Читать онлайн «Зимняя война. Дипломатическое противостояние Советского Союза и Финляндии. 1939–1940». Страница 53

Тем же вечером Вальден убыл в ставку главнокомандования с заданием выяснить мнение военных о таком повороте дел.

Не только Германия проявила интерес к последнему этапу финской войны. Рюти нанес визит граф Бех, который прибыл в Финляндию по специальному поручению министра иностранных дел Италии графа Чиано. Рюти снабдил его всей необходимой информацией, высказав в конце встречи предложение, чтобы две державы, не участвующие в войне, предприняли мирные инициативы, направленные на прекращение конфликта. Рюти заверил его, что с финской стороны такие инициативы будут охотно приняты. Бех предположил, что Италия может оказать давление на Германию; но какие – то реальные шаги не были сделаны.

У меня также побывал норвежский посол Мишле. Он посетовал на инцидент с «Альмарком» (захват германского судна Британией в одном из норвежских фьордов для освобождения британских военнопленных). С его точки зрения, Англия этим актом нарушила норвежский нейтралитет. Но больше всего ему хотелось узнать, что Блюхер сказал во время своего визита в министерство иностранных дел. (Таким образом, его визит стал широко известен.) Не сделал ли Блюхер предложение о мирном посредничестве? Я сказал, что никаких мирных предложений мы не получали.

Тем временем в Париже планировали отправку вспомогательных войск. Наш посол Хольма постоянно получал запросы об аэродромах, где могли бы совершать посадку самолеты, зимнем рационе наших солдат и прочем. Он сообщил, что французский премьер Даладье издал указ, которым предписывалось, чтобы вспомогательные войска были готовы к отправке на десять дней раньше, чем предусматривалось планом. Через несколько дней стало известно, что экспедиционные силы Запада смогут выступить в конце февраля или начале марта.

Поскольку ситуация вступила в решающую фазу, что было видно по событиям на фронте, ужесточению советских требований, отношениям со Швецией, предложениям Запада, требовался диалог с комиссией по внешнеполитическим вопросам парламента, чтобы знать мнения парламентских кругов. Теперь это было не так трудно: парламент счел нужным быть ближе к центру событий и в середине февраля перебрался в Хельсинки. Я попросил председателя комиссии Войонмаа назначить заседание комиссии на 21 февраля. Из – за возможности воздушной тревоги комиссия собралась очень рано, в половине девятого утра. Но едва мы начали, как объявили тревогу; еще дважды во время работы нам пришлось спускаться в бомбоубежище.

Я напомнил членам комиссии о моем обзоре событий, который сделал в Каухайоки три недели назад. Но с тех пор ситуация изменилась и с середины февраля, из – за прорыва советских войск, продолжала ухудшаться. Мы должны отдавать себе отчет, что закончить войну только своими силами мы не сможем. Нам будут нужны дополнительные войска, а также вооружение и деньги. Я сообщил членам комиссии, что мы заручились помощью от Скандинавских стран и от Запада.

Затем я информировал членов комиссии, что в кабинете министров преобладает мнение, что усилия следует направить на заключение мира. Несколько стран предложили свои услуги в качестве мирных посредников. Известно, что Советский Союз также желает мира, поэтому правительство Куусинена более не является препятствием. Но уступка полуострова Ханко является одним из основных условий для заключения мира. Другие условия также будут более жесткие, чем те, которые мы обсуждали во время наших переговоров в Москве. Я сказал, что хочу знать мнение членов комиссии: готовы ли они заключить мир, если придется уступить полуостров Ханко и принять другие, более тяжелые условия?

Члены комиссии высказали разные мнения.

Икола. О мирных переговорах не следует даже и думать, если предпосылкой для них является уступка полуострова Ханко.

Р е й н и к а й н е н. Надо приложить все усилия для заключения мира, поскольку помощь поступает в совершенно недостаточных объемах.

Салменойя присоединился к мнению Рейникайнена. Он высказал надежду, что, может быть, удастся обойтись без уступки полуострова Ханко. До сих пор мы успешно сражались, но в дальнейшем у нас не будет сил. Когда речь идет о будущем нашей нации, можно пойти и на жертвы.

Кукконен. Сейчас, когда Швеция отвергла нашу просьбу об увеличении помощи, наш народ обращает свои взоры к Западной Европе. Если она поможет нам, мы должны принять участие даже в большой войне. Если Финляндия заключит унизительный мир, неизбежно разразится тяжелый кризис. Когда в ставке главнокомандования закончатся переговоры с представителями западных стран, комиссия должна собраться снова. Тогда она сможет лучше обсудить этот вопрос.

Председатель Войонмаа сказал, что мы подошли к поворотному пункту. Вопрос в том, быть ли Финляндии марионеткой в руках Запада? Нет никакой уверенности, что эта помощь будет иметь существенный характер. Мы должны начать переговоры о мире.

Икола. Имеется ли какая – нибудь надежда на помощь Германии?

Этот вопрос побудил меня рассказать о переговорах с германским представителем в Финляндии.

Вестеринен. Сейчас, когда отрицательное отношение Швеции стало очевидным, настало время взглянуть на вопрос с другой точки зрения. Война станет для нас слишком тяжким грузом, если мы не получим помощи. Помощь, предложенная Францией и Англией, слишком неопределенна. Войска не могут получить транзит через Скандинавские страны. Следует отдать приоритет курсу на мирные переговоры.

Кекконен. Когда война разразилась, из – за рубежа не раздалось ни одного слова о помощи. Но мы стойко отстаивали жизненные интересы Финляндии. Теперь ситуация в корне изменилась. Если придется отдать полуостров Ханко, это будет значить, что мы напрасно принесли в жертву людей и деньги. Не должно быть даже разговоров о мире на предъявленных условиях. Мы должны убедиться в стремлении противоположной стороны к миру.

Лишь двое из членов комиссии высказали свое отрицательное отношение к проведению переговоров о мире. Это стало существенным ориентиром для членов кабинета министров.

Таким образом, работу по заключению мира следовало энергично продвигать вперед. В разговорах и колебаниях мы потеряли три недели, которые могли дорого нам стоить, поскольку скрывать сопротивление Красной армии становилось все труднее. Этим же вечером я позвонил Эркко в Стокгольм и попросил его обратиться к Гюнтеру с предложением, чтобы Швеция предприняла шаги с целью заключения мира. В качестве практической меры я предложил, чтобы представители собрались в Стокгольме для обсуждения принципов заключения мира. Чтобы убедить Гюнтера, ему нужно сказать, что Финляндия находится на перепутье. Если Финляндия обратится к западным государствам с просьбой о помощи, война может охватить весь Северный регион, поэтому в интересах Швеции проявить инициативу.