Читать онлайн «Жуков». Страница 139

Свидетельства Жукова с этой информацией расходятся: «Все утро 17 февраля шло ожесточенное сражение по уничтожению прорвавшихся колонн немецких войск, которые в основном были уничтожены и пленены. Лишь нескольким танкам и бронетранспортерам с генералами, офицерами и эсэсовцами удалось вырваться из окружения и проскочить из района села Почапинцы в район Лисянки… Как мы и предполагали, 17 февраля с окруженной группировкой все было покончено. По данным 2-го Украинского фронта, в плен было взято 18 тысяч человек и боевая техника этой группировки».[400]

И.С.Конев утверждал: «В течение всей этой схватки я несколько раз разговаривал с командирами 69-й, 7-й и 41-й дивизий, которые занимали позиции по берегу реки Горный Тикич на внешнем фронте окружения. Они докладывали, что ни один немецкий солдат не прошел через их позиции. Говорил и с командармами Смирновым, Трофименко, Ротмистровым, Галаниным, внимательно следил за их действиями, донесениями и докладами, и ни в одном докладе и донесении не было сказано, что немцы прошли через какой-либо пункт или рубеж наших войск, занимающих оборону как на внешнем, так и на внутреннем фронтах».[401]

К.Типпельскирх в своей книге «История Второй мировой войны» об этих событиях писал следующее: «Когда к 15 февраля наступательная сила деблокирующих войск истощилась, окруженные корпуса получили приказ пробиваться в южном направлении, откуда навстречу им должен был наступать танковый корпус 1-й танковой армии. Блестяще подготовленный прорыв в ночь с 16 на 17 февраля не привел, однако, к соединению с наступавшим навстречу корпусом, так как продвижение последнего и без того медленное из-за плохого состояния фунта было остановлено противником… В конечном итоге эти бои вновь принесли тяжелые потери в живой силе и технике, что еще больше осложнило обстановку на слишком растянутых немецких фронтах».[402]

Очевидно, когда несколько мнений расходятся, истину нужно искать где-то посередине. В четвертом томе «Военной энциклопедии» (статья «Корсунь-Шевченковская операция») говорится, что около 20 тысяч человек, бросивших тяжелое вооружение и транспорт, просочились мелкими группами под покровом сильного снегопада. Задача надежной изоляции окруженной группировки и ее последующего уничтожения была решена лишь частично. Потери ее (вместе с потерями войск, действовавших на внешнем фронте окружения) достигли 70 тысяч человек.

В любом случае значение Корсунь-Шевченковской операции по окружению и уничтожению крупной группировки противника очень трудно переоценить. Она приковала к себе до половины всех танковых и более двух третей воздушных сил противника, действовавших на Правобережной Украине. Войска двух Украинских фронтов, разгромив значительные силы немецких войск, во многом облегчили своим соседям, действовавшим на левом фланге советско-германского фронта, проведение Никопольско-Криворожской операции.

18 февраля Москва салютовала войскам 2-го Украинского фронта. О 1-м Украинском фронте не было сказано ни слова. Жуков считал, что это была непростительная ошибка Сталина. Ведь известно, что окружение и уничтожение противника проводилось войсками обоих фронтов.

В тот день, когда в Москве был проведен салют, Ставка ВГК приказала командующему 1-м Украинским фронтом подготовить наступательную операцию, чтобы «разбить группировку немцев в районе Кременец, Староконстантинов, Тарнополь и овладеть рубежом Берестечко, Броды, Тарнополь, Проскуров, Хмельники». В дальнейшем требовалось, «прочно обеспечивая себя со стороны Львова, наступать в общем направлении на Чертков с целью отрезать южной группе войск немцев пути отхода на запад в полосе севернее р. Днестр».[403] Начало наступления намечалось на 4–6 марта 1944 года, а план операции, получившей наименование Проскуровско-Черновицкой, необходимо было представить в Генштаб не позднее 25 февраля.

Все вопросы, связанные с проведением операции, Жуков в течение 18–20 февраля сначала проработал в Ставке и в Генштабе, а затем выехал на 1-й Украинский фронт. Вместе с Ватутиным уточнили детали плана на месте и уже 23 февраля соответствующий доклад направили Сталину. План операции 1-го Украинского фронта Верховный утвердил.

Одновременно с этим Георгий Константинович занимался подготовкой Уманско-Ботошанской операции 2-го Украинского фронта. Доклад о плане этой операции Жуков и Конев представили в Ставку 26 февраля. В качестве главной была определена задача «разбить уманскую группировку немцев и овладеть рубежом Ладыжин, Гайворон, Ново-Украинка». На следующий день Сталин план утвердил, но внес в него поправку: 6-ю танковую армию на Ново-Украинку не направлять, а использовать ее для развития удара на правом фланге главной группировки противника в общем направлении на Харитоновку.

После этого Жуков снова выехал в штаб 1-го Украинского фронта. Ватутин доложил ему, что решил съездить в 60-ю и 13-ю армии, чтобы проверить, как решаются вопросы взаимодействия с авиацией и будет ли готово материально-техническое обеспечение к началу Проскуровско-Черновицкой операции. Георгий Константинович посоветовал ему послать своих заместителей, но Николай Федорович настоял на своем. А 29 февраля Жукову позвонили с полевого аэродрома и доложили, что привезли тяжелораненого командующего фронтом.

В тот злополучный день Ватутин вместе с членом военного совета фронта генерал-майором Крайнюковым выехал в Ровно, где находился штаб 13-й армии, а оттуда направился в 60-ю армию, штаб которой располагался в Славуте. О происшедшем Крайнюков докладывал так: «В 18.50 при въезде в северную окраину д. Милятин, что 18 км южнее Гоща, подверглись нападению бандитов. При перестрелке тов. Ватутин был ранен. Все меры по вывозу раненого тов. Ватутина из района нападения приняты. Характер ранения: сквозное пулевое правого бедра с переломом кости. По предварительному заключению хирурга Тринадцатой армии ранение относится к категории тяжелых, требующих лечения минимум два месяца». Однако врачам не удалось спасти Ватутина. В ночь на 15 апреля он скончался.

Жуков, получив известие о ранении Н.Ф.Ватутина, командование фронтом принял на себя. 1 марта Ставка назначила Жукова командующим 1-м Украинским фронтом, взяв на себя управление 2-м Украинским фронтом.

4 марта 1944 года войска 1-го Украинского фронта приступили к проведению Проскуровско-Черновицкой наступательной операции. Вначале наступление развивалось успешно, однако распутица серьезно осложнила продвижение транспортных средств: отставала артиллерия, в грязи увязали танки. Бойцов и командиров выручал гужевой транспорт, на помощь приходили и местные жители, которые на своих плечах несли мины, снаряды, коробки с патронами. 9 марта 3-я гвардейская и 4-я танковая армии, преодолев в невероятно сложных условиях 70–80 километров, вышли к Тернополю. К этому времени танки израсходовали весь запас горючего и были вынуждены остановиться. Войска 1-й гвардейской армии сумели продвинуться всего на 24 километра.