Читать онлайн «Путешествие по Северу России в 1791 году». Страница 60

Строения частных лиц: дворянский старый каменный дом двуэтажный — 1; купеческих и мещанских старых домов — 516; по плану на каменном фундаменте вновь построенных — 18; каменных отстраивающихся — 3; церковнических деревянных старых — 49; вновь на каменном фундаменте по плану построенных — 16; приказных служителей старых деревянных — 5; по плану построенных — 10; солдатских старых — 30; новых по плану — 6; крестьянских — 42; итого всех домов: деревянных старых — 642, новых — 50; каменных старых — 1, новых — 3; лавок каменных — 6, деревянных — 39.

В городе Тотьме живущих: при должностях дворянства: мужеска — 16, женска — 22; при них дворовых людей: мужеска — 10, женска — 15; церковных служителей: мужеска — 125; женска — 139; лекарь — 1; учеников у него — 2; почталиона — 4; солдатов: служащих мужеска — 49; женска — 46; отставных мужеска — 8, женска — 12; приказных: мужеска — 26, женска — 32; крестьян при пашне: мужеска — 68, женска — 73; иногородцев: мужеска — 47, женска — 32; итого, кроме купечества и мещанства: мужеска — 356, женска — 371, а обоего пола — 727 душ. Купечества мужеска — 178, женска — 163; мещанства мужеска — 1,015, женска — 1,242; итого купечества и мещанства: мужеска — 1,193, женска — 1,405, а обоего пола — 2,598. Всех же вообще жителей: мужеска — 1,549, женска — 1,776, а обоего мужеска и женска пола — 3,325 душ. В том числе по малому количеству имеются мастеровые: серебряники, золотари, иконописцы, портные, сапожники, черошники, кузнецы, слесари, резчики, столяры, плотники, соловары и красильщики.

Купечество и мещанство сего города главный торг имеют в Сибири и Камчатке, который вдавние годи начально открыли бывшие в нем первогильдейные купцы Тимофей и Семен Мясниковы и Петр Алексеев Рухляцов, кои давно уже померли, а оставшиеся от них потомки, по несчастному в Сибирском же краю торгу, пришли в совершенный упадок. После ж их оным торгом начали промышлять и другие купцы и мещане, имевшие небольшой капитал. А как в то время позволено было Алеутам (живущим на морских островах Восточного Северного окияна) и камчатским народам продавать железные, для их нужные вещи, как-то: гвоздья, ножи, топоры, ружьи и прочее, коих они там не только чтоб у себя иметь, но даже не знали и покупали звериные кожи или пушной товар весьма дорогою ценою, так что продавец за гвоздь получал сторублевую вещь; выманивши ж на железные маловажные вещи и накупивши за деньги тамошних звериных кож: черных лисиц, бобров, соболей, медведей, волков, песцов, закаменских белок и других редкой доброты зверей и птичьего гагачьего пуху, отвозили для торгу с Китайцами на Кяхту и на те звериные кожи выманивали самый лучший китайский товар; вывезя ж оный в Москву и Санкт-Петербург, получали за его наличные деньги с не описанным уже барышем, — то от сего в короткое время разбогатели тотемские купцы: 1) именитый по городовому положению и наличному денежному капиталу гражданин Алексей Григорьевич Холодилов, 2) именитый же второстатейный гражданин Григорий Алексеевич Панов, 3) первой гильдии купец Осин Иевлевич Нератов, 4) первой же гильдии купец Федор Иванович Протопопов, 5) первогильдейный же купец Арсений Дмитриевич Кузнецов (он при моей бытности был от городского общества головою), 6) той же гильдии купец Иван Григорьевич Лябзинов, 7) Иван Дмитриевич Кузнецов. Все оные купцы и их родственники живут достаточно по купечески; да и прочие купцы и многие мещане обогатившись изрядно. Ныне ж железные орудия и вещи Алеутам, по происшедшим от них над российскими купцами злоупотреблениям, продавать запрещено. И двенадцать лет в проезд мой минуло, как Китайцы с российскими купцами никакого торгу не имеют, в рассуждении чего хотя и во оные неторговые с Китайцами годы тотемские жители и по ныне туда ездят, но уже обогатиться так скоро, как прежде до торгу с Китайцами и до продажи Алеутам железных вещей бывало, не могут, ибо, как на проезд до туда и обратно, так на хлеб, который там необычайно дорог, равно же и на покупку у Алеутов показанной мягкой рухляди или пушных товаров, должно иметь с собою наличных денег от пятнадцати до двадцати тысяч рублей, — почему и ездят они не сами собой, а нанимаясь с разными договорами у московских и у своих богатых купцах приказчиками, и накупив там на хозяйские деньги пушного товару, отправляют его к своим хозяевам, а иной в Сибири и Камчатке продают, за что от тех своих хозяев получают договорную плату и, смотря по сделанной в торгу выгоде, сверх договорной платы награждение, а именно: показанные богатые тотемские купцы имеют в Сибири на Кяхте, при собственных своих с тем пушным товаром лавках и для закупки сих товаров в Алеутов[ 3 ] (жительствующих на морских, Алеутскими называемых, островах, до которых от Сибири еще морем пять тысяч верст) безвыездных приказчиков, в ведомстве которых, во ожидании по прежнему с Китайцами торга, пушного товару хранится тысяч на сто, у другого больше, а у некоторых тысяч на семьдесят и пятьдесят, за тем, что если его в России стать продавать, то должно, как они сказывают, стоящую вещь по китайской цене сто рублей, отдавать за тридцать, а дорого что за пятьдесят рублей. А чтоб иметь им в торговле некоторый оборот; то живущие там приказчики для сего некую часть недорогих зверей кожи присылают в Москву и Санкт-Петербург к живущим там, от тех же купцов, приказчикам; по распродажи ж их за деньги или обменяв на московский товар, присылают обратно в Сибирь, где и распродают оный за наличные деньги, кои и доставляют к своим хозяевам, объявленным купцам.

Поелику ж нынешний сибирский купецкий промысл большею частию состоит в том, чтоб закупаемый у Алеутов и у прочих сей пушной товар, во ожидании с Китайцами торга хранить без продажи на лицо, то уже тотемские жители, не имеющие изрядного денежного наличного капитала, и ездить туда, чтоб не лишиться и опоследнего капитала, не отваживаются. Когда ж с Китайцами был торг, в то время бедные купцы и мещане, собравши кой-как тысячу рублей, нанявшись у которого-нибудь богатого купца, съездят в Сибирь, Камчатку и Алеутские острова хозяйским харчом и, закупаючи на хозяйские деньги у Алеутов или где случится сходною ценою оный пушной товар, накупит его и на свои тысячу рублей и оный свой товар, вместе с хозяйским, продает или променяет на китайский товар на Кяхте. И получивши от такой малой суммы, от одной поездки, изрядный капитал, в другой раз ездят туда сами уже собой, без найму у богатых, а в третий посылают приказчиков.

Сверх же оного сибирского звериного или пушным товаром промысла, торгуют в своем городе всякими московскими и немецкими товарами, кои они получают из Москвы до Вологды зимним путем, а из Вологды по вскрытии реки Сухоны в свой город доставляют водою на каюках и других судах, и повсягодно для перепродажи отвозят московские товары Двиною и Сухоною реками в город Архангельск, а оттоль, водяною ж коммуникациею привозят всякие немецкие товары, виноградные вина и водки, закупаемые ими там на кораблях у приезжих с разных земель иностранцев; сахар же покупают в Архангельске из тамошнего сахарного завода. Внутренние ж российские крестьянские продукты, то есть, хлеб, лен и пеньку для перепродажи водяною ж коммуникациею — Сухоною и Двиною в город Архангельск доставляет один только купец Иван Дмитриевич Кузнецов, а другие — никто.