Читать онлайн «Зимняя война. Дипломатическое противостояние Советского Союза и Финляндии. 1939–1940». Страница 65

Я возражал против обращения к Германии. Мы уже дважды пытались использовать этот вариант и потерпели неудачу. Совершенно ясно, что Москва не хотела позволить Германии действовать от имени Финляндии. Кроме того, наша двойная игра будет выглядеть отвратительно: вести переговоры с Западом о помощи и в то же время обратиться за содействием к их врагу. Споры затягивались, и я упрекнул кабинет министров в нерешительности. В нынешней ситуации мы должны были действовать энергично.

Закрывая обсуждение, президент заявил, что предложение об обращении к Германии отвергается, мы решили ждать ответ из Москвы.

Вечером я позвонил по телефону Эркко, чтобы сообщить ему, как прошли переговоры с Гюнтером и Сахлином; попросил его добыть текст телеграммы из Москвы.

От Эркко я узнал, что шведский генеральный консул в Париже Нордлинг приехал накануне в Стокгольм со специальным поручением от Даладье. В присутствии кронпринца и министра иностранных дел Гюнтера он передал королю послание, в котором сообщалось, что Англия и Франция решили направить военную помощь Финляндии через территорию Норвегии и Швеции. В послании содержалась просьба высказать отношение Швеции к этому шагу. Король и кронпринц были готовы разрешить транзит без возражений, но Гюнтер выразил определенные сомнения. Ответ короля на послание премьера Даладье еще не был отправлен адресату.

День 4 марта был напряженным и беспокойным: мы не знали, открыта ли еще дорога к мирным переговорам; не знали, какой ответ дать Западу относительно помощи. Я почти не сомкнул глаз, размышляя о решении; но и утро не принесло ясности в этом вопросе.

Поскольку ответа из Москвы все не было, заседание кабинета министров не проводилось. Вечером я направился в парламент: депутаты беспокоились о том, как могут повернуться события. Министр Ньюкканен ратовал за обращение к Западу за помощью.

Поздно вечером французский военный атташе полковник Ганеваль снова нанес визит премьер – министру Рюти. Он сообщил, что если Финляндия попросит помощи и будет продолжать сражаться, то первые подразделения западных сил выступят из Англии через неделю. Французские силы также будут отправлены через Англию. В этом случае Запад будет рассматривать финский фронт как часть своего большого фронта. Транспортировка войск пойдет через три норвежских порта. Сначала прибудут 15 тысяч французских солдат с огневой мощью вооружения, равной полутора дивизиям. За ними последуют 18 тысяч британских солдат; затем численность войск будет наращиваться по мере необходимости. По указанию Гамелина, главнокомандующего французских вооруженных сил, 50 британских и 12 французских бомбардировщиков должны быть отправлены нам в течение нескольких ближайших дней. По причине плохого состояния финских аэродромов пока невозможно направить больше. Англия и Франция также планируют провести военно – морскую операцию в районе Петсамо, что приведет к полномасштабной войне. Помощь, которая будет направлена Финляндии, предполагается организовывать особо, вне зависимости от других операций. Если появится необходимость оказать помощь Швеции и Норвегии, это не уменьшит масштабы помощи Финляндии. Войска прибудут полностью вооруженными и экипированными под видом добровольцев. Весь контингент поступит под командование маршала Маннергейма. Французские части готовы воевать на любом участке фронта по указанию маршала Маннергейма, но хотели бы занять позиции на восточной границе. Пожеланий от британских подразделений пока нет. Войска могут прибыть в Финляндию между 10 и 15 апреля. Англия и Франция будут считать Советский Союз своим противником с того момента, как их войска отправятся в путь, но не будут объявлять войну. Полковник Ганеваль посетовал на то, что мы напрасно тратим время. Если бы мы обратились за помощью месяцем раньше, то помощь уже была бы оказана. Далее он сказал, что Швеция не будет препятствовать транзиту силой оружия.

В течение дня представители иностранных государств появлялись в нашем министерстве в надежде получить свежую информацию. Когда ко мне зашел американский посол Шёнфельд, я спросил его, смогут ли Соединенные Штаты поддержать Финляндию, если переговоры с Москвой начнутся.

Шёнфельд ответил, что Соединенные Штаты намерены оказать Финляндии всю возможную поддержку. Финляндия должна определить свою программу, но, конечно, основным вопросом на переговорах должны стать поиски мира. Возможно, мир станет ближе, когда советские войска возьмут Виипури (Выборг).

Румынский посол Лекка также интересовался последней информацией. Он ссылался на опыт в Первой мировой войне, когда Румыния, оставшись в одиночестве, смогла добиться мира, веря, что утраченные ею территории вернутся впоследствии, как это и произошло. Он считал, что Советы будут готовы заключить мир, когда возьмут Виипури (Выборг) и тем спасут свое лицо.

В течение дня было отправлено несколько телеграмм в Париж и Лондон. В них выражалось недоумение в связи с расхождением в информации, касающейся численности вспомогательных сил.

Пятого марта необходимо было принять окончательное решение о западной помощи, я составил себе следующую программу на этот день.

Сделать рано утром звонок Эркко в Стокгольм и спросить, поступил ли ответ из Москвы. Если нет, то попросить его отправить через Гюнтера наше новое заявление, в котором принимались условия СССР. Затем он должен был проинформировать шведское правительство, что мы идем на такое жертвоприношение во имя разрешения ситуации, имея в виду также интересы Швеции.

Если эти действия не принесут результатов в течение двух суток, тогда: 1) мы должны переориентироваться на западную помощь; 2) мы должны просить согласия Скандинавских стран на транзит войск; 3) мы должны направить всему миру сигнал SOS и просить помощи.

Я сообщил эти мысли по телефону премьер – министру Рюти рано утром. Он тоже плохо спал ночью и был не в настроении. Он принялся анализировать эту программу с учетом новой информации от полковника Ганеваля. Эта информация заставила его колебаться. Тем не менее я попросил его созвать заседание кабинета министров в 10.00, обещая к этому времени созвониться с Гюнтером в Стокгольме и узнать у него, получен ли ответ.

В 9.00 я позвонил Гюнтеру.

Таннер. Есть ли у вас ответ из Москвы?

Гюнтер. Нет. Я ожидаю его с минуты на минуту. Боюсь, он будет неблагоприятным. По крайней мере, должна поступить какая – нибудь информация от Ассарссона (шведского посла в Москве).

Таннер. Мы должны сегодня принять решение о западной помощи.

Гюнтер. Я знаю.

Таннер. Если будет поднят вопрос об обращении Швеции к Германии для поддержки шведских миротворческих усилий, у Финляндии не будет оснований вмешиваться, если это будет сделано от имени Швеции без упоминания Финляндии.