Читать онлайн «Благотворительность семьи Романовых. XIX – начало XX в. Повседневная жизнь Российского императорского двора». Страница 113

Это полностью соответствовало представлениям Марии Федоровны о роли женщины в семье и обществе. Речь, разумеется, не шла о том, чтобы воспитывать в Смольном покорных мужу забитых существ, способных сосредотачиваться исключительно на хозяйственных заботах. Не была такой и сама императрица. В столкновениях со свекровью и в драматический момент гибели супруга она проявляла достаточно твердости. В данном случае Мария Федоровна просто определила социальные функции женщины в соответствии с представлениями эпохи. Подразумевалось, что благородная женщина на кухне, в погребе, в амбаре и в саду должна была не сама работать, а умело руководить прислугой и подсчитывать доходы и расходы.

При Марии Федоровне произошли изменения в учебной части Смольного института. «составленный императрицей Марией Федоровной план учения для общества благородных девиц» содержал правила, определявшие порядок последовательного изучения воспитанницами учебных дисциплин, рекомендации учителям, обязанности педагогического персонала института. Принятое в 1815 г. «Повеление императрицы Марии Федоровны совету воспитательного общества о новом плане учения» вводило точный перечень дисциплин, изучавшихся в каждом классе, с указанием количества часов на каждый предмет и краткими инструкциями к преподаванию. Мария Федоровна желала, чтобы учебный процесс не сводился к механической зубрежке материала, а был основан на понимании воспитанницами изучаемых дисциплин. «вообще иметь учителям всемерное старание, – говорится в „Повелении“, – дабы воспитанницы ответствовали во всех преподаваемых им предметах собственными своими словами, а не вытверженными наизусть речами и ответами и для того не только не требовать от них, чтобы они в ответах своих повторяли точно те слова коими объяснена им статья науки, о которой спрашивается, но напротив того всячески уклонять их от такого повторения, доказывающего только хорошую память, а не ясное понятие о выученном предмете»[649].

Мария Федоровна полагала, что учение не должно ограничиваться только выполнением домашних заданий и занятиями в классах. От педагогов требовалось «поощрять» воспитанниц «к добровольному чтению избранных и для каждого возраста по летам и понятию определенных книг, особливо же в среднем и высшем возрасте»[650]. Эти требования относились и к обучению воспитанниц мещанского училища. Программа обучения девиц была более краткой, но при этом они должны были воспитываться «так же хорошо, как и благородные, но не выше своего состояния»[651]. Так закрытый сословный характер призрения в Смольном институте был сохранен Марией Федоровной и явился образцом для других женских учебно-воспитательных заведений. Его основы оставались неизменными в течение многих десятилетий. Однако механическая зубрежка утвердилась в николаевское царствование в качестве основного метода обучения вопреки стремлениям Марии Федоровны. Вероятно, руководство и педагогический персонал этих заведений полагали, что такой способ получения знаний проще и надежнее.

По инициативе и при активном участии Марии Федоровны с 1797 г. до самой ее кончины в 1828 г. были основаны еще несколько учебно-воспитательных заведений: Мариинский институт (вначале называвшийся сиротским училищем), Санкт-Петербургское и московское училища ордена св. Екатерины, Санкт-Петербургское и Московское Елизаветинские училища, мещанское училище в Москве, позже переименованное в честь Александра I в Александровское, Училище св. Елены в Петербурге. Кроме того, под покровительство Марии Федоровны было принято девичье отделение военно-сиротского дома, позже реорганизованное в Павловский институт и получившее название в честь Павла I, а также Харьковский и Полтавский женский институты. Кроме того Марией Федоровной был создан ряд женских учреждений призрения для представительниц податных сословий: Училища № 1 и № 2 солдатских дочерей полков лейб-гвардии, николаевское и севастопольское училища для дочерей нижних чинов Черноморского флота. По своим учебно-воспитательным программам и задачам эти заведения были близки детским приютам Ведомства императрицы Марии и Человеколюбивого общества. В них обучали грамоте и женским рукоделиям.

Свои женские учебно-воспитательные учреждения призрения имела благотворительная общественная организация «Санкт-Петербургское патриотическое женское общество» (с 1894 года – «Императорское женское патриотическое общество»), созданная в 1812 г. по инициативе нескольких представительниц российской аристократии. Учредительницами общества и первыми его членами стали 12 представительниц высшего петербургского света: княгиня В. А. Репина, княгиня С. Г. Вол конская, княгиня А. П. Василькова, графиня М. В. Кочующей, графиня Е. А. Уваров, графиня М. А. Воронцова, графиня М. Д. Сыродельне, графиня А. И. Орлова, графиня Е. В. Неравносильна, Е. М Оленина, С. П. Свежина, Е. И. Барахтанье[652]. Первоначально эта организация имела целью оказание помощи лицам, пострадавшим в войне 1812 г., но вскоре сосредоточилась на призрении девочек из бедных семей и просто сирот.

В феврале 1813 г. Патриотическим обществом было открыто Училище сирот на 80 вакансий, в которое принимались «только бедные дети штаб– и обер-офицеров православного вероисповедания»[653]. Срок пребывания воспитанниц в Училище определили в три года, учебная программа была близкой по содержанию программам женских институтов Ведомства императрицы Марии. Сословное происхождение лиц, призревавшихся в Училище, определило повышение статуса этого учебного заведения до института. Первый раз институтом Училище сирот было названо в 1825 г., когда императрица Елизавета Алексеевна приняла его под свое личное покровительство и «заведование». Комплект воспитанниц был увеличен до ста человек, срок их пребывания в Училище увеличили до пяти лет.

После кончины Елизаветы Алексеевны Николай I передал институт под непосредственное покровительство своей супруги – императрицы Александры Федоровны. В 1828 г. это учебное заведение, получившее название Патриотический институт, было выделено из состава общества, в котором после этого остались 14 школ для девочек. Они были схожи с женскими заведениями приютского типа Ведомства императрицы Марии и Человеколюбивого общества. В соответствии с Уставом 1833 г. учебный курс в школах Патриотического общества «был элементарный, с профессиональным характером, применительно к потребностям бедных девиц, чтобы дать им возможность по выходе из школы трудом снискать себе пропитание. Их обучали катехизису, св. истории (краткой истории христианства и православной церкви. – Прим. авт.), чтению и письму на русском языке, началам арифметики, церковному пению, домашнему хозяйству и рукоделиям…»[654]. В соответствии с этим, из школ старательно удалялись «проявления какой бы то ни было роскоши»[655].