Читать онлайн «У истоков русской контрразведки. Сборник документов и материалов». Страница 98

К весне 1914 г. уже фактический владелец всего предприятия Зейдмана. Одновременно Филиппов являлся директором банковской конторы «Деньги», образованной совместно со З. П. Ждановым.

По свидетельству профессора И. Озерова, который весьма критически отзывался о Филиппове, хотя и оказывал ему свое покровительство, тот преимущественно занимался шантажом банков и вымогательством у них денег. При этом Озеров считал банкирскую контору Филиппова «фиктивной». Действительно, в своей газете «Деньги» Филиппов открыто шантажировал Русско-Азиатский и Петербургский частный банки и даже вынудил первый (в лице А. И. Путилова) платить за «молчание газеты».

Банкирский дом Зейдмана потерпел крах вследствие неудачной спекуляции акциями нефтепромышленного общества «Кавказ». После краха Филиппов основал очередное собственное банкирское заведение под несколько претенциозным наименованием «Банкирский дом народного труда». Филиппов, пожалуй, еще в большей степени, чем его партнер З. П. Жданов, был «…порождением общественного кризиса, в условиях которого нечистоплотные политические спекуляции стали приносить не меньшие, а, может быть, и большие дивиденды, нежели обычные финансовые операции». Отсюда интерес, проявляемый представителями финансовых кругов к придворной камарилье.

После Октября 1917 г. поддержал большевиков, подчеркивая государственнический и народный характер большевизма. С января 1918 г. – секретный сотрудник при президиуме ВЧК (по протекции А. В. Луначарского), информировал о деятельности крайне правых организаций и банковско-промышленных кругов. Был посредником в отношениях большевиков с Русско-азиатским банком.

8 июля 1918 г. был арестован в Москве (на основании телеграммы М. С. Урицкого из Петрограда) по подозрению в причастности к «Союзу спасения Родины». Освобожден 3 сентября 1918 г.

В начале 1920-х гг. работал в 6-м (церковном) отделении Секретного отдела ВЧК – ОГПУ, затем экспертом в 4-й Комиссии по изъятию церковных ценностей. Умер в Ленинграде в 1950-х гг.

Дань дружбе с Распутиным отдали не только А. И. Филиппов, З. П. Жданов, И. П. Манус, Д. Л. Рубинштейн, но и вполне «солидные» А. И. Путилов, А. И. Вышнеградский идр.44

Не менее драматичной, чем у Мануса, была судьба другого петроградского банкира и биржевика З. П. Жданова.

Захарий Петрович Жданов (1867–1933?) – Банкир, предприниматель, крупный аферист.

Согласно сведениям, полученным в Службе РАФ УФСБ РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области, а также в Региональном управлении ФСБ РФ по Архангельской области, Захарий Петрович Жданов (Голяшкин) родился в 1867 г. в с. Сменцово Сменцовской волости Мышкинского уезда Ярославской губернии. Окончил 4 класса сельской школы и бухгалтерские курсы Побединского в Петербурге. Сначала он носил фамилию Голяшкин, но был объявлен Московским коммерческим судом несостоятельным должником; это и заставило его изменить фамилию.

В 1907 г. Жданов открыл в Петербурге банкирский дом «Захарий Жданов и Ко» по типу английских и американских банков для небогатых клиентов. Используя широкую газетную рекламу и рассылая в громадном количестве проспекты о биржевых сделках, благоприятной конъюнктуре, банкирский дом приобрел широкую клиентуру.

Банкирский дом Жданова занимался исключительно биржевыми операциями, и за пять лет его основатель превратился в легендарную личность. Одной из любимейших бумаг Жданова были акции Ленского золотопромышленного товарищества, «популяризовал» их на бирже, доведя курс с 1 тыс. до 5–6 тыс. рублей за акцию. Недаром ленские акции называли на бирже «Еленой Захаровной».

Вскоре после революции Жданов вспоминал: «Колесо биржи завертелось с небывалой у нас быстротой и силой, перемалывая деньги в бумагу… и выбрасывая акции и облигации, отсасывая народные сбережения в промышленность и награждая публику изображениями оных на бумаге, окрашенными цветной радугой надежд на повышение и легкую наживу. И наживали. В результате биржа у тысяч людей – профессия, у миллионов – подсобное дело, у большинства на устах, у всех или почти у всех – в мыслях. Если деловые люди разговаривают, то тема их разговоров “акции”; если они спешат разойтись, то ради “акций”; если они останавливаются хоть на минуту, причина этого “акция”».

Накануне Первой мировой войны активно проявил себя и в сфере политических спекуляций (например, участвовал в интриге, имевшей целью смещение министра финансов В. Н. Коковцева). Был в «дружбе» с Распутиным.

Осенью 1914 г. петербургский журнал «Биржа за неделю» опубликовал статью, в которой сообщалось, что «небезызвестный спекулянт З. Жданов в компании с Манусом организовал синдикат», поставив цель – «кроме скупки выигрышных билетов, также игру на повышение и понижение, смотря по обстоятельствам». Речь шла о нелегальной, по сути, деятельности в рамках открывшейся в Петрограде в сентябре 1914 г. «закулисной» – «частной [фондовой] биржи», организованной при преимущественном содействии К. В. Зунделиовича и делового партнера Мануса, директора Сибирского банка М. А. Соловейчика (умер в 1916 г.). В другом номере этого же журнала было написано: «З. П. Жданов, Д. Л. Рубинштейн и И. П. Манус – это три беспардонных кита самой новейшей предпринимательской и “комбинаторской” марки в русском финансово-биржевом океане»45.

Методы «кулисьеров» наглядно показывают реальные лица и нравы известных биржевых спекулянтов, таких как Игнатий Порфирьевич Манус или Захарий Петрович Жданов. Об игре Жданова с Ленскими акциями в 1909–1910 гг. говорилось и писалось много. С 1911 г. в его собственном банкирском доме стала собираться неофициальная биржа. Тратя на содержание этой бесплатной для игроков биржи десятки тысяч рублей в год, Жданов возмещал их сторицей за счет того, что сам сбывал на этой бирже свои акции по ценам, отличавшимся от действительных цен официальной биржи.

Проверка конторы Жданова, проведенная Министерством финансов (сильно его недолюбливавшим) в 1911 г., показала широкое распространение злоупотреблений.

А именно – продажи находящихся в банке в качестве залога ценных бумаг и перезалога их без ведома хозяев. Нарушения были столь серьезны, что Жданов не стал дожидаться ликвидации конторы и закрыл ее сам. Впрочем, это не помешало ему продолжать биржевую игру.

Карьера «короля биржевых спекулянтов» неожиданно прервалась 13 июня 1914 г., когда Совет фондового отдела Петербургской биржи исключил Жданова из числа действительных членов за признанную крайне вредной и нежелательной его биржевую деятельность.

В годы Первой мировой войны он снова стал пользоваться большим влиянием среди воротил частных биржевых собраний, входя в разные организуемые ими биржевые синдикаты.