлениях".

Свою роль в войне сыграла и морская береговая артиллерия, которая также была вооружена морскими дальнобойными орудиями. Особое слово эти пушки наших вооруженцев, изготовленные и установленные еще до войны, сказали на участках от Кронштадта до Полонгена, от Архангельска до полуострова Рыбачий, при обороне Одессы и Севастополя и в других местах.

Следует сказать и о таком виде артиллерийского вооружения, как минометьк Они несложны в производстве, просты в эксплуатации, дешевы, но в предвоенные годы, как и самоходно-артиллерийские установки, не были по достоинству оценены. О неправильном отношении к этому оружию свидетельствует и тот факт, что единственное конструкторское бюро по минометам, возглавляемое Б. И. Шавыриным, в свое время закрыли под предлогом "ненадобности этого вида вооружения". А между тем в миномете - "трубе и плите", как с иронией называли его некоторые военные, заложены большие боевые возможности.

Уже советско-финляндская война внесла ясность в это. Несмотря на некоторую недооценку минометов, закрытие на какое-то время соответствующего КБ, у нас до нападения Германии на СССР были созданы многие образцы этого вооружения, а также боеприпасы к ним. Советский конструктор Б. И. Шавырин добился таких результатов, каких не добились немцы. Минометы, созданные коллективом под его руководством, обладали более высокими боевыми и техническими качествами, чем подобное оружие врага.