Читать онлайн «Тухачевский». Страница 129

«Ввиду приближения военной опасности наиболее ответственные командиры не могли не относиться с тревогой к тому факту, что во главе вооруженных сил стоит Ворошилов. Можно не сомневаться, что в этих кругах выдвигали на его место кандидатуру Тухачевского. В первой своей стадии генеральский «комплот» пытался, вероятно, опереться на Сталина, который давно уже вел привычную ему двойственную игру, эксплуатируя антагонизм между Тухачевским и Ворошиловым. Тухачевский и его сторонники, видимо, переоценили свои силы. Поставленный в последнюю минуту перед необходимостью выбора, Сталин предпочел Ворошилова, который до сих пор оставался только покорным орудием, и выдал с головой Тухачевского, который мог стать соперником… Когда бюрократия освобождается от контроля народа, военная каста неизбежно стремится освободиться от опеки гражданской бюрократии. Бонапартизм всегда имеет тенденцию принять форму открытого господства сабли. Независимо от действительных или мнимых амбиций Тухачевского офицерский корпус должен все больше проникаться сознанием своего превосходства над диктаторами в пиджаках. С другой стороны, Сталин не может не понимать, что полицейское командование над народом, которое он выполняет при помощи иерархии партийных секретарей, проще и непосредственнее может осуществлять один из «маршалов» через военный аппарат. Опасность слишком очевидна. Заговора, правда, еще не было. Но он стоит в порядке дня. Бойня имела превентивный характер. Сталин воспользовался «счастливым» случаем, чтоб дать офицерству кровавый урок».

Люди в СССР и за его пределами несколько десятилетий гадали, что же происходило за закрытыми дверями зала судебных заседаний. Суд и расправа над Тухачевским вызвали также оживленные комментарии в зарубежной прессе, особенно в Германии, где возмущались, что подсудимых обвинили в преступных связях с германской разведкой и руководством рейхсвера. Немцы прекрасно поняли, что участников «военно-фашистского заговора» сделали немецкими и японскими шпионами только потому, что в тот момент у Советского Союза были напряженные отношения с этими странами. Можно не сомневаться: проходи следствие и суд после советско-германского пакта о ненападении от 23 августа 1939 года, Тухачевского объявили бы агентом не Германии и Японии, а Англии и Франции. Благо в обеих странах Михаил Николаевич бывал и с тамошними военными и политиками встречался.

Немецкий военный журнал «Дойче вер» в связи с казнью Тухачевского 24 июня 1937 года писал: «В первых числах мая были собраны «доказательства» о мнимой подготовке переворота силами Красной Армии. Обвинения против Тухачевского были собраны полностью и объявлены в присутствии всех Народным комиссаром обороны: Тухачевский готовил переворот для того, чтобы объявить национальную военную диктатуру во главе с самим собой». Вермахт, несомненно, получил в целом достоверную информацию о заседании Военного совета, где Ворошилов и Сталин шельмовали «заговорщиков». Автор появившейся статьи «Счастье и гибель Тухачевского» высоко оценил талант маршала: «Тухачевский, бесспорно, был самым выдающимся из всех красных командиров, и его нельзя заменить. История когда-нибудь скажет нам, какую роль он играл в действительности в деле строительства этой армии… Ни один человек никогда не узнает, что происходило на процессе… Наводит на размышления тот факт, что к Тухачевскому присоединились три таких известных представителя младшего поколения, как Уборевич, Якир и Эйдеман… Если при этом учесть самоубийство Гамарника… то дело становится еще более серьезным. Тухачевский хотел быть "русским Наполеоном", который, однако, слишком рано раскрыл карты, либо же, как всегда, его предали в последний момент. Каганович—Сталин являются снова господами в стране и Интернационал торжествует. Надолго ли?» В другом немецком военном издании, «Верфронт», констатировалось: «В противовес краткой эре Тухачевского снова выступили на первый план парадные генералы и герои гражданской войны. Вместе с этим путем восстановления военных советов и значительного усиления политического аппарата восстановлен дуализм, устраненный в интересах боеспособности армии расстрелянным маршалом Тухачевским».

Офицеры германской армии, равно как и нацистские политические руководители, не сомневались, что улики против Тухачевского и остальных были сфабрикованы. Им-то прекрасно было известно, что маршал не был германским агентом и даже не относился к числу тех, кто симпатизировал рейху. Расовая теория, исповедуемая нацистами, не позволяла им поверить в то, что кандидат в русские Наполеоны мог иметь связи с евреем и коммунистом Троцким. Поэтому в этой части обвинения против Тухачевского немцы также рассматривали как мнимые. Зато в Берлине вполне допускали, что самый молодой из советских маршалов мог иметь бонапартистские планы, и очень хотели бы видеть в нем борца с «еврейским влиянием» в советском руководстве. Воплощением такого влияния для Гитлера и его последователей, а также для значительной части германского офицерского корпуса служил Л. М. Каганович, к которому, как думали, всё больше прислушивается Сталин. В Германии вплоть до 90-х годов ничего достоверного о процессе Тухачевского не было известно. Это обстоятельство поддерживало версии о бонапартизме маршала.

Если бы Гитлер и его генералы узнали о поведении Михаила Николаевича на следствии и суде… О признании им фантастических обвинений. О том, что Тухачевский и не пытался изложить свою программу, подлежащую реализации в случае успеха переворота, а лишь соглашался с пропагандистским сценарием заговора, изобретенного следователями. О том, что Тухачевский умирал со здравицей Сталину на устах… Не мог же, в самом деле, несостоявшийся Бонапарт перед смертью прославлять того, кого собирался свергнуть! И все-таки насчет того, что материалы суда никогда не станут достоянием общественности, немецкий журналист был недалек от истины. Опубликованы только очень небольшие фрагменты стенограммы, которые, как изюм, приходится буквально выковыривать из составленного в 1964 году комиссией ЦК КПСС документа со скучным канцелярским названием: «Справка о проверке обвинений, предъявленных в 1937 году судебными и партийными органами тт. Тухачевскому, Якиру, Уборевичу и другим военным деятелям в измене родине, терроре и военном заговоре». Выходит, кому-то (очевидно, органам безопасности) и сегодня есть что скрывать по делу Тухачевского? Окончательно на этот вопрос можно будет дать ответ только после публикации полного текста стенограммы процесса (если она, конечно, не уничтожена осторожными функционерами партии и КГБ).