Читать онлайн «Стратегии счастливых пар». Страница 145

Наконец, рассуждения на эту тему в начале XXI века не могут не учитывать серьезную и пока слабо изученную трансформацию восприятия полигамных тенденций в современных семьях, как и оценки некоторых психоаналитиков и практических психотерапевтов относительно «полезности» измен в ряде случаев. Не лишним будет вспомнить такие нашумевшие в начале нового столетия книги, как, к примеру, «Когда хорошие люди изменяют» Миры Киршенбаум или «Как любят женщины» Мариз Вайан. Новые поколения все более подвержены влиянию растущего числа концепций, не исключающих разделения любви и секса. В угоду защите целостности одной личности они подталкивают людей к рискованным для пары решениям. В результате все чаще наблюдается расщепление сознания современного человека, который все более склонен к новому постулату, что можно любить одного, а сексуальное наслаждение получать с другим (или даже с другими). Причем это касается обоих полов, которые к началу XXI века сравнялись в «раскрепощенности сознания и свободе суждений». Впрочем, ничего не изменилось за века, это расщепление сознания было свойственно человеку всегда.

И все-таки пристальный взгляд на эти изменения говорит о том, что так называемая семейная полигамия, принимаемая частью мужчин и женщин, является скорее своеобразной и далеко не всеми одобряемой терапией брака, нежели его формообразующей средой, то есть разобщенность сексуальной жизни и использование «партнеров на стороне» есть не что иное, как прямое следствие изначально неверного выбора, отставания партнера в этой чувствительной для брака сфере или, по меньшей мере, различных порогов приемлемости в парах. В любом случае, речь идет о психологической или сексуальной незрелости (несоответствии) одного из партнеров. Разумеется, тут можно говорить и об исключениях, таких как различные темпераменты партнеров, или погоня за «нереализованными потребностями», или что-то еще. Но так или иначе, все эти рассуждения будут опускать исследования до уровня тактики; верная стратегия в начале пути почти всегда избавляет от необходимости искать выход из тупика на половине жизненной дороги.

Небезынтересно, что и такой высоконравственный человек, как Альберт Швейцер, рассматривал вопрос полигамных устоев мужской части африканского общества сквозь призму рационализма, считая их выражением необходимости для борющихся за физическое выживание жителей тропической Африки. Поразмыслив над удручающе тяжелыми условиями жизни экваториальных африканцев, он как-то заметил, что для этого народа полигамия является приемлемой, ибо стала средством выживания, развития жизни. Но великий доктор говорил об «упорядоченной полигамии» – многоженстве с учетом ответственности друг за друга членов такого семейного кластера, а не о беспорядочных связях мужчин и женщин. Его высказывание никак не связано с идеологией расширения поля чувственных наслаждений. Для иллюстрации же доминирования стратегической компоненты в отношениях пар стоит привести пример Дмитрия Мережковского и Зинаиды Гиппиус – людей, имевших, по всей видимости, несколько различные темпераменты. В поле их интимных отношений в первый период жизни то и дело попадали «третьи особы», но общая стратегия жизни и реализации духовных устремлений в итоге перевесила, и они отказались от поиска мимолетных, недостающих эмоций. И время «притирания», то есть поиска взаимных компромиссов, которое заняло у этой пары больше десятилетия, привело их к почти полному принятию друг друга на фоне отмежевания от амурно-эмоциональных потрясений вне семьи. Вполне можно допустить, что сохранение их брака произошло не без подавления внутренних желаний, но кто сказал, что счастье приходит без усилий воли и не является частью самогипноза?! Пожалуй, этот пример, как никакой другой, доказывает, что осознанная духовность в семье позволяет преодолеть даже такие сложные преграды, как уже существующие в восприятии сексуальные раздражители.

Множество гениальных творцов, от Сенеки Младшего до таких замечательных личностей современной эпохи, как Николай Рерих, Артур Конан Дойль или Альберт Швейцер (тут речь идет преимущественно о мужчинах в силу их более отчетливо выраженной склонности к полигамии, к тому же стимулируемой до сих пор существующей в мире двусмысленной «патриархальной моралью»), отличались половой сдержанностью и психологической установкой на долговременную связь с единственным партнером. Можно с высокой долей ответственности утверждать, что такое самовнушение не только не являлось для них психологической ношей, но и позволяло максимально сосредоточить усилия на развитии идеи, достижении побед в своей сфере деятельности. На деле это выглядит приблизительно так же, как и забота о здоровье: человек никогда не сумеет достичь состояния физического совершенства и телесной гармонии без физических упражнений и ограничений за трапезным столом. А ведь и то и другое в конечном счете представляют собой определенную форму самоподавления. В то же время однажды достигнутое состояние счастья и душевного равновесия заставляет людей включать волю для его поддержания. Счастливая семья – это тот же осознанный и нелегкий труд, похожий на возделывание земли, только в другой, несколько смещенной плоскости.

Роль секса в жизни пары действительно уникальна: союз крайне редко может претендовать на подлинное счастье вне эротизма, и в то же время построение союза на исключительно чувственном начале, сладострастии не способно обеспечить его продолжительность и, в итоге, семейное счастье. Хотя на первый взгляд кажется, что это всем давно известно, на деле человек нередко выглядит беспомощным перед этим вызовом. Область сексуального сродни предохранителю автоматического оружия: когда в ней порядок и согласие, нет причин опасаться случайного выстрела; когда же присутствует тайный или явный разлад, флажок немедленно становится в положение «огонь» и стрелку уже не так легко управляться со своим оружием. Не будет преувеличением сказать, что в сексуальной сфере все начинается с самостоятельного восприятия форм телесной любви каждым из партнеров. Тут, кажется, ценным и уместным будет замечание Симоны де Бовуар о женском восприятии сексуальной области: «Женщина является самкой в той мере, насколько она себя таковой ощущает. Женщину определяет не природа, – она сама определяет себя, принимая в расчет природу в меру своей чувствительности». Все, что происходит в сексуальном мире мужчины и женщины, является отражением происходящего в их головах, интегральным отображением их представлений и фантазий как совокупности возможного и приемлемого для реального мира. Чаще всего виртуальные и реальные миры секса не совпадают, но чем ближе эти плоскости подступают друг к другу, тем надежнее отношения.