Читать онлайн «Благотворительность семьи Романовых. XIX – начало XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора». Страница 120

Об изменении статуса женских институтов как привилегированных учреждений призрения не могло быть и речи. Но возможно было расширение и углубление образовательной составляющей в их деятельности, ориентирование на подготовку педагогических кадров. Реформы Александра II создали более благоприятные условия для просвещения народа, получило развитие начальное, среднее и негосударственное высшее женское образование. В условиях, когда страна остро нуждалась в педагогических кадрах высокой квалификации, женские институты и близкие к ним заведения в принципе могли стать базой для подготовки таких специалистов гуманитарного профиля. Это позволяли солидная материальная база, стабильные источники финансирования, общий уровень подготовки воспитанниц, хорошо отлаженная с организационной точки зрения учебно-воспитательная работа. Однако почти никаких шагов в этом направлении не было сделано, хотя подготовка педагогических кадров самому принципу призрения не противоречила. Только при некоторых институтах были созданы так называемые пепиньерские и педагогические классы, готовившие воспитательниц для женских заведений и учительниц. В тот период ведомство учреждений императрицы предпочло не ставить перед собой новых задач в области образования. Высшие женские курсы, получившие, несмотря на сопротивление реакционных правительственных кругов, распространение в России во второй половине XIX в., примером для него не послужили. Это было обусловлено не только тем, что самодержавная власть и руководство учреждений императрицы не желали ставить перед институтами новые задачи.

Власть хотя и разрешила создание негосударственных женских учебных заведений (директора которых утверждались Министерством народного просвещения), но относилась к ним с подозрением. И не только потому, что женская эмансипация не укладывалась в привычные стереотипы мышления чиновников-мужчин. Курсистки, то есть слушательницы высших женских курсов, в большинстве принадлежали к демократическим разночинным кругам, и многим представителям власти они казались политически неблагонадежным элементом. Выпускницам институтов, напротив, была уготована роль жен дворян и государственных служащих – офицеров и чиновников. Уподоблять институток «бестужевкам» власть не хотела.

Первое высшее педагогическое женское учебное заведение с государственным статусом было создано в составе Ведомства императрицы Марии только в начале XX в. Надо отметить, что само по себе институтское воспитание и образование не могло гарантировать того, что выпускницы сохранят «благонамеренный» образ мыслей. Уже упоминавшаяся нами вера Фигнер была выпускницей Казанского Родионовского института. Активная участница революционного движения 1870–1880-х гг. Софья Бардина окончила Тамбовский Александринский институт благородных девиц, Генриетта Добрускина, также участвовавшая в народническом движении, – Могилевскую гимназию Ведомства императрицы Марии.

Преобразования, осуществлявшиеся ведомством во второй половине XIX столетия, коснулись и специализированных мужских детско-юношеских учреждений призрения – Санкт-Петербургского и московского коммерческих училищ. История старейшего в России Санкт-Петербургского коммерческого училища восходит к временам Екатерины II. Заботясь о воспитании «новой породы людей», она стремилась пополнять ими свободные сословия империи, в том числе купечество. Императрица поддержала идею о создании специального учебно-воспитательного заведения для подготовки детей и юношества к торгово-промышленной деятельности, выдвинутую меценатом и благотворителем Прокофием Акинфиевичем Демидовым, одним из наследников крупнейшего предпринимателя первой половины XVIII столетия Акинфия Демидова. «мысль об основании коммерческого училища, – отмечает автор „истории Санкт-Петербургского коммерческого училища“ А. Г. Тимофеев, – вероятно явилась у П. А. Демидова во время его заграничной поездки в 1771 г., когда он мог ознакомиться с только что учрежденными тогда коммерческими училищами в Австрии и германии…»[687]. В 1772 г. П. А. Демидов известил директора московского воспитательного дома И. И. Бецкого о желании учредить коммерческое училище на 100 воспитанников из купеческих семей. На устройство училища Демидов пожертвовал «вечный капитал» на сумму 205 тыс. руб.

План Коммерческого училища рассмотрела особая комиссия из пяти сановников и, получив, одобрение, был утвержден Екатериной II 6 декабря 1772 г. По этому плану в коммерческое училище принимались выходцы из купеческих семей в возрасте 6 лет. Обучение и воспитание продолжалось до 21 года. Воспитанники были разделены на пять возрастов. Первый – от 6 до 9 лет, второй – от 9 до 12 лет, третий – от 12 до 15, четвертый – от 15 до 18 и пятый – от 18 до 21 года. Учащиеся первого-четвертого возрастов изучали русскую словесность, иностранные языки, основы физико-математических и естественных наук, географию, историю, а также специальные предметы – бухгалтерский счет, навигацию, «все части коммерции», «государственные права́» и экономику. Планом предписывалось «…все способы употребить к совершению в отроках предполагаемого воспитания, вкоренить в них изящные мысли, благоразумные и твердые основания, кои суть (являются. – Прим. авт.) неложным знаком честного человека и воспитанного для пользы отечества»[688]. В пятом возрасте обучение заканчивалось, и закреплялись полученные знания. Каждый возраст состоял из двадцати учеников. Набор в училище проводился раз в три года. Несмотря на то, что обучение здесь было бесплатным, желающих помещать туда своих детей почти не находилось. Даже для того, чтобы открыть училище, из Петербурга Бецким были присланы 17 детей. Купечество предпочитало учить свое подрастающее поколение непосредственно на «рабочем месте». Всего с 1773 г. по 1800 г. в училище поступили 239 человек, из которых окончили полный курс только 38[689].

После кончины Екатерины II Коммерческое училище, как и основанные в ее царствование воспитательные дома и Смольный институт, перешло под покровительство императрицы Марии Федоровны. Ознакомившись с его деятельностью, она внесла ряд изменений в учебно-воспитательную часть. Училище было полностью отделено от московского воспитательного дома, число воспитанников сокращено до 60, возраст приема повышен до 10 лет. Мария Федоровна полагала, что воспитанники должны были не только получить «…заботливое воспитание, но и подготовиться к их единственному призванию – торговым занятиям; для достижения этой цели императрица желала, чтобы все занятия содействовали этому, чтобы в Училище поступали дети, предназначенные их родителями к торговой деятельности, то есть дети купцов и городских обывателей…»[690]. В мае 1799 г. училище получило новый устав, а в 1800 г. было переведено в Петербург, где, по мнению императрицы, могло стать более востребованным.