Читать онлайн «Сборник книг вселенной The Elder Scrolls». Страница 115

Посол и народ Гнезда Кенарти соглашаются пересматривать все положения, обсуждать необходимые к ним дополнения и подтверждать свою обоюдную приверженность прочному и выгодному миру, возобновляя договор каждые десять лет.

Отчёт о событиях, произошедших во время допроса ведьмы Хенгильд из Виттестадра, составленный Гарматом, охотником на ведьм из клана Дайерфрост

Поначалу дознание протекало ничем не примечательно: старая карга самым рядовым образом реагировала на разные виды пыток — визжала и умоляла. Но когда пролилась первая кровь, наступило откровение.

Ведьма внезапно замерла, как будто впала в транс. И тут же холодный ветер ворвался в камеру, а пламя жаровни обернулось невероятной прохладой тени. Вторя происходящему, непонятно откуда — но все присутствующие это слышали — раздалось гортанное, без сомнения впечатляющее песнопение, почти как молитва. По размышлении я предположил, что это был язык Обливиона, грязный язык даэдрических принцев.

Железные цепи, сковывавшие Хенгильд, непостижимым образом разрушились и пали. Спина её выгнулась, глаза закатились, и тело медленно, без всяких видимых причин, воспарило в воздух на несколько футов над плитой.

Спустя мгновение она раскрыла рот и заговорила. Но это был уже не старушечий голос, слышимый ранее, а голос, преисполненный даэдрической мерзостью. Её слова расшифрованы не менее чем тремя свидетелями и целиком мною записаны:

«Боль невинного. Крики во тьме. Ноктюрнал здесь.

Моего преданного служителя пытают и жгут, сковывают и истязают, лишают жизни.

Клан по имени Дайерфрост полагает себя добродетельным, но Ноктюрнал разглядела его порочность.

Моё проклятие падёт на вас и на ваших потомков.

Вершить над вами правосудие начнёт Ледяная королева, которая явится под личиной нищенки.

Кровь застынет у вас в жилах. Пытка будет долгой и мучительной.

А когда придёт избавление, то узнаете, что истинные страдания только начались. Расплата настигнет в минувшем и сущем, а само имя Дайерфрост будет смешано с грязью навечно.

Новая Ледяная королева ввергнет клан Дайерфрост в отчаянную тоску Обливиона, и вы изведаете истинную муку».

И на этих словах тело ведьмы вспыхнуло зелёным пламенем и обратилось в прах.

Начало планам императора по вторжению на Акавир было положено в 270-х годах, когда он приступил к завоеванию мелких островных королевств, лежащих между Тамриэлем и Акавиром. При захвате Черной Гавани в 282 г. Уриэль V уже ставил перед собой более значимую цель. Он немедленно приказал начать широкое обновление порта, который должен был стать местом сбора сил и основной перевалочной базой в ходе кампании. В это же время он издал распоряжение о постройке большого числа крупных океанских транспортов, необходимых для финального броска на Акавир, в которых флот испытывал особый недостаток. Это показывает, что подготовка к вторжению была начата заблаговременно, даже до завершения покорения Эсроньета, а оно не было случайной причудой, как утверждают некоторые.

Когда принц Башомон подчинил Эсроньет имперской власти в 284 г., император смог полностью посвятить все свое внимание планированию Акавирской кампании. В 285 и 286 гг. были снаряжены экспедиции, имевшие целью разведку морских путей и побережья Акавира; имперские агенты служб безопасности, как магические, так и обычные, были отправлены для сбора информации. На основе полученных данных первой целью вторжения было избрано королевство Цаэски, расположенное в юго-западной части акавирского континента.

Тем временем император собирал свой экспедиционный корпус. Для кампании был сформирован новый Дальневосточный флот, что привело к ослаблению остальных сил флота на некоторое время; можно утверждать, что это была сильнейшая армия на море, когда-либо создававшаяся в истории Тамриэля. Пятый, Седьмой, Десятый и Четырнадцатый легионы были избраны для первоначальной высадки, а Девятый и Семнадцатый должны были последовать за ними после установления контроля над побережьем. Хотя для штатских эти силы могут представляться относительно небольшой частью всей армии, необходимо помнить, что экспедиционный корпус должен был находиться на конце длинной и тонкой линии снабжения; кроме того, император и армейское командование полагали, что ему, по крайней мере, первоначально, не будут противостоять значительные силы неприятеля. Наконец, возможно, наиболее важным фактором было то, что флот имел транспорты для переброски не более четырех легионов одновременно.

Сразу необходимо отметить, что Комиссия не считает неправильной подготовку, проведенную императором для вторжения. Основываясь на информации, имевшейся перед вторжением (для сбора которой были приложены огромные усилия, хоть в ретроспективе этот объем информации представляется недостаточным), Комиссия полагает, что император не действовал безрассудно или опрометчиво. Некоторые утверждали, что экспедиционный корпус был слишком мал. Комиссия считает, что, напротив, даже если бы могли быть изысканы возможности по перевозке и снабжению большего количества легионов (что было невозможно без развала торговли во всей Империи), это лишь приумножило бы масштабы катастрофы, но не предотвратило ее. Невозможно было оставить Империю без легионов; память о Каморане Узурпаторе была еще свежа, и император полагал (и Комиссия с этим согласна), что безопасность Империи исключала большую концентрацию войск вне Тамриэля. Комиссия склонна полагать, что экспедиционный корпус был даже излишне велик. Несмотря на создание двух новых легионов (и воссоздание Пятого), потеря экспедиционного корпуса опасно ослабила позиции Империи в провинциях, что современная ситуация показывает со всей очевидностью. Это означает, что организация вторжения на Акавир была выше современных возможностей Империи; даже если бы император смог выставить и снабжать большее количество войск на Акавире, Империя могла развалиться у него за спиной.

Экспедиционный корпус покинул Черную Гавань 23-го числа Руки дождя 288 года и при ясной погоде высадился на Акавире после шести недель в море. Точкой высадки стал небольшой цаэсский порт в устье крупной реки, избранный из-за его близости к Тамриэлю, а также выгодного расположения на плодородной речной долине, обеспечивающей доступ вглубь материка и фуражировку армии. Первоначально все складывалось удачно. Цаэски покинули город при приближении экспедиционного корпуса, так что его силы без потерь заняли город, который был переименован в Септимию, первую колонию новой имперской провинции Акавир. Пока инженеры укрепляли город и расширяли порт для нужд Дальневосточного флота, император продвинулся вглубь материка с двумя легионами. Прилегающие земли согласно донесениям являлись плодородными, хорошо орошаемыми полями, и, не встречая сопротивления, армия заняла ближайший город выше по реке, также покинутый. Он был переименован в Ионит, и император расположил в нем свою штаб-квартиру, поскольку город превосходил Септимию по величине и позволял лучше контролировать территорию вокруг.