Читать онлайн «10 гениев бизнеса». Страница 78

Осуществляя крупные операции на рынке японских акций, Сорос должен был решить, стоит ли их сворачивать. Его соперник по корту заметил, что лоб Джорджа покрылся испариной, чего не было во время игры. Сорос сразу решил продать все свои активы. Без малейших колебаний, не посоветовавшись ни с кем перед таким ответственным шагом. Решение пришло к нему за долю секунды.

«Суммируя» таланты Джорджа Сороса-инвестора, Байрон Вин утверждает: «Гениальность Джорджа заключается в необычной самодисциплине. Он смотрит на рынок с чисто практической точки зрения и знает, какие силы влияют на цены акций. Джордж понимает, что рынок содержит и рациональные и эмоциональные аспекты. И знает, что он тоже иногда ошибается. Он готов к самым решительным действиям, когда он прав, и может выжать из открывшихся ему возможностей все, и готов любыми средствами уменьшить свои убытки, когда ошибается… Он умеет быть очень убедительным, когда уверен в своей правоте, как было во время кризиса английского фунта осенью 1992 года».

Сорос задавал себе вопрос, стоит ли заниматься бизнесом дальше. Денег он заработал больше, чем сможет потратить. Рутина надоела. Он устал играть чужими деньгами, руководить множеством людей, которых нанимал не сам. И для чего? Что взамен? Где радости жизни? Сорос признавал, что он «как-то перегорел». После 12 фантастически удачных лет в бизнесе он понял, что жизнь инвестора просто не удовлетворяет его как личность.

В одной из своих книг Сорос вспоминает: «К 1980 году, когда я уже не мог скрывать свои успехи, меня охватил некий духовный кризис. Я спрашивал себя, ради чего я должен терпеть страдания, если не могу насладиться собственным успехом? Я должен вкушать плоды своего труда, пусть даже придется зарезать курицу, несущую золотые яйца».

Духовный кризис отразился на делах бизнесмена. Он слишком спешил с выводами, и многие инвестиции оказались неудачными. Джордж слишком долго не обновлял портфель активов. Он длительное время получал сведения от высокопоставленных лиц, но теперь, если верить его критикам, стал часто обращаться к некомпетентным людям. В самом деле, он подолгу беседовал с правительственными чиновниками, особенно с председателем совета управляющих федеральной резервной системы Полом Волкером.

Летом 1981 года никто не думал, что фонд Сороса окажется на мели. Но многие искренне опасались за состояние дел фонда. А затем наступил крах рынка федеральных облигаций. Проблемы Сороса на этом рынке обозначились еще в конце 1979 года, когда Пол Волкер решил переломить хребет инфляции. Учетные ставки подскочили с 9 до 21 % годовых, и Сорос резонно решил, что это вредно скажется на экономике. Когда летом оживился рынок федеральных облигаций, бизнесмен начал скупать их. Долгосрочные казначейские обязательства, срок погашения которых наступал в 2011 году, в июне покупали за 109 % от номинальной стоимости. Но к концу лета их цена упала лишь до 93 %.

У Сороса были все возможности свести баланс по операциям с федеральными облигациями с положительным сальдо, хотя он играл на заемные средства. Пока процент по облигациям был выше процента по банковским кредитам, облигации могли приносить прибыль. Сорос занимал под 12 % годовых. Но если облигации приносили 14 %, а иногда даже 15 %, то проценты по краткосрочным кредитам подскочили до 20 % годовых, что привело к появлению негативного сальдо, и прибыли исчезли. За год Джордж Сорос потерял от 3 до 5 % на каждой облигации. По некоторым оценкам, это обошлось его клиентам в 80 миллионов.

1981 год оказался для фонда наихудшим. Акции «Квантума» упали в цене на 22,9 %. В первый (и пока последний) раз фонд завершил год без прибыли. Многие клиенты фонда оказались теми, кого один обозреватель окрестил «летучими искателями успеха из Европы». Они боялись, что Сорос утратил свою былую хватку, и добрая треть инвесторов покинула фонд. Позднее бизнесмен признавал, что не может винить их за это. Уход этих инвесторов урезал средства фонда наполовину – до 193,3 миллионов долларов.

С августа 1985-го Сорос ведет дневник. Помимо сведений о своих инвестициях, он записывал побочные мысли по ходу «эксперимента в реальном времени» в поисках ответа на вопрос, как долго просуществует «имперский круг» Рейгана. Джордж рассматривал дневник как проверку своей способности предвидеть перемены на финансовых рынках и возможность проверки своих теорий на практике. Благодаря дневниковым записям, взгляды Сороса и его инвестиционная стратегия в период между августом 1985 и ноябрем 1986 года тщательно задокументированы. Часть дневника была опубликована в изданной в 1987 году книге «Алхимия финансов».

Первый серьезный экзамен теории Сороса прошли в сентябре 1985 года. 6 сентября Сорос решил играть на повышение иены и марки. Но они продолжали дешеветь. Он начал сомневаться в своей идее «имперского круга». Его закупки обеих валют достигли суммы 700 миллионов долларов, что превысило актив фонда «Квантум». Хотя Сорос понес некоторые убытки, он был уверен, что ход событий подтвердит его правоту, и довел объем операций по иене и марке до 800 миллионов долларов – на 200 миллионов больше, чем общая стоимость активов фонда.

Позже, а именно 22 сентября, сценарий Сороса начал воплощаться в жизнь. Джеймс Бейкер, новый министр финансов США, решил, что курс доллара нужно понизить, поскольку американские производители все настойчивее требовали протекционистских мер. Бейкер и министры финансов других ведущих стран – Франции, Германии, Японии и Великобритании – так называемая «большая пятерка», собрались в Нью-Йорке в отеле «Плаза». Сорос узнал об этой встрече и сразу понял, что именно предпримут министры. Он трудился всю ночь, скупая миллионы иен.

Министры действительно согласовали снижение курса доллара, позже окрещенное как «соглашение Плаза». Предполагалась «справедливая оценка других валют» путем «более тесного сотрудничества». Это означало, что центральные банки будут обязаны девальвировать доллар.

На следующий день стало известно о падении курса доллара к иене с 239 до 222,5 иены, или на 4,3 %. Крупнейшая девальвация за один день в истории финансов! Сорос, к своему немалому удовольствию, заработал за ночь 40 миллионов долларов. В записях от 28 сентября он назвал сговор в «Плазе» «сущей бессмыслицей… прибыли за последнюю неделю оказались равны общим убыткам от операций с валютой за последние четыре года…»

Ночная инвестиция «Квантума» создала вокруг него почти мистический ореол. Стенли Дракенмиллер, работающий с Джорджем Соросом с 1988 года, сообщил, что осенью 1985-го другие торговцы, подражая Соросу, тоже скупали иены накануне «соглашения Плаза». Когда в понедельник утром курс иены на торгах вырос на 800 пунктов, эти торговцы стали снимать пенки, воодушевленные столь быстрыми и крупными прибылями. Однако наш герой оказался предусмотрительней. «Предположим, Сорос проговорится и даст понять другим, что пора прекращать продажу иены. Правительство намекнуло ему, что доллар будет падать и в следующем году. Отчего бы ему не быть свиньей и не скупать иены дальше?»