Читать онлайн «Во имя Победы». Страница 72

Я специально остановился на обстоятельствах создания и организации производства 37-мм авиационной пушки для того, чтобы показать, какая высокая требовательность предъявлялась к работе конструкторов и производственников. Никто не был застрахован от ошибок и неудач, тем более в таком сложном и многотрудном деле, как конструирование оружия. Главное заключалось в том, чтобы быстро исправлять ошибки, делать из неудач правильные выводы и идти дальше, идти безостановочно, отдавая созданию оружия и его совершенствованию все силы ума и сердца.

В эпоху, когда воюют миллионные армии, как одно из важнейших условий победы в войне нужны соответственно в массовом количестве лучшие, чем у врага, машины, вооружение. Вот почему на всем протяжении минувшей воины наряду с жестокими битвами на суше, в воздухе и на море, параллельно с напряженной борьбой военных экономик противостоящих государств шло еще одно, не менее важное и бескомпромиссное сражение — сражение научной, конструкторской, инженерной мысли. И в этом невидимом, но упорном и трудном сражения советские ученые и конструкторы одержали убедительную победу над противником.

Главным требованием к оружию было обеспечение его превосходства над аналогичным образцом оружия противника. Не соответствие ему, не приближение к нему, а именно превосходство по всей параметрам. Это требование было и исходным, и конечным пунктом работы наших конструкторов вооружения.

И если его выполнение было непреложным законом тогда, в годы минувшей войны, то в современных условиях, когда научно-технический прогресс получил невиданное ускорение, а воинственность агрессивных империалистических кругов не только не уменьшается, но и усиливается, приобретая все более зловещие формы, именно такой подход в созданию и совершенствованию оружия приобретает постоянно возрастающее значение для обеспечения высокой боевой готовности наших Вооруженных Сия, надежной защиты завоеваний социализма и мира.

Беспристрастным и суровым судьей, который оценивал работу конструкторов, была война.

2 февраля 1943 года около девяти часов утра мне позвонил командующий артиллерией Красной Армии Н. Н. Воронов. Он был в это время представителем Ставки на Донском фронте.

— Дмитрий Федорович, поздравляю, — услышал я взволнованный голос Николая Николаевича. — Операция фронта по ликвидации окруженного противника успешно завершена! Победа, Дмитрий Федорович, победа? Победа и наших бойцов, и нашего оружия. Замечательно проявило себя наше оружие! Поздравляя?!

Н. Н. Воронов до тонкостей разбирался в материальной части артиллерии, отлично знал вопросы ее боевого применения и особенности эксплуатация. Мы познакомились с ним в Ленинграде еще в 1936 году, в ту пору, когда Воронов был начальником 1-го артиллерийского училища, а я — инженером в Артиллерийском научно-исследовательском морском институте. Николай Николаевич был крупным специалистом своего дела, вложившим большой труд в развитие отечественной артиллерии, в теорию и практику ее оперативного и боевого использования и просто обаятельным человеком, прекрасным собеседником. Он обладал острым аналитическим умом, умел четко и выразительно формулировать мысли. Обсуждали мы с ним множество проблем. И почти всегда расставались удовлетворенными, даже если мнения наши кое в чем расходились и не сразу удавалось решить тот или иной вопрос.

Сообщение Н. Н. Воронова о победном завершении битвы на Волге я воспринял с огромной радостью. А вскоре у себя в наркомате мы получили детальную информацию с нашим, вооруженческим уклоном. Дело в том, что когда наши войска перешли в контрнаступление, в штаб Донского фронта был командирован мой заместитель Николай Дмитриевич Агеев. Ему поручалось незамедлительно, как только Сталинград будет очищен от противника, организовать работы по восстановлению завода «Баррикады». Случилось так, что во время первого допроса Паулюса Агеев находился за тонкой перегородкой в избе, где происходило это историческое событие. Возвратившись в Москву, Николай Дмитриевич подробно рассказал нам об этом, о том, как во время боев он воочию наблюдал работу нашей артиллерии. Фронтовики-артиллеристы высказали немало ценных предложений по совершенствованию некоторых выпускаемых нами образцов. В частности, боевая практика подтвердила, что для ведения наступательных действий важно повысить маневренность орудий, укрепить их ходовую часть. Высказывались пожелания и об уменьшении веса некоторых артсистем. Что касается дульных тормозов, пневматических уравновешивающих механизмов, торсионного подрессоривания и других новинок артиллерийского конструирования, то они себя полностью оправдали. Из всего этого и слагалось по крупицам качественное превосходство нашего оружия над оружием противника.

Н. Д. Агеев доложил, что Н. Н. Воронов разрешил ему взять 300 трофейных грузовых автомашин для проведения восстановительных работ на заводе «Баррикады». Это было ощутимой поддержкой для нас. Ведь здесь надо было заново организовать производство оружия. То, что до начала битвы было заводом, теперь представляло собой груды искореженного и обожженного кирпича и металла, обрушившиеся пролеты и перекрытия, зияющие огромными пробоинами стены, расколотые фундаменты, искалеченные станки. И все это предстояло в кратчайший срок превратить в действующие цеха, конвейеры, поточные линии.

По распоряжению наркомата ряд наших заводов сформировал и направил в Сталинград бригады специалистов для ускорения восстановления завода. Общее руководство работами осуществлял Н. Д. Агеев. Об их темпах говорит тот факт, что еще не были расчищены главные магистрали разрушенного города, а завод уже начал выдавать продукцию, снова включился в общую работу по выпуску оружия для фронта. Задание было выполнено в срок.

С разгромом немецко-фашистских войск под Сталинградом Красная Армия перешла в наступление. Наши войска развернули активные действия в предгорьях Кавказа, на Верхнем и Нижнем Дону, под Воронежем, в районах Ржева и Демянска, под Ленинградом. Подготовка и проведение крупномасштабных операций требовали неуклонного увеличения поставок оружия в войска. В одном из приказов Верховного Главнокомандующего в тот период отмечалось:

«…война против немецко-фашистских захватчиков требует, чтобы Красная Армия получала еще больше орудий, танков, самолетов, пулеметов, автоматов, минометов, боеприпасов, снаряжения, продовольствия. Значит необходимо, чтобы рабочие, колхозники, вся советская интеллигенция работали для фронта с удвоенной энергией»[23].