Читать онлайн «Под псевдонимом Дора». Страница 93

Положение складывалось совершенно безвыходное. Дальнейший сбор разведывательных сведений не имел практического смысла.

Сотрудники группы исчерпали возможности, отыскивая выход из тупика. Сам я также ничего не мог предпринять, пока оставался на нелегальном положении. Было очевидно, что, только выбравшись за границу, я сумею наладить связь с Центром, сообщить, что нужно, и получить указания, как нам действовать: свертывать ли работу в Швейцарии или организовать ее на какой-то иной основе.

Бежать можно было только во Францию, так как Австрию и Италию еще занимали немецко-фашистские войска. Во Франции же военная обстановка к началу сентября 1944 года изменилась коренным образом. В Нормандии союзники продвигались вперед, а восставшие парижане в августе изгнали оккупантов из столицы. Гитлеровское командование вынуждено было вывести войска из пограничных со Швейцарией французских областей и перебросить их на боевые участки фронта. Теперь в департаменте Верхняя Савойя власть находилась в руках французских партизан. Идти нужно было к ним.

Самым трудным было пройти швейцарские контрольные посты на границе. Они казались непреодолимыми. Мы долго обсуждали этот вопрос с женевскими товарищами. Было даже такое предложение: устроить подкоп под проволочным ограждением, тянувшимся вдоль границы, по которому был пропущен электрический ток. Другие советовали поехать в Кампионе - итальянскую территорию внутри швейцарского кантона Тессин, находящуюся в руках итальянских партизан. Но чтобы попасть туда, нужно было пересечь поездом всю Швейцарию (дальнее автомобильное сообщение из-за нехватки горючего уже давно прекратилось). Другой же путь в Кампионе через озеро Лугано находился под наблюдением катеров швейцарской пограничной службы. Все эти предложения пришлось отвергнуть. Самое лучшее, по моему убеждению, было перейти границу с помощью савойских партизан, которые отлично знали местность и наверняка не отказались бы нас провести.

Пока мы размышляли над этой проблемой, товарищи сообщили: полиция выпустила из тюрьмы Фута. Он, так же как и остальные радисты, не имел права до судебного процесса и вынесения приговора выезжать из страны. Фута освободили 8 сентября, за несколько дней до того, как мы с женой покинули Швейцарию. Свидание наше не состоялось, так как я опасался полицейской ловушки.

При сложившихся обстоятельствах разумный выбор был только один уходить во Францию и там искать представителей нашего Центра. Я обязан был выполнить свой долг, и даже родительские чувства не должны были этому воспрепятствовать. Нам с женой, конечно, было очень тяжело уезжать, не повидавшись с детьми и старушкой матерью. Но иначе поступить было нельзя. Мы верили, что друзья позаботятся о нашей семье, как это они делали и раньше, когда чиновники в полицейских мундирах пытались учинить над ней расправу.

Побег из Швейцарии

Осенью 1944 года гитлеровская империя начала разваливаться, как разваливается на куски ледяная глыба айсберга, попавшая под воздействие теплых океанских течений и солнца.

Советские армии, атакуя врага по всему фронту, осуществляли свою великую освободительную миссию. Они вызволили из фашистской неволи Бухарест, Софию и Белград, вели бои в Польше, Чехословакии, Венгрии, вступили в пределы Восточной Пруссии.

Когда советские войска оказались на территории Болгарии и Румынии, трудящиеся этих стран подняли вооруженные восстания. Антифашистские силы, руководимые коммунистическими партиями, одержали победу. Болгария и Румыния объявили войну гитлеровской Германии. В сентябре разорвало отношения с рейхом правительство Финляндии; оно подписало мирное соглашение с Советским Союзом и Англией.

В Западной Европе союзные войска и силы Сопротивления изгнали оккупантов из большей части Франции и Бельгии.

В середине сентября мне наконец удалось связаться с французскими маки из департамента Верхняя Савойя. Партизаны охотно согласились помочь нам бежать из Швейцарии. Я дал курьеру адрес своей конспиративной квартиры, и вскоре к нам явился их представитель - майор по чину. Я был приятно удивлен, узнав, что этот молодой француз доводится племянником известному советскому академику Баху.

С майором мы разработали план побега до мельчайших деталей.

План был таков. 16 сентября, в субботу, за мной и Леной заедет на своей машине профессор, заведующий клинической больницей, где раньше лечилась жена. Он подвезет нас к туннелю, через который проходит железная дорога в женевский пригород Аннмасс, контролируемый партизанами. Хотя железнодорожное сообщение между Францией и Швейцарией со времени гитлеровской оккупации было прекращено, но по субботам с французской территории, из так называемой "свободной зоны", граничащей с Женевским кантоном, приходил паровоз с одним вагоном, груженным бидонами с молоком, - французские крестьяне снабжали молоком жителей Женевы. За неделю порожних бидонов накапливалось много. Их отправляли обратно поездом через туннель. Из "свободной зоны" завозили не только молоко, но и другие продукты. Поэтому французские таможенные посты располагались не у самой государственной границы, а несколько глубже, за "свободной зоной".

Мы должны были проникнуть в туннель и там встретить майора. Поезд, разгрузив бидоны с молоком и забрав пустые, вернется обратно. В туннеле он на минуту остановится, и мы сядем: паровозная бригада была заодно с партизанами.

Наступила суббота. Точно к назначенному часу приехал профессор. Мы с женой с большим трудом прошли какой-то десяток метров до автомобиля и еле-еле забрались в машину: от длительной неподвижности чуланной жизни ноги отказывались слушаться.

Поехали.

Я испытывал очень странное ощущение. Это был мой первый выход в город после одиннадцатимесячного вынужденного заточения. Было уже нерабочее время, и на балконах домов праздно сидели горожане. Мне казалось, что все они смотрят только на нас. То же чувство владело и Леной. Когда проехали многоэтажные дома с балконами, она призналась, что у нее было такое странное ощущение, будто она голой вышла на люди. Сказалась душевная депрессия подпольной жизни.

Наконец мы добрались до моста. Над железнодорожным туннелем увидели полицейского. Тут был дежурный пост. Полицейский ездил вокруг моста на велосипеде. Выждав, когда он завернет за мост, мы выскочили из машины и нырнули в темный раструб подземной дороги. Здесь немного отдышались отвыкли от резких и быстрых движений.

Решив, что все идет пока благополучно, двинулись не спеша в глубь туннеля, но тут заметили позади себя несколько темных силуэтов. Прибавили шагу. Люди продолжали преследовать нас. Мы уже стали всерьез тревожиться, как вдруг перед нами выросла знакомая фигура майора. Он успокоил нас, сказав, что это свои люди.