Читать онлайн «Во имя Победы». Страница 107

Партия делала все для того, чтобы и в суровое военное время советские люди продолжали жить полнокровной жизнью. Она думала о развитии науки и культуры, формировании подрастающего поколения. В осажденном Ленинграде звучала Героическая симфония Д. Шостаковича, фронт и тыл покорял Василий Теркин герой замечательной поэмы А. Твардовского, Большой театр давал блистательные спектакли, ученые делали величайшие открытия, строители возводили Дворцы культуры, школы, детские сады…

Все это были штрихи к грядущей нашей победе, дыхание которой зимой 1944/45 года ощущалось все явственней. Ее приближение, как приближение весны, мы замечали по многим приметам: и сводки Совинформбюро о новых и новых успехах наших войск и поражениях войск противника, и публикация Указов Президиума Верховного Совета СССР о награждении соединений, частей, воинов, заводов и тружеников тыла, и сообщения о вводе в строй восстановленных предприятий, пуске электростанций, освоении производства новых видов мирной продукции, и многое, многое другое.

Мы с нетерпением ждали победу и делали все, чтобы приблизить ее.

В то же время мы понимали, что хотя фашистская Германия и лишилась почти всех своих союзников и оказалась в полной политической изоляции, хотя вермахт и потерпел в 1944 году сокрушительные поражения, потеряв на советско-германском фронте свыше полутора миллионов человек и огромное количество вооружения, несмотря на все это, предстоит тяжелая и упорная борьба за полный разгром врага.

К началу 1945 года вермахт противопоставлял Красной Армии свыше двухсот дивизий и бригад численностью почти 4 миллиона человек. Они имели 56 тысяч орудий и минометов, свыше 8 тысяч танков и штурмовых орудий, более 4 тысяч боевых самолетов. Кроме того, гитлеровское руководство использовало и большую часть своей так называемой армии резерва.

Все это надо было разбить, принудить к безоговорочной капитуляции.

Для выполнения этой задачи Красная Армия располагала теперь всем необходимым. В период подготовки к наступательным операциям завершающего периода войны наши войска были насыщены артиллерийскими орудиями, особенно крупных калибров, минометами, пушечным вооружением для авиации, стрелковым оружием и боеприпасами к нему, оптическими приборами. Преимущество над противником еще больше усиливалось благодаря высокому наступательному порыву советских воинов, подавляющему превосходству советского военного искусства.

В последнюю военную зиму стали особенно сказываться на росте огневой мощи наших войск количественные и качественные изменения в артиллерийском парке. Если взять для сравнения две крупнейшие операции заключительного периода войны — Белорусскую и Берлинскую, можно отметить в последней незначительное вроде бы увеличение общего количества стволов — всего на 15 процентов. Но зато доля тяжелой артиллерии выросла до небывалых размеров, количество ее — прежде всего 100-мм пушек и 152-мм гаубиц-пушек — возросло почти в полтора раза. Такой насыщенности артиллерией, особенно крупных калибров, не было ни в одной операции Великой Отечественной войны. В разгроме берлинской группировки противника участвовало столько орудий, сколько имелось во всех государствах мира к концу первой мировой войны. Между тем промышленность вооружения неуклонно снижала поставки орудий и минометов войскам. В той же Берлинской операции они сократились по сравнению с Белорусской в 2,7, а по сравнению с Курской битвой — в 5,2 раза. В частности, 2-му Белорусскому фронту в течение марта 1945 года до начала Берлинской операции было отправлено всего пятнадцать 100-мм пушек БС-3 — настолько полно фронт был обеспечен артиллерией.

Уменьшилось в 1945 году производство заслуженной 45-мм противотанковой пушки образца 1937 года, зато увеличился выпуск 45-мм модернизированной, 57-мм и 100-мм тяжелой противотанковых пушек. Несколько больше, чем во втором полугодии 1944 года, было выпущено в двух первых кварталах 1945 года 85-мм и 122-мм орудий, а производство орудий для самоходных артиллерийских установок не увеличилось. Неуклонно сокращался выпуск орудий морской артиллерии.

Упор на качество, который мы сделали уже в ходе завоевания коренного перелома в войне, а затем неуклонно усиливали, приносил свои плоды. Красная Армия была оснащена лучшей в мире полевой и танковой артиллерией. Наши танковые пушки превосходили соответствующее вооружение противника как по калибру, так и по дульной анергии, а самоходная артиллерия хотя и несколько уступала по калибру самоходной артиллерии противника, но зато наши САУ в отличие от вражеских были закрытыми и хорошо бронированными.

Создание и освоение в производстве новых систем вооружения высокого качества, и прежде всего орудий более крупных калибров, обусловили некоторое снижение общего объема выпуска артиллерии в заключительном периоде войны. Тем не менее в среднем за год мы давали фронту около 100 тысяч орудий всех видов и калибров и более 70 тысяч минометов. Это соответственно в полтора и почти в пять раз больше, чем производила промышленность фашистской Германии и оккупированных ею стран.

Общая численность советской артиллерии возросла за время войны впятеро, а стрелкового оружия — в 22 раза.

Таким был итог, с которым промышленность вооружения подошла к событию, увенчавшему Великую Отечественную войну. 16 апреля 1945 года началась грандиозная Берлинская операция. Через две недели упорных, ожесточенных боев над рейхстагом взметнулось Красное знамя Победы.

Большой, светлый, радостный праздник пришел на нашу советскую улицу. Мы бились за него почти полторы тысячи дней и ночей, бились на фронте и в тылу, бились всей страной — от мала до велика, не щадя себя.

И мы победили.

Это был закономерный финал решительной и бескомпромиссной борьбы сил прогресса, свободы и справедливости с силами реакции, рабства и мракобесия, борьбы за торжество жизни на Земле.

Это была великая победа великого народа, сплоченного вокруг партии Ленина и руководимого ею, народа, отстоявшего свои революционные завоевания, с честью выдержавшего такие суровые испытания, каких не выпадало на долю никому.

Вот и пришла к завершению моя работа над воспоминаниями. Написано немало, а память продолжала воссоздавать картины минувшего. Еще о многих фактах прошлого, о многих людях можно было бы рассказать. К сожалению, в книге не нашли отражения многие события, не упомянуты люди, вполне этого заслуживающие. Видимо, никому не под силу подробно рассказать обо всем, что пережито, обо всех, кого довелось встретить на жизненном пути.