Читать онлайн «У истоков русской контрразведки. Сборник документов и материалов». Страница 116

Имя Д. Л. Рубинштейна еще с конца 1915 года, как, впрочем, и раньше, пользовалось громкой, но далеко не лестной популярностью. Я как-нибудь расскажу, что в Государственной думе говорили о нем, например, в 1915 г. Изучением его деятельности секретно была занята военная контрразведка, и еще в феврале 1916 г. в Главном штабе решен был его арест.

Тогда же, в самом начале 1916 г., в печати не раз пытались выступать с громкими разоблачениями против Рубинштейна, но цензура Штюрмера и Гурлянда прекращала все эти разоблачения в самом начале. Негодование против Рубинштейна в обществе тем не менее было огромное. Его имя вошло в пословицу и особенно часто стало повторяться.

И вот, под влиянием всего, что говорилось в обществе по делу Рубинштейна, в Ставке, по инициативе ген. Алексеева, после упорной борьбы, пользуясь случайными обстоятельствами, удалось добиться у Николая II приказания образовать комиссию для специального расследования деятельности.

Организация этой комиссии была поручена ген. Батюшину в июне 1916 года. Ему же было поручено и выбрать себе сотрудников. Таким образом, имена ген. Алексеева и ген. Батюшина определяли и задачи комиссии, и ее состав.

Ген. Батюшин не был специалистом по банкам и финансовым операциям, но он и некоторые из его сотрудников до образования их комиссии по праву считались специалистами по борьбе с немецким шпионажем. За ген. Батюшиным были расследования по делу Мясоедова, борьба с немецким шпионажем в Риге и т. д., а за членами его комиссии был также ряд проведенных ими крупных дел; например, полк. Резанову и Логвинскому принадлежит заслуга уничтожения гнезда немецкого шпионажа в Петрограде – гостиницы «Астория».

В июне и июле 1916 г. ген. Батюшин установил совершенно определенно обвинение против Рубинштейна. Его расследования в то время еще не касались банков вообще. Он обследовал только те два банка, которые имели непосредственное отношение к деятельности Рубинштейна. Но в то же время его комиссия своими расследованиями дел Рубинштейна обратила внимание на деятельность вообще всех банков в России, на деятельность мародеров, губивших страну, и на немецких шпионов, работавших в России, как у себя дома.

В первые же два месяца деятельность комиссии ген. Батюшина возбудила против себе бурю негодования в известных кругах. Против нее пошли походом и некоторые банкиры и финансовые дельцы.

С комиссией ген. Батюшина завязалась горячая борьба, и ее отражение скоро сказалось в печати. По разным обстоятельствам к кампании против этой комиссии примкнули и некоторые общественные деятели, не имеющее ничего общего с лицами, начавшими эту кампанию.

С тех пор имя ген. Батюшина никогда уже более и не сходило со страниц газет, и на него обрушились доносы, инсинуации, клевета.

В 20-х числах августа 1916 г., кстати сказать, уже после ареста Мануйлова-Манасевича, из Ставки были присланы новые полномочия, расширявшие деятельность ген. Батюшина. Ему было поручено приступить к ревизии других банков. Этими своими новыми полномочиями комиссия ген. Батюшина стала пользоваться впервые только в конце сентября месяца.

Комиссия ген. Батюшина стала настаивать на том, что банковские дельцы ведут во время войны ужасную мародерскую кампанию, что они плодят разруху в стране, губят фронт, что против них необходимо, по примеру того, как наши союзники действуют у себя дома, начать специальную борьбу, что для этого нужны новые законы. Комиссия настаивала, что страна охвачена немецким шпионажем и что с ним нужна серьезная борьба.

Комиссия ген. Брюшина в это время настаивала на невозможности освобождения Рубинштейна, но, несмотря на все ее усилия, Рубинштейн по личному приказу Николая II, после взятки в 100 000 рублей, данной Распутину лицом, близким Рубинштейну, он был освобожден из тюрьмы.

В деятельности киевских сахарозаводчиков комиссия ген. Батюшина видела виновников тогдашнего сахарного кризиса, так дорого обошедшегося стране, и требовала предания их суду. Но сахарозаводчики, как известно, вопреки ген. Батюшину, были освобождены из тюрьмы тоже по личному приказу Николая II и тоже, как говорят, после крупной взятки в несколько сот тысяч рублей со стороны тех, кто «по принципиальным соображениям» не хотел давать взятки комиссии ген. Батюшина.

Несмотря на то что Рубинштейн и киевские сахарозаводчики были обязаны своим освобождением крупным взяткам в несколько сот тысяч рублей всем, кому хотите, но только не ген. Батюшину и его комиссии, от которой прежде всего и зависело их освобождение, печать свои обвинения в подкупности приурочила именно к комиссии ген. Батюшина.

Как раз в то самое время, когда комиссия ген. Батюшина производила ревизии банков и все банки трепетали, один из самых видных представителей банковского мира, чье имя так популярно в тех сферах, с изумлением говорил про членов комиссии ген. Батюшина буквально следующее:

– Ничего с ними не поделаешь! Они и взяток не берут!

Несмотря на все старания авторов многочисленных выступлений против комиссии ген. Батюшина, изобличить ее членов, несмотря на все приводимые точные цифры полученных ими взяток, денег у этих членов комиссии найдено не было.

Мы можем категорически заявить, что нет ни одного указания ни на одно имя, у кого комиссией взяты эти миллионы путем шантажа, нет ссылки, которая так или иначе подтвердилась бы. Наоборот, все сделанные в печати ссылки опровергаются и объективными фактами, и лично теми, на кого ссылки делались.

У большинства членов комиссии ген. Батюшина, и прежде всего у него самого, нигде никаких счетов с десятками тысяч не оказалось, а те деньги, которые имеются у некоторых членов его комиссии, вовсе не напоминают собой тех грандиозных взяток, о которых идет речь, и все они, после тщательной проверки самых придирчивых следователей, имеют вполне точное объяснение своего происхождения.

Ген. Батюшин вовсе не скрывался, и в солдатской шинели его никогда не арестовывали. Будучи в Пскове, он получил из

Петрограда приглашение из Главного штаба явиться в Петроград.

Когда в этот раз свободно приехал ген. Батюшин в Петроград, нам удалось его видеть, и он нам сообщил, что идет в штаб, где, по его словам, его, по всей вероятности, и арестуют благодаря агитации банкиров. Он действительно тогда и был задержан. С тех пор он и находится в Комендантском управлении под стражей, но в Петропавловской крепости он никогда заключен не был.

В тюрьме с г-жей Штюрмер ген. Батюшин не виделся, и никакая женщина никогда не обращалась к нам за его защитой.

Все, что говорилось о ген. Батюшине, мягко выражаясь, – фантазия, а если сказать более резко, то это не фантазия, а нечто гораздо более вредное и более позорное.