Читать онлайн «Десять лет и двадцать дней. Воспоминания главнокомандующего военно-морскими силами Германии. 1935–1945 гг.». Страница 82

«00.14. Срочное погружение при появлении 4-моторного самолета. Судя по всему, на нем установлен локатор, поскольку он приближался по очереди ко всем подводным лодкам вокруг конвоя. Похоже, бомб на нем нет – видимо, расстояние до земли слишком велико.

00.30. Остановились перед конвоем. Повернули к нему. По правому борту видим густую колонну судов, идущих вплотную друг за другом. Цели – три сухогруза средних размеров примерно на 5000 тонн каждый и пассажир около 8000 тонн с двумя трубами и высокой надстройкой. Вторая труба, похоже, фальшивая, чтобы придать судну внешний облик мощного вспомогательного крейсера.

2.30. Отклонение 130°, расстояние 1000 ярдов. Выстрел трубами с первой по четвертую. Все торпеды вышли. Переложил руль налево до упора, чтобы подготовить к стрельбе кормовые трубы. Две вспышки и огромное облако черного дыма, затем еще один, третий взрыв, гигантский язык пламени – взорвалось и полностью разрушилось одно из судов. Оказалось, что двухтрубное судно везло боеприпасы. В четвертое судно торпеда попала в районе миделя. Снова язык пламени и облако дыма. Повсюду в воду падают обломки. Приказал вахтенным покинуть мостик, чтобы не попали под падающие обломки».

Этот доклад, из которого впервые стало совершенно ясно, что теперь авиация наземного базирования обеспечивает прикрытие конвоев даже на таком колоссальном расстоянии, явился для меня крайне неприятным сюрпризом. Однако на основании пока еще единичного случая мы не стали спешить с выводами и воздержались от переброски подводных лодок дальше в Северную Атлантику. Решение было правильным. Это подтвердил капитан Роскилл, отметив, что воздушное прикрытие на столь гигантском расстоянии от наземных баз было обеспечено впервые. Он писал в своей книге «Война на море»:

«В действительности это было удивительное достижение береговой авиации, выполненное силами одной эскадрильи американских „либерейторов“ и в то время бывшее исключением, а вовсе не правилом. Воздушный эскорт на таких расстояниях стал обычной практикой лишь спустя девять месяцев» (Т. 2. С. 108).

22 июля подлодками в северной части Атлантики был замечен конвой, идущий в западном направлении. Все лодки, находившиеся поблизости, собрались вокруг конвоя довольно быстро. Погода была благоприятной, и перспективы успеха, казалось, не вызывали сомнений. Все испортил неожиданно обрушившийся яростный шторм.

Капитан-лейтенант Топп («U-552») потопил два судна, но продолжить атаку не смог из-за непогоды. Ситуация с конвоем, находившимся к югу от Гренландии, а значит, в 1500 милях от моего командного пункта в Париже, была для меня не вполне ясна, и я не мог решить, какой приказ более уместен – продолжать атаку или выходить из боя. Поэтому я обменялся с Топпом, самым опытным из участвовавших в операции капитанов, серией шифрованных сообщений. Чтобы показать, насколько эти шифрованные «беседы» были полезны, как я мог на их основании составить полную и четкую картину происходивших в далекой Атлантике событий, без чего невозможно было руководить операциями, я приведу упомянутые сообщения.

Командующий подводным флотом. Какова в настоящий момент погода? С какой скоростью вы можете идти курсом 215°?

Топп. Запад-юго-запад 8, волнение 7, циклон. Видимость около 400 ярдов. Могу идти очень медленно на одной машине.

Командующий. Какой эскорт? Что еще затрудняет атаку?

Топп. Эскорт сильный. Атаку затрудняет неожиданно налетевшая непогода, чем умело воспользовался противник для изменения курса на 360°. В результате многие лодки потеряли контакт.

Командующий. Имеются ли шансы продолжения операции против конвоя, к примеру, против отставших судов?

Топп. Конвойный ордер, несмотря на непогоду, сохранен. При такой погоде считаю возможность восстановления контакта маловероятной.

Командующий. Предположим, лодки пойдут на юг. Считаете ли вы, что это приблизит их к конвою?

Топп. Предлагаю, как и вчера, на рассвете изменить курс на юго-западный.

Командующий. Спасибо, Топп. Вы, несмотря на погоду, оказались на высоте и записали на свой счет еще два судна. Поздравляю.

На основании полученной информации я приказал подлодкам прервать операцию. Ее результаты оказались незначительными, и одна лодка, «U-90» (командир Одерп), была потеряна.

Несколько дней спустя атака на конвой ON-115, идущий в западном направлении, тоже оказалась не слишком успешной. Два судна (16 518 тонн) было потоплено, и одно (10 000 тонн) повреждено. Причиной неудачи снова стала погода – неожиданно опустившийся на море густой туман.

В этой операции, проходившей при плохой видимости, мы получили тяжелый урок, наглядно убедившись на примере подлодки «U-43», к каким катастрофическим последствиям могут привести на первый взгляд мелкие неполадки. Наши техники всегда внимательнейшим образом отслеживали причины подобных происшествий и всячески старались их предотвращать. К примеру, особо чувствительные приборы мы всегда устанавливали на амортизирующие основания, чтобы уберечь их от сотрясений при взрывах глубинных бомб.

Лейтенант Швандке, капитан «U-43», внес следующую запись в свой журнал боевых действий:

«4.32. Осветительный снаряд прямо за кормой. Сразу после этого заметил эскортный корабль, идущий прямо на нас.

4.33. Срочное погружение. Не смог закрыть люк боевой рубки – какие-то неполадки с запирающим устройством. Под рукой не оказалось инструментов. Люк поста управления готов к закрытию. Балластные танки продули. Приказал заполнить их снова. Когда вода уже хлынула в рубку, сумел с помощью двоих людей задраить люк. Задержка – 20–30 секунд. В результате мы находились на глубине 50–60 футов, воздушные вентили все еще были открыты, а угол погружения составил 15°, когда начали рваться глубинные бомбы. Лодку сильно встряхнуло. Погас свет, электромоторы остановились. 25-метровый датчик глубины Папенберга и индикатор дифферента вышли из строя. 105-метровый датчик глубины поднялся до отметки 70 м и остановился. 26-килограммовый индикатор давления на нуле. Доклады из носового и кормового отсеков: датчики глубины не функционируют. Электромотор правого борта работает на полную мощность, левого – не работает. Датчик глубины остается неподвижным на отметке 70 м. Мы находимся или на поверхности и все приборы вышли из строя, или погружаемся, причем на полной скорости. Проверили „пидл-кок“ (небольшой клапан с наружной стороны люка боевой рубки). Пришли к выводу, что верно второе предположение. Изменили дифферент – 7° на корму. Примерно через полминуты лодку начало качать – мы выскочили на поверхность. Срочное погружение при максимальном угле. Датчик Папенберга снова работает. На глубине 120 метров взорвалась еще одна глубинная бомба. Потери – один человек ранен при взрыве первой бомбы».