Читать онлайн «Самые желанные женщины. От Нефертити до Софи Лорен и принцессы Дианы». Страница 65

Не стоит думать, что работа модели — легкий труд: первые месяцы Синтии приходилось работать по двадцать часов в сутки, проводя по полдня стоя на высоченных каблуках в неудобных позах или бегая по городу с одного кастинга на другой. Поначалу в агентстве, которое любило в интересах раскрутки давать своим моделям броские короткие псевдонимы, Синтию звали Бэби Джиа: она была похожа на супермодель начала восьмидесятых Джиа Каранджи, одну из первых, кто был удостоен этого громкого титула: менеджеры считали, что, представляя девушку как «маленькую Джиа», ее быстрее можно будет продать. Но Синтия пообещала себе, что добьется права носить собственное имя, — и добилась своего.

Всего за пару месяцев упорство и красота девушки — а может быть, счастливый случай — сделали свое дело. Уже в январе 1987 года она появилась на своей первой обложке — британского издания Vogue, — где позировала в укороченном твидовом жакете, дополненном залихватски сдвинутой набок шляпкой и крупными бусами из фальшивого жемчуга. В то же время она приняла участие в крупнейшем соревновании профессиональных моделей, конкурсе Look Of The Year, проводимом агентством Elite. Кстати, на нем она заняла второе место, что не помешало ей уже к концу первого года выйти в число самых успешных американских фотомоделей. Свой успех она позже объяснила очень просто: «Когда я позирую перед камерой, у меня не пустой взгляд». Она получила право называться Синди Кроуфорд, а уже через пару лет по всему миру ее знали просто как Синди — то ли искаженный вариант ее имени, то ли сокращение от имени Синдереллы — Золушки, какой многим представлялась Кроуфорд. Даже ее родинка, которую так проклинали менеджеры агентства, превратилась в фирменный знак Кроуфорд: по ней ее узнавали на многочисленных снимках в глянцевых журналах, на рекламных плакатах и во время проходов по подиуму. Когда-то давно слава Мэрилин Монро заставляла пририсовывать родинки даже тех, у кого их не было, но те времена, казалось, давно прошли — и вот пример Синди Кроуфорд снова вдохновил их гордиться своей «природной мушкой».

Восьмидесятые годы, особенно их вторая половина, были тяжелым временем для индустрии моды и шоу-бизнеса: за роскошными тканями, избыточными силуэтами и блеском фальшивых драгоценностей не было видно, что вся модная индустрия находится в глубоком кризисе. Кинозвезды, которые невероятно устали постоянно жить под прицелом фотокамер, больше не хотели пачками покупать себе дорогостоящие наряды, и простые зрители не имели возможности им в этом подражать. Женам миллионеров стало неприлично выставлять свое богатство напоказ. Нужды времени настоятельно требовали тех, кто снова смог бы привлечь внимание к блестящим творениям от-кутюр и дорогостоящим товарам, кем простые обыватели могли бы восхищаться и кому могли бы подражать. Постепенно место властительниц умов заняли прекрасные фотомодели, чьи лица были известны каждому, растиражированные в тысячах фотографий на глянцевых страницах журналов и рекламных плакатах. Именно они — невероятно прекрасные, холеные, одетые в роскошные одеяния от лучших модельеров — стали воплощением мечтаний миллионов, спасителями индустрии от-кутюр и главными кормильцами «желтой» прессы.

Девушек, которые действительно диктовали миру свою волю, было немного, и Синди Кроуфорд была одной из первых, кого причислили к лику небожителей — разряду супермоделей, которых, по словам Клаудиа Шиффер, весь мир знал в лицо. Почти в каждом выпуске каждого глянцевого журнала были ее снимки, почти в каждой газете упоминалось ее имя, и репортеры, описывающие показ новой коллекции того или иного модельера, обязательно упоминали, сколько выходов у нее было и сколько тысяч долларов она за это получила — а ее гонорары доходили до 60 тысяч долларов за показ. Знаменитый модельер Карл Лагерфельд говорил о ней: «В Синди сочетаются классическая красота и девушка мечты каждого американца». В июле 1988 года Синди Кроуфорд стала первой супермоделью, появившейся на страницах журнала Playboy: ее сдержанная черно-белая фотосессия была выполнена фотографом Гербом Ритцом. Репортерам она заявила: «Я не возражаю, если кто-нибудь захочет повесить на стену мое изображение, если это доставит ему радость. Мне будет приятно доставить такое удовольствие». С этого момента уже ни у кого не было сомнений, что Кроуфорд воцарилась на самой вершине.

С января 1989 года Синди стала вести шоу на телеканале MTV — программа под названием House Of Style повествовала о модных новинках, закулисных сплетнях, буднях топ-моделей и прочих интересных для подростковой аудитории вещах. В том же году она подписала многолетний контракт с косметическим концерном Revlon, который принес ей три миллиона долларов — лицом этой марки она останется до 2000 года. Позже будут и другие контракты — например, с производителем роскошных часов Omega, Pepsi, чей рекламный ролик с Синди был признан самым сексуальным за последние полвека. А ее рекламные плакаты для марки нижнего белья Hennes & Mayritz норвежская полиция будет вынуждена срывать со стен, так как они стали причиной множества аварий — водители, заглядываясь на американскую красавицу, забывали смотреть на дорогу.

На обложке номера Vogue за январь 1990 года предстали все пять супермоделей — Наоми Кэмпбелл, Линда Евангелиста, Кристи Терлингтон, Синди Кроуфорд и Татьяна Патитц, — запечатленные камерой фотографа Питера Линдберга. Теперь весь мир точно знал, кого ему надо любить и кому поклоняться. Масла в огонь подлил поп-певец Джордж Майкл, снявший всех пятерых (и пятерых моделей-мужчин, которых, впрочем, сейчас мало кто помнит) в своем клипе Freedom!’90, где Синди лежит в ванне, едва прикрывая наготу руками. Позже место Патитц заняла немка Клаудиа Шиффер — все вместе они вошли в историю моды как «суперпятерка».

Знаменитый дизайнер Майкл Корс как-то сказал про нее: «Синди удалось разбить стереотип сексуальной американской девушки — голубоглазой душечки-блондинки, представ в образе знойной брюнетки с мозгами, шармом и профессионализмом». Конечно, столь откровенно сексуальный образ супермодели не мог не повлечь за собой повышенный интерес прессы к ее личной жизни. Однако по сравнению с многими другими моделями Синди оказалась практически пуританкой: после долгой полудружбы-полуромана с фотографом Виктором Скребнески (говорили, что у них был вялотекущий роман, который закончился скандалом после появления Синди в Playboy) она недолго крутила с начинающим манекенщиком Ренди Гербером, потом еще пара непродолжительных интрижек — и все. Тем сильнее была реакция, когда в марте 1991 года на шестьдесят третьей церемонии вручения премии «Оскар» знаменитый актер Ричард Гир, лишь недавно прогремевший главной ролью богатого плейбоя в бессмертной «Красотке», появился на красной дорожке под руку с Синди Кроуфорд. Она была одета в длинное красное платье от Versace с глубоким фигурным декольте — по мнению критиков и историков моды, это платье оказало огромное влияние на модные тенденции, став самым копируемым нарядом года и войдя в список самых знаменитых нарядов за последние пятьдесят лет. Возможно, наряд Кроуфорд не привлек бы такого внимания, если бы облаченная в него красотка не объявила о том, что они с Гиром встречаются.