Читать онлайн «Зимние солдаты». Страница 64

Вот тогда-то до нас дошел слух, что наш корабль отправляется на западный берег океана для демобилизации. Некоторые из молодых офицеров резерва, включая и меня, подали заявления с просьбой оставить их на регулярной службе. В конце концов, я умел и любил летать, и не умел делать ничего другого. Почему же не сделать карьеру летчика?

Тех, кто написал заявления, в ожидании ответа решили направить на разные острова Тихого океана. Я был направлен на остров Гуам.

Еще одна взлетно-посадочная полоса (ВПП) на коралловом основании – Ороте-Пойнт, окруженная высокими обрывами, с которых видна бухта Апра. Комплекс из ангаров, складов, самолетов, кораблей – всё в процессе демобилизации, сокращения размеров или уничтожения. Я был назначен помощником офицера по воздушным операциям и по совместительству офицером по спасательным работам. В эту группу входило около двадцати маленьких судов, плавучий кран, несколько спасательных лодок и фотолаборатория. Большое число самых разных самолетов оказалось под моей командой, и все их я мог использовать. Вот тут уж я дорвался, полностью использовал предоставленный мне шанс. Я летал на каждом из них, включая многомоторные, якобы проверяя их годность к операциям по спасению, а на самом деле просто наслаждаясь полетами. Кроме того, были полеты, специально запланированные для тренировок в условиях плохой погоды, полеты с фотографическими целями вдоль всей цепи Марианских островов, транспортные полеты.

Праздничный обед на американской станции в Антарктиде (2-ой слева И. Зотиков)

Я помню случай, когда мы должны были доставить на торпедоносце мебель и туалеты, которых остро не хватало, офицеру на острове Тиниан в обмен на бытовой холодильник, в котором нуждался офицер на острове Гуам.

Были и полеты на маленький островок Рота в нескольких милях к северу от нашей базы, где мы садились на прорубленную в банановой роще коралловую полосу, через равные промежутки отмеченную справа и слева сгоревшими остатками японских самолетов. ВПП была покрыта огромным количеством змей, завезенных сюда как гастрономическое лакомство и сильно размножившихся. Их было так много, что мы чувствовали это своими колесами, когда садились. Наши шины начинали проскальзывать при торможении. Поэтому мы загружали бомбовые отсеки бананами, проверяя их на отсутствие змей, которых не хотелось занести еще и на остров Гуам.

Через моего друга – лейтенанта и помощника командира нашей части я узнал о возможности переделать разборные военные домики, имевшиеся здесь, в помещение, где мне разрешили бы поселиться с женой. Даже в самых смелых мечтах я не мог предположить, что смогу увидеть ее так скоро. Я ведь был самым молодым из офицеров. На острове встречалось еще много японцев, и мы всегда имели наготове личное оружие, когда выезжали куда-нибудь с базы. И все-таки я подал прошение, надеясь получить разрешение на приезд моей жены, и начал изо всех сил переделывать военный домик под семейное жилище. К моему удивлению, я довольно быстро получил положительный ответ. Помог тот же друг – лейтенант, который тоже пригласил сюда свою жену. Мы все время посвятили перестройке, собираясь и жить рядом.

А в это время там, в США, моя Норма, еще не веря, готовилась к своему первому настоящему большому путешествию. Кроме попыток представить, что из одежды и обуви надо взять в тропические джунгли, где нельзя было купить ничего, надо было пройти курс прививок и т. п. Но, как обычно, все утряслось само собой. И скоро она уже присоединилась к другим женам и членам семей, когда в Сан-Франциско они садились на военный транспорт, только что доставивший с южных островов Тихого океана демобилизованных.

В течение нескольких недель транспорт плыл, зорко следя за плавающими минами. Несколько раз мины встречались, и тогда их расстреливали. Это была первая после войны группа членов семей военнослужащих, которая пересекла Тихий океан.

Наши домишки были уже готовы. Я взял один из своих спасательных катеров, чтобы встретить корабль и экспортировать его в порт. Норма стояла у поручня на мостике, и даже издали я узнал ее. Наконец-то мне, мужу, прожившему со своей женой в течение только шести недель, довелось встретить ее после почти восьмимесячной разлуки и в таком необычном месте. Радость переполняла меня.

Но не успел я как следует познакомить Норму с новым местом жительства, как вдруг меня вызвали на базу по тревоге. Где-то в океане южнее Гуама разбилось транспортное судно. Я собрал на джипе свою спасательную команду, и мы были в пути. Мой навигационный опыт помог самолету-истребителю выйти на место происшествия, а потом мы доплыли до места гибели корабля и начали утюжить океан.

Часы шли, и белые панамы матросов на воде, освещенные нашими прожекторами, казались нам телами погибших. Но утром, при свете дня, оказалось, что никого нет. С помощью мегафона мы объяснили подошедшему эсминцу, где место катастрофы, и отправились домой. За время моего отсутствия Норма успела по неосторожности сильно порезать себе руку.

Но в общем жизнь налаживалась. Из нашего домика видна была бухта, все время заполненная входящими и уходящими судами, увозящими демобилизованных на родину.

После приезда Нормы мне было не до полетов. Пикники на пляже, посещение ближайших селений, экскурсии на катерах и лодках, плавание в ластах и масках и даже катание на досках за моторными лодками в водах, как мы позже узнали, кишащих акулами. А потом так же внезапно, как и всегда, все прекратилось. Мне сообщили, что мое заявление о переводе в регулярный состав не удовлетворено. Через годы, посетив отдел кадров ВМФ, я узнал, что из 30 000 заявлений были удовлетворены только 5000, так что я оказался в хорошей компании.

Мы начали собирать вещи немедленно, чтобы успеть на первый собирающийся к отплытию в Сан-Франциско транспорт. Оказалось, что на нем из-за экономии места мужчины и женщины находились в разных каютах. Скука – вот то, что было главным во время этого плавания. Хотя несколько раз мы были вместе на палубе и много играли в «морской бой». Эту игру, которую мы тогда вели с помощью карандаша и бумаги, через сорок лет я встретил в магазине игрушек в электронном виде.

Пройдя под Золотыми Воротами, наш корабль направился к Острову Сокровищ, где помещался Центр кадров флота, и очень быстро я оказался одним из миллионов демобилизованных ветеранов, которые думали лишь о том, что же им делать дальше. Пребывание там не помогло мне найти работу, но две недели в Сан-Франциско позволили нам соскрести с себя весь этот тропический «загар», показав, как тают в условиях реальной жизни наши сбережения. Поэтому мы переехали в дом Нормы и стали жить с ее родителями, нищие, но с хорошими воспоминаниями. Кто-то сказал мне, что я имею все права на пособие по безработице, поэтому я стал в соответствующие очереди и стоял в них несколько недель. Сначала я думал поступить снова в колледж (я связался с Университетом Калифорнии в Беркли, пока мы жили в Сан-Франциско, но нужно было платить так много тысяч долларов, что это показалось мне не совсем правильным, тем более для меня, потому что я сам не знал еще, что я хочу делать). А через некоторое время мы выяснили окончательно, что просто не имеем денег.