Читать онлайн «Сборник книг вселенной The Elder Scrolls». Страница 433

Я повернулась, выбежала из комнаты, спустилась по пандусу, выскочила за дверь и бросилась к воротам Имперского города.

Имперский город. Я привыкла к нему, я люблю его. В детстве мой родной город Скинград казался мне безнадёжно провинциальным, и я целый год с огромным нетерпением ждала нашей с матушкой ежегодной поездки в сердце Сиродила. Столица была для меня воплощением культуры и знаний — всего того, чем я дорожила.

Я брожу сейчас по широким улицам города, из района в район. Наблюдаю. Скинград казался провинциальным, да, но это был коловианский город: простой, с отвесными стенами и чёткими линиями, c подчёркнутой скромностью аскетического стиля. И народ там жил такой же.

Имперский город, за исключением стен и Башни, которые остались от айлейдов, другой… нибенейский. Изысканный, нарядный, утончённый, многоликий.

Декадентский. Порочный.

Он такой же, как его жители. А жители — пленяются им навсегда.

Я опоздала.

Мориан ушёл. С помощью Дивайта, проклятого Дивайта, он осуществил свою мечту и проник в Обливион. Как сказал Сейф-идж, он двинулся в Лунную Тень, как и планировал, но там не задержался. Он прошествовал дальше: в Зольник, в Хладную Гавань, в Трясину. В Апокриф.

И там, в Апокрифе, он и остался.

Когда Сейф-идж говорил со мной, эмоции проскальзывали даже в его бесстрастном, как у всех рептилий, голосе. Он рассказывал, как Мориан, с тех пор как вступил в Обливион, становился, казалось, всё более беспечным, всё более восторженным — с каждым новым порталом, с каждым новым планом. Как он игнорировал призывы своего помощника возвращаться назад. Как Апокриф… вступил в него.

Сейф-идж был просто не в себе — совсем поникший, он явно не понимал, что делать. Это было ясно мне. Я влетела в кабинет Дивайта, хотя Сейф-идж и сказал, что он исчез, надеясь, что он всё же оставил хоть какую-нибудь возможность войти с ним в контакт, надеясь, что он откликнется на мои мольбы.

Я увидела лишь лежавшую на его столе открытую книгу, книгу под заголовком «Фрагменты Бездны Хермеуса Моры». Она была открыта на странице, посвящённой, очевидно, ритуалу призыва даэдрического князя Хермеуса Моры; открыта на словах «любая запрошенная цена будет уплачена».

Ритуал призыва Хермеуса Моры. Лорда Апокрифа.

Я побежала в лабораторию Мориана. Она была разгромлена, разграблена. Единственной стоящей вещью оказалась скомканная записка. Она гласила: «Когда ты входишь в Обливион, Обливион входит в тебя».

Мориан ушёл. Ушёл в Апокриф. Где и останется.

И потому брожу я по городу, из района в район. Размышляю. Какую цену Лорд Апокрифа назвал Дивайту Фиру? Какую цену потребовал за заманивание, за пленение Мориана Зенаса?

Я брожу по улицам города, по его широким улицам и глухим переулкам. Размышляю.

Размышляю, когда же я, в свою очередь, буду готова заплатить.

Следующие части написаны Сейфом-идж Хиджа.

Хозяин — я имею в виду профессора Мориана Зенаса — ушёл. Как и леди Алфидия — хотя я всегда обращался к ней «доктор Люпус», впрочем. И всё из-за этого Телванни, отвратительного мера, отпускавшего саркастические замечания насчёт «чешуйчатого помощника» всякий раз, когда профессор бывал рядом. Хотя бы по этому типу я скучать не буду.

Нет, я рад, что ушёл Телванни. Но остальные… что ж…

Я останусь здесь столько, сколько смогу. Буду поддерживать порядок в доме профессора, следить за его записями и реагентами, протирать пыль с его любимых книг. Я по-прежнему надеюсь, что он вернётся. В университете его зачислили в списки находящихся в творческом отпуске, который полагается профессорам время от времени, а его жалование пересылают мне, так что у меня есть средства на содержание дома и магической лаборатории.

Разбирая письменный стол профессора, я обнаружил стопку листков, заполненных элегантным почерком леди Алфидии, неоконченные записи об одежде, оружии и доспехах многих культур. Река медленно течёт в эти дни, поэтому я решил дополнить эти заметки о стилистических особенностях, причём в таком виде, в каком (как я надеюсь) леди доктор сделала бы это сама.

Хотя заметки о стиле основных эльфийских обществ Тамриэля наших дней уже готовы, ещё есть что сказать. Меры, почитающие своих предков и их наследие, особенно уважают историю альдмерской культуры. Меретическую эру, в которую эльфы впервые завоевали и колонизировали Тамриэль, они рассматривают как золотой век. В результате вся одежда и оружие того периода никогда по-настоящему не выходили из моды, и многие эльфы по-прежнему следуют стилю и манерам древних альдмеров. Нет ничего необычного в том, чтобы даже на континентальном Тамриэле встретить высокого эльфа или тёмного, одетого как древний айлейд или каймер. Эльфы называют этот обычай «эльнофейская драпировка», остальные говорят о них «древние эльфы» и тем и ограничиваются.

(Добавлю здесь к запискам отсутствующей леди, что я сам, проживший в имперской столице многие годы, никогда не видел ни одного лесного эльфа, одетого в этом стиле древних. Босмеры, как и мы, аргонианцы, кажется, предпочитают жить в аурбическом «сейчас», выказывая довольно мало интереса к укладу жизни в минувших эпохах).

Стиль древних эльфов отличается от облюбованного современными ремесленниками Саммерсета и Морровинда тем, что в нём больше растительных элементов, при том что одновременно он и более абстрактный. Распространены мягкие и плавные цветочные мотивы, обычно сужающиеся на концах, как остроконечные арки из вездесущих айлейдских руин, так хорошо знакомые жителям Сиродила. Бесчисленные круги, полукружья, дуги, связанные усиками растений, подобно тому как сами аэдра (которых эльфы считают своими предками) были заключены в клетку при создании Мундуса.

(Что? Что это?.. Я как будто бы услышал у себя в ухе шёпот моей леди: «Как претенциозно, Сейф-идж!»)

Несмотря на усиливающуюся роль цивилизации в нашей великой Второй Империи в Тамриэле по-прежнему сохранились отдалённые глухие места, населённые племенами варваров. Вероятно, самый известный из них нам, сиродильцам, это дикий клан жителей Предела, который обитает в горах между Скайримом и Хай Роком, и чьи набеги на окрестности Брумы живы в памяти нынешнего поколения. Но кроме них также существуют эшлендеры Морровинда, свирепые котринги Чернотопья, кет кепту из центрального Хаммерфелла и многие другие.

Отмечу странный, но непреложный факт, что эти племена, широко раскиданные по всему Тамриэлю, тем не менее придерживаются поразительно схожих вкусов в одежде. И это непременно должно стать отправной точкой для проведения ещё одного этнографического исследования, более системного, чем данное, которое имеет чисто описательный характер. (Так что вернёмся к описанию.)