Читать онлайн «Летчики на войне». Страница 59

Такими видели бойцов с высоты Корнилов, Поющев, Золотухин, Луговской.

Короткие сводки Совинформбюро не содержали подробностей, не называли цену шага - о том рассказали позже белые мраморные плиты на братских кладбищах, разбросанных по Лубанской низменности. Одно лишь упоминание освобожденного городка и поселка, преодоленных речушек и озер, перерезанных железных дорог говорило о подвиге.

Маршруты "илов" проходили по пути гвардейских дивизий. Экипажи пробивали огнем бреши в обороне противника, заставляя его прижиматься к земле в момент решительных атак пехоты.

Где-то к юго-западу от лубанских озер совершил сто первый вылет на Ил-2 (после шестисот на По-2) командир эскадрильи 825-го штурмового авиаполка 225-й авиадивизии сталинградец Иосиф Самохвалов. В районе Шкели его группа отметила этот вылет точным ударом по вражеской батарее и складу боеприпасов.

Неподалеку вел свою группу лейтенант Владимир Догаев, и по возвращении с задания его встречал на родном аэродроме строй под полковым знаменем. Летчика стискивали в объятиях такие же, как он, асы штурмовок, дарили от сердца цветы смущенные оружейницы. "Батя" Емельянов, Александр Дубенко, ближайший друг Владимира партийный вожак Анатолий Семенюк и замполит майор Александр Голубев поздравляли вчерашнего шахтера с "круглым" боевым вылетом. Так же чествовали и капитана Владимира Опалева в 622-м штурмовом авиаполку по случаю юбилейного 125-го боевого вылета.

Капитана Алексея Поющева знали за пределами 118-го гвардейского штурмового авиаполка не столько по звучной фамилии, сколько по рассказам о его вылетах. Он представлялся человеком зрелого возраста, умудренным опытом штурмовок, наставником молодежи. Верное представление. Только в ту пору Алексею Ивановичу только-только минуло двадцать лет. "Гвардейцы-летчики, которых водят в бой Сафонов, Неменко и Поющев. Читайте отзыв о вашей работе из стрелковой дивизии, присланный командованием, - писала армейская газета. - 7 августа на одном участке нашего фронта Н-ский полк попал в тяжелое положение... Немцам удалось сконцентрировать здесь мощный ударный кулак. Тогда появились 18 штурмовиков под прикрытием 10 истребителей. В течение нескольких минут 18 "ильюшиных" обрушили на голову немцев такую мощь огня, что противник не выдержал. Дружной атакой наши пехотинцы разбили противника и снова двинулись на запад"{70}.

Командир эскадрильи гвардии старший лейтенант Александр Полунин, однополчанин Алексея Поющева, выполнял аналогичное задание. Цели находились к востоку от Мадоны. Шестерка под прикрытием группы истребителей майора А. К. Рязанова ходила над ними около получаса, не давая возможности вражеским артиллеристам и пулеметчикам поднять голову, сумев уничтожить несколько орудий и пулеметов. Мастером штурмовых ударов считал Полунина командир полка подполковник В. Н. Верещинский. Так назвал ведущего и командир наступающей стрелковой части, узнав, что именно группа Полунина помогла ей продвинуться вперед.

Гвардии старший лейтенант Павел Хрусталев, штурман экипажа самолета-разведчика 99-го гвардейского авиаполка, летал с начала августовского наступления над обширным районом Латвии, где развернулись боевые действия войск фронта. Летал и слал по радио донесения с борта "петлякова" в свой полк, а сержант Нина Сямина принимала их на узле связи КП армии. Нетерпеливо подхватывал белые ленточки с телеграфного аппарата начальник разведотдела армии подполковник Фатеев, спеша доложить генералу Саковнину.

Это были бесценные сведения для наступающих войск и для соединений воздушной армии. Засечены и засняты колонны вражеских машин по дорогам Мадона - Луксте, Рембате - Огре, Крустпилс - Рембате; пересчитаны эшелоны на железнодорожных станциях Огре, Скривери, на Рижском узле; установлено базирование разнотипных самолетов на аэродромах вблизи Биржи, Кокнесе, Румбула.

Над Биржи темная августовская ночь скрывала экипажи Латышского авиационного полка. Среди них чемпион бомбовой нагрузки младший лейтенант Арвид Брандт с опытным штурманом Серафимом Козловым. Бомбы, подвешенные на их По-2 сверх нормы, не были лишними во время удара ночников по стоянкам вражеских транспортных самолетов.

В кабинах самолетов находились Артур Имша и Павел Эльвих, Арвид Брандт, Альберт Райнс, Петр Роллер, Николай Вульф. Шли в ночь Григорий Губарев и Николай Жижченко, Хуснитдин Ходжаев и Шамиль Габдрахманов. Долго помнили в полку вылет экипажа Волдемара Рейзина и Григория Губарева, когда тяжело раненный штурман продолжал выполнять над целью боевое задание.

У городка Цесвайне гитлеровцы сопротивлялись особенно упорно. Летчиков предупреждали из штаба дивизии: "Осторожно, цесвайнский замок!"

Расположенный среди холмов на возвышенности гранитный охотничий замок, нацеленный на все румбы крупнокалиберными пулеметами, установленными вокруг высокой башни, таил в себе грозную опасность для низколетящих "илов" - так хищный зверь подстерегает добычу.

Штурмовики совершали на подходе к этой западне сложный маневр, поднимались повыше, и гитлеровцы оставались с носом.

15 августа из уст в уста передавался рассказ, похожий на легенду, о подвиге штурмовика Ивана Федоровича Нычкина. Смертельно раненный, он продолжал вести свой "ил", чтобы спасти жизнь воздушному стрелку. Последними усилиями перетянул линию фронта, и в минуту приземления жизнь ушла от него.

Фронтовики помнят мастера разведки В. П. Полякова - 10 августа он с И. А. Ширяевым обнаружил в тылу противника нашу рейдирующую танковую бригаду и установил с ней связь. Это было накануне его двухсотого вылета. Помнят счастливые лица истребителей: старшего лейтенанта В. П. Бородаевского - в один день он сбил два "фокке-вульфа", одиннадцатого и двенадцатого на своем счету; капитана Константина Соболева - его шестерка истребителей сражалась против двенадцати вражеских самолетов и уничтожила восемь; лейтенанта Павла Новожилова из 148-го авиаполка - мстя за гибель Геннадия Серебренникова, он добавил к своему счету еще двух гитлеровцев, а его однополчанин Владимир Щербина - одного сбитого противника. Ведущий группы Вадим Бузинов уничтожил тогда в одном бою и "юнкерс" и "фокке-вульф".

С торжеством встретили в полках воздушной армии августовский указ о присвоении звания Героя Советского Союза штурмовикам Ивану Башарину, Давиду Тавадзе, Василию Козловскому, Анатолию Соляникову, Дмитрию Никулину и Ивану Злыденному.

Не забылись вылет группы Ивана Башарина, когда он вместе с ведомыми с первого захода уничтожил переправу на Айвиексте; ночной полет двух экипажей 1-го Латышского ближнебомбардировочного полка (В. Рейзин - Г. Губарев, И. Волчков - А. Сапожников) сквозь стену зенитного огня и сплошную завесу лучей прожекторов. Раненые штурманы выводили самолеты на цель. За одними экипажами сразу появлялись другие, и всю ночь рвались на путях эшелоны с боеприпасами.