Читать онлайн «Конев. Солдатский Маршал». Страница 132

Исключительное значение для захвата и удержания Сандомирского плацдарма имел манёвр трёх танковых и 13-й армий. Особенно важен был ввод в сражение 5-й гвардейской армии А.С. Жадова, которая укрепила наше положение на сандомирском плацдарме и способствовала разгрому группировок противника, наносивших удары по флангам Сандомирского плацдарма, кроме того, войска 5-й гвардейской армии способствовали расширению плацдарма.

Недостаток вторых эшелонов и резервов у наступающих войск при выходе их в глубокий оперативный тыл противника, как правило, ограничивал глубину стратегических наступательных операций. Ввод в сражение 5-й гвардейской армии в Львовско-Сандомирской операции является исключением из этого правила, поскольку она была введена в сражение, когда войска фронта достигли Вислы и продвинулись на глубину 250 км от исходного положения.

Быстрый манёвр позволял войскам фронта занимать более выгодное положение по отношению к противнику, создавать необходимое превосходство над его силами и средствами, ломал все планы немецко-фашистского командования, стремящегося во что бы то ни стало удержать занимаемые рубежи».

Мастер быстрого манёвра — именно такая слава закрепилась за Коневым после удачно проведённых операций 1944 года. При этом бывший командир 53-й гвардейской танковой бригады В.С. Архипов в своей мемуарной книге «Время танковых атак» отмечает «твёрдую руку и железную целеустремлённость командующего войсками 1-го Украинского фронта». И все, кто воевал тогда в составе фронта, подчёркивают, что Конев призывал действовать охватом, запрещал лобовые атаки, как правило, приносившие много крови и минимальные результаты.

За проведение Львовской операции, в результате которой был нанесён большой урон немецким войскам и захвачены большие трофеи, Коневу присвоили звание Героя Советского Союза. Это была его первая Золотая Звезда.

Председатель Президиума Верховного Совета СССР М.И. Калинин прислал награду прямо на фронт.

«Посылаю Вам орден Ленина, медаль “Золотая Звезда”, а также грамоту о присвоении звания Героя Советского Союза и крепко жму Вашу руку», — говорилось в его письме.

Тогда для вручения наград не дожидались торжеств и случаев. Солдатам вручали медали и ордена прямо в окопах, генералам на передовых КП.

Лето 1944-го для Красной армии было победным — наконец-то полностью очистили от немецких, румынских, венгерских, финских и иных оккупантов все области СССР. Войска перешли границу и начали свой освободительный поход вглубь Европы. Сандомирский плацдарм за Вислой открывал путь на Берлин.

Однако войска 1-го Украинского фронта были утомлены боями. Дивизии нуждались в пополнении, танковые корпуса — в ремонте боевых машин, экипажи — в отдыхе. На фронтах наступила оперативная пауза.

Солдаты отдыхали. Но в штабах кипела работа — планировались новые операции. Маршалы и генералы видели впереди Берлин, Кенигсберг, Вену, Будапешт. А политики уже просчитывали: что будет здесь, на земле, освобождённой «славянами», после того как умолкнут последние залпы.

Перед фронтом армий маршала Конева дыбились Карпаты, за ними — Словакия.

В марте 1939 года Словакия под давлением Гитлера провозгласила свою независимость от Праги под патронатом Третьего рейха. На следующий день в Чехию вошли немецкие войска. Когда началось вторжение в СССР, словаки приняли активное участие в «крестовом походе против большевизма» и послали на Восток Словацкий армейский корпус. Затем в район Ростова и Краснодара прибыли две элитные мобильные словацкие дивизии, которые, по отзывам немецких офицеров, «превосходно дрались бок о бок с немецкими частями». Вооружены они были в основном оружием чехословацкой армии. В 1944 году, когда Красная армия подошла к восточным склонам Карпат, в Словакии были сформированы ещё две дивизии для отправки на Восточный фронт. Но в конце августа в Словакии вспыхнуло восстание. И немцы ввели туда свои войска. Красная армия начала операцию по переброске в Словакию оружия, военного снаряжения и специалистов по организации партизанского движения. К лету 1944 года в Словакии действовало большое количество партизанских отрядов, руководили ими коммунисты. Они были подчинены командованию двух крупных соединений — «Чапаев» и «Пугачёв». Партизаны должны были выступить в нужный для Красной армии момент, когда она подойдёт к Карпатам. Но словакам, как и полякам, помешала излишняя самонадеянность. Они выступили раньше времени, рассчитывая на то, что немцам не до них, а когда Красная армия подойдёт, они уже распорядятся властью так, как посчитают нужным. С большевиками власть делить не хотели ни словаки, ни поляки, ни чехи.

Немцы, хорошо понимая опасность восстания за своей спиной, перекрыли Дуклинский перевал. Именно через этот перевал могли прийти в Словакию войска Красной армии. Других дорог с востока не было. На западе Словакии началось разоружение повстанцев. Но на востоке партизанское движение усиливалось. Части словацкой армии стали переходить на сторону повстанцев.

Коммунисты быстро перехватили инициативу, и 1 сентября Словацкий национальный совет объявил о взятии власти в свои руки. В Совет вошёл коммунист Густав Гусак и его соратники. Совет объявил мобилизацию. На освобождённой территории возникла повстанческая армия.

Тридцать первого августа к Коневу прилетел командир восточнословацкого корпуса полковник Вильям Тальский и сказал, что корпус готов выступить навстречу Красной армии сразу, как только она начнёт наступление.

Штаб 1-го Украинского фронта разработал операцию наступления силами 38-й общевойсковой армии генерала Москаленко[88], артиллерийской дивизии прорыва, двух танковых бригад, кавалерийского корпуса, 1-го Чехословацкого корпуса, двух полков и двух бригад PC М-13.

Участок Карпат в районе Дукли с древних времён назывался Трансильванскими Альпами.

Конев с оперативной группой пошёл вместе со штабом Москаленко. И этот его переход в авангарде наступающих войск имел, конечно же, не столько оперативное, сколько моральное значение. Своё присутствие в гуще наступающих войск Конев впоследствии пояснял так: «Учитывая особенность, политическую важность и большой масштаб армейской операции, Ставка нашла необходимым поручить её проведение лично командующему фронтом. В связи с этим мне пришлось почти неотлучно находиться в войсках 38-й армии, держать связь с партизанами и штабом повстанцев, помогать решать срочные оперативные задачи, усиливая армию фронтовыми средствами».