Читать онлайн «iКона: Стив Джобс». Страница 130

Судебное разбирательство началось в октябре 2004 г. в суде справедливости под председательством Уильяма Чендлера. За годы, предшествовавшие судебному разбирательству, в процессе допроса свидетелей было собрано множество показаний, в большинстве своем поддерживавших обвинения Роя Диснея и Стэнли Голда в адрес Эйснера и его сторонников из числа работников компании. Профессор права из Университета штата Майами Эллиотт Мэннинг назвал это «еще одним свидетельством в пользу возникновения проблем у генерального директора с амбициями императора».

Из подробностей дела, попавших в газеты, самой поразительной оказалась следующая история. Поводом для судебного иска послужил факт найма Майкла Овица (на том основании, что он непригоден для этой должности), а также факт его увольнения (на том основании, что выплаченное ему выходное пособие в размере 140 млн. долл. необоснновано и слишком велико). И Овицу, и Эйснеру пришлось защищать в суде законность выплаты выходного пособия и опровергать доказательства, представленные со стороны истца. Таким образом, Овиц и Эйснер, чей конфликт лежал в основе судебного разбирательства, оказались на одной стороне. С кем только не сведет человека нужда!

В определенный момент суд рассмотрел письмо Эйснера своему бывшему другу Овицу. Оно раскрыло тот аспект противостояния между ними, о котором мало кто знал. Два самых влиятельных лица в индустрии развлечений состязались за право носить звание «царя горы». В своем письме Эйснер подвел итог состязания простыми, прямыми словами:

«Тебе не нравится быть вторым номером в компании,

— писал он. –

А я считаю, что ты на самом деле не совсем понимаешь, как руководить публичной компанией, придерживаясь диснеевского стиля управления».

Ситуация полна скрытой иронии: Эйснер, обвиняемый в антидиснеевских действиях, уличает Овица в том, что тот действует не по-диснеевски!

Овиц, со своей стороны, так и не почувствовал магию «Волшебного Королевства». Стоя на свидетельской трибуне, он сказал, что в компании «не очень деликатно обращаются с людьми». Овиц подробно описал, как служащие компании звонят друг другу по телефону вместо того, чтобы пройти в соседний офис, расположенный в нескольких шагах.

В ходе судебного разбирательства выяснилось, что Эйснер отверг один за другим все планы Овица, в том числе и план приобретения 50 % акций Yahoo! за 100 млн. долл. — кусок интернет-пирога, который на момент суда стоил бы 24 млрд. долл.

Однажды актер Тим Аллен решил уйти из суперпопулярного телевизионного шоу о благоустройстве жилища Home Improvement. Овиц признался, что пригласил актера к себе домой на ужин и подарил ему гравюру Роя Лихтенштейна за 1200 долл. Вскоре знаменитый актер преодолел свою гордость и вернулся в шоу. Овиц сказал, что вместо благодарности за героическое спасение телевизионного шоу «один из высших руководителей Disney» сделал ему выговор, что этот подарок противоречит политике компании, и прочитал лекцию о принципах корпоративного управления.

По словам Овица, главный юрисконсульт компании постоянно стоял у него за спиной «с ножом в руках», а Майкл Эйснер «присвоил себе право принимать окончательное решение по всем вопросам».

Наблюдая за этим, Стив Джобс, по-видимому, втайне радовался.

Майкл Эйснер уже занял почетное место в «списке глупцов», составленном Стивом, а теперь Овиц делал все возможное, чтобы подтвердить его правоту. Если бы Джобс нанял целую команду специалистов, профессионально занимающихся дискредитацией личности, они не могли бы нанести более ощутимый вред репутации Эйснера, чем это сделал сам Овиц, без посторонней помощи.

Документы, представленные в качестве доказательств, выставили в невыгодном свете обе стороны. В 1996 г. Эйснер написал служебную записку:

«Сила личности Овица вместе с его эксцентричным поведением и патологическими проблемами (мне трудно говорить об этом) — сочетание, которое приведет компанию к катастрофе. Самая серьезная проблема заключается в том, что ему никто не доверяет, так как он не способен говорить правду».

Они оказались по одну сторону баррикад во время судебного разбирательства, отчаянно пытаясь доказать, что выплаченная Овицу сумма 140 млн. долл. оправдана. Однако каждый из них делал все возможное, чтобы сбить другого с ног.

Эйснер сам написал Овицу несколько писем — либо от руки, либо с помощью компьютера. Предположительно, он поступал так для того, чтобы Минди, его личный секретарь, не узнала их содержания. Многочисленные орфографические и грамматические ошибки, допущенные Эйснером в приступах ярости, выдавали его чувства — можно представить себе его дрожащие пальцы и раскрасневшееся от возбуждения лицо, когда он излагал на бумаге то, что накопилось у него на душе.

В последнем своем письме Эйснер подытожил произошедшее за время пребывания Овица в Disney.

«Разногласия между нами появились с самого начала,

— писал Эйснер. –

Я относил это на счет чрезмерного, плохо управляемого энтузиазма… Ты начал очень медленно — думаю, ты согласишься. Ты был возбужден и хотел произвести впечатление на всех. Скорее всего, ты не станешь возражать, что это было ошибкой. Я пытался поддержать тебя, разочаровался в тебе и хотел помочь, проинструктировать и, возможно, поруководить тобой. К январю наши взаимоотношения уже вызывали у меня большое беспокойство».

В письмах «Дорогой Джон!» самое неприятное принято писать в конце[35]. Эйснер закончил свое письмо так:

«Ты можешь считать, что многое из того, что я написал, — мелочи, не заслуживающие внимания».

Неужели Эйснер, в высшей степени образованный человек, действительно видел в этой ситуации элементы шекспировской трагедии: два по-своему замечательных человека, связанные давней дружбой, уничтожают друг друга из-за несовпадения стилей работы?

«Я хотел бы, чтобы мы остались друзьями,

— писал в заключение Эйснер. –

Я хотел бы, чтобы мы закончили все именно так, и похоже на то, что и ты хочешь действовать конструктивно и оказать помощь в решении этой проблемы… Надеюсь, теперь мы сможем вместе довести до конца то, что должно быть сделано. Я готов работать так много и так долго, сколько потребуется».

Последние слова явно имели двойной смысл, т. е. столько, сколько потребуется, чтобы убрать Овица из Disney с минимальной публичной оглаской.