Читать онлайн «Сборник книг вселенной The Elder Scrolls». Страница 132

Мы и мили не прошли, как прорвало Танарила. Он как сумасшедший принялся кричать, что не может воевать с тёмными эльфами, что они используют его тело для разведения пауков. Он бросился прочь, и ещё кое-кто из нас воспользовался этим шансом сбежать.

Сейчас я отсиживаюсь в пещере возле Силсайлена. Мой отец остался без гроша. Моя как-бы-невеста скоро начнёт считать меня изменником. Проклятые кошки и низкорослые эльфы правят на острове, а военщина посылает детей на передний край. Разве это та родная земля, на которой я рос?!

5 день Первого зерна:

Мне пришлось попытаться украсть что-нибудь на ужин, и, разумеется, меня схватили. Ветерок донёс аромат вкуснейшей белой рыбы, и в сумерках я пробрался в Силсайлен. Я ничего не ел с того самого утра, как рекрутёр пришёл в город. Тогда мне достался вкусный ароматный хлеб, испечённый матерью Сирун.

Я проскользнул в город и пошёл на запах, приведший меня к местной таверне. Когда я попытался выяснить, как попасть на кухню, на моё плечо легла огромная мясистая ручища. Это был один из людей каноника. Он точно знал, что я делал, как если бы наблюдал за мной с тех пор, как я вошёл в город. Сейчас я сижу в камере под домом каноника и жду его суда. Хорошо хоть дневник мне оставили.

Будь ты проклята, Эйренн! Будь проклят, Доминион!

10 день Первого зерна:

Моя старая жизнь закончилась. И началась новая — под Завесой. Оказалось, что каноник, уважаемая личность по имени Валано, сам испытывает опасения по поводу будущего Доминиона. Раньше они даже были хорошими друзьями с королевой, но сейчас он беспокоится, что годы изменили её.

Валано входит в группу, называющую себя Скрытое Наследие. Это группа свободных воинов, желающих делать то, что должно. Они предлагают сделать решительный выбор и остановить распространение иностранного влияния на нашей земле.

Меня привели в этот подвал в Силсайлене, где, как я думал, меня обрекут на выполнение тяжёлой работы. Вместо того я обрёл новую семью. Валано сказал, что он знает всё о моих проблемах и даже знает, как меня забрал рекрутёр Доминиона. Сказал, что он хочет помочь — помочь мне помочь себе.

И я это сделаю.

3E 368–389: Стратег и миротворец.

Первые десятилетия правления императора Уриэля были отмечены быстрым и повсеместным расширением и укреплением сферы влияния Империи, в особенности на востоке, в Морровинде и Черных Топях, где власть Империи была ограничена, имперская культура слаба, а местные обычаи и традиции, наоборот, сильны, что увеличивало противление процессу слияния народов. В этот период Уриэлю принесли большую пользу магическая поддержка и практичные советы его ближайшего помощника, имперского боевого мага, Джагара Тарна.

История женитьбы Уриэля на принцессе Кауле Вориа весьма печальна. Несмотря на красивую внешность и грацию, возбудившие любовь и восхищение народа, императрица была весьма неприятной, надменной, амбициозной и алчной особой. Своими женскими чарами она пленила Уриэля Септима, но тот вскоре пожалел о своей ошибке и отверг ее. Супруги искренне возненавидели друг друга и страрались причинить один другому боль. Их дети стали жертвой этого несчастного брака.

Благодаря своему живому уму и большому честолюбию Уриэль вскоре превзошел своего учителя Тарна в мастерстве угроз и уговоров. Успех Уриэля в придании Дому Хлаалу статуса оплота имперской культуры и экономического развития Морровинда — лучшее тому подтверждение. Однако эти достижения вызвали у монарха гордыню и крайнюю самоуверенность. Джагар Тарн воспользовался этим, надев маску скромного советника в отставке, он добился полного доверия Императора, что в конечном итоге привело к предательскому пленению Уриэля в Обливионе и тайному захвату Тарном трона Империи.

3E 389–399: Преданный и лишенный свободы.

Мало что известно о том, что происходило с Уриэлем во время его заключения в Обливионе. Сам он говорил, что ничего не помнит, кроме бесконечной череды кошмаров во сне и наяву. Он рассказывал, что находился в какой-то дреме и не ощущал течения времени. Долгое время публично он уверял всех, что не помнит ужасов заключения, но, порой, в беседах, которые стали основой этой биографии, он рассказывал о преследующих его страшных снах и отмечал, что они напоминают ему кошмары заточения в Обливионе. В такие моменты казалось, что он скорее не может, чем не хочет описать пережитое.

Но очевидно, что эти события изменили его. В 389 году он был молод, полон гордости, сил и желаний. А после спасения и возвращения на престол это был уже пожилой человек, мрачный и настороженный. Он также стал консервативен и угрюм, хотя проводимая им ранее политика была смелой и энергичной, а иногда даже безрассудной. Уриэль объяснял эти перемены отвращением к урокам и советам Джагара Тарна. Однако, ясно, что ссылка в Обливион истощила его тело и душу, в то время как разум его остался таким же ясным и живым, как в молодости.

История о магическом перевоплощении Тарна в императора и его разоблачении королевой Барензией, а также той роли, которую сыграли король Эдвир, Рия Сильмейн и ее Воитель в восстановлении Посоха Хаоса и поражении предателя, имперского боевого мага Джагара Тарна, и возвращении Уриэля на престол, подробно описана в великолепном трехтомнике Стерна Гамбоджа "Биография Барензии". Нет смысла повторять все это здесь. Подытоживая, заметим, что захват власти Тарном и его неумелое управление делами страны привели Империю к устойчивому упадку в экономике, позволили многим мелкопоместным лордам и королям оспаривать полномочия государства, а более сильным правителям на Востоке и на Западе развязать открытые войны.

3E 399–415: Реставрация, Чудо Мира и Вварденфелл.

В период Реставрации Уриэль Септим отошел от проводимой им в ранние годы политики военного и дипломатического давления и стал больше полагаться на проведение тайных закулисных операций, преимущественно с помощью небольших отрядов клинков. Полный анализ стоявших в этот период задач и методов их решения, возможно, будет проведен после смерти императора, если будет открыт доступ к многочисленым дневникам, хранящимся в его загородном поместье, а клинкам не будет больше нужды хранить в секрете личности своих агентов.

Двумя знаковыми политическими достижениями Уриэля в этот период стали: 'Чудо Мира' [более известное как 'Деформация Запада'], которое изменило район залива Илиак, объединив множество мелких воюющих королевств в хорошо управляемые современные мирные государства Хаммерфелл, Сентинель, Вэйрест и Орсиниум, а также колонизация Вварденфелла, проведенная умелыми руками короля Морровинда Хелсета и леди Барензии, королевы-матери, что увеличило имперское влияние в этой провинции.