Читать онлайн «Психология в лицах». Страница 88

В 1976 г. вышла главная работа П. Я. Гальперина — «Введение в психологию». В этой небольшой по объему книге в сжатом виде изложено оригинальное понимание психологии как главной науки об ориентировочной деятельности. Несмотря на то, что книга очень невелика, по глубине и важности представленных в ней проблем она может быть отнесена к числу фундаментальных теоретических работ в области общей психологии.

Петр Яковлевич готовил к печати второе, расширенное издание, но издать не успел. Он умер 25 марта 1988 г. При жизни Петр Яковлевич, как уже говорилось, публиковался мало, поэтому предстоит большая работа по внимательному изучению и систематизации его научного архива. Среди важных событий последних лет хочется отметить выход сборника трудов П. Я. Гальперина «Психология как объективная наука».

Если научный вклад ученого может быть по-разному оценен потомками, то некоторые факты личной биографии говорят сами за себя. Всю жизнь Петр Яковлевич прожил со своей женой Тамарой Израильевной Меерзон. Они были рядом в течение всей долгой совместной жизни и умерли в один год. Книге «Введение в психологию» Петр Яковлевич предпослал посвящение: «Моему дорогому другу, моей жене Тамаре Израильевне Меерзон». Это искреннее выражение любви и признательности. Далеко не каждый оказывается способным испытывать и вызывать такие чувства.

В нашей стране Эрик Берн, пожалуй, один из самых известных зарубежных психологов. Многие познакомились с его теорией более четверти века назад — в пересказе его верного последователя Томаса Харриса. Книга Харриса «Я — О'кей, ты — О'кей» была переведена в 1973 г. в Новосибирске и приобрела огромную популярность в самиздате. Пятью годами позже идеи Берна в вольном пересказе советского психотерапевта Анатолия Добровича обрели еще более широкую аудиторию. Правда, в пересказах яркая фигура Берна невольно терялась, и у многих читателей его концепция ассоциировалась с именами Харриса и Добровича. В 1988 г. справедливость была восстановлена — в издательстве «Прогресс» огромным тиражом (которого все равно не хватило всем желающим) вышел бестселлер Берна «Игры, в которые играют люди». Наверное, можно даже сказать, что именно с этой публикации начался психологический бум в нашей стране: миллионы (без преувеличения) людей вдруг поняли, что психология может быть невероятно интересной, что с ее помощью действительно можно многое понять в себе и других. Затем последовало еще несколько переводов; к настоящему времени практически все книги Берна вышли в нашей стране и довольно широко доступны. Во многом Берн оказался удивительно прав: одна из «игр, в которые играют люди», названная им «домашняя психиатрия», приобрела у нас огромную популярность и практикуется чаще всего именно в форме берновского трансактного анализа[8].

В Америке книга «Игры, в которые играют люди» вышла в 1964 г. и сразу же стала мировым бестселлером. Однако ТА как научное и психотерапевтическое направление далеко не сразу получил признание. Это произошло уже в 70-е гг., после смерти его основателя. Почему же так случилось? Почему миллионные тиражи монографий Берна и бесспорная практическая эффективность его терапевтической системы долгие годы вызывали лишь раздражение у коллег — психологов и психиатров? Почему автор, читаемый во всем мире, до сего дня вызывает упреки специалистов — за «профанацию психоанализа», за «вульгаризацию научной терминологии», за «заигрывание с непосвященными» (одна из его книг так и называется «Введение в психиатрию и психоанализ для непосвященных»)? Ответ, вероятно, кроется в самой личности, в истории отца-основателя направления, которое как никакое другое следовало бы назвать авторским.

Эрик Леннард Бернстайн родился в Монреале в 1910 г. и первые свои двадцать лет прожил в Канаде.

Важнейшее значение для становления личности и профессиональных устремлений будущего психотерапевта имела возможность наблюдать за работой отца — широко практикующего врача. В своих детских играх Эрик воспроизводил работу врача, тщательно инсценируя всю процедуру. Причем мальчику приходилось придумывать разнообразные способы воздействия на детей, с которыми он играл, чтобы они согласились на роль пациентов. К этому детскому опыту, безусловно, восходят взгляды Берна на психотерапию и ряд его теоретических концепций.

В 1919 г. умер отец Эрика, что было для него, как отмечают все биографы, сильнейшей травмой. Теперь забота о семье — Эрике и его сестре — легла на плечи матери, зарабатывавшей на жизнь литературным и редакторским трудом. Но это было и воодушевляющим примером. К одиннадцатилетнему возрасту относятся первые литературные опусы самого Эрика, и с той поры он продолжает писать всю жизнь. Его перу принадлежат не только научные труды, но и научно-популярные и детские книжки.

Работавшие с Берном и продолжившие его дело ученики объясняют многие особенности его трудов тем, что в них отражены его «сценарные директивы» (по терминологии самого Берна), полученные от родителей — строгого и самоотверженного отца-врача и матери — профессионального литератора; эти основные директивы его жизненного сценария — литературное творчество и помощь людям.

В 1935 г. Эрик заканчивает медицинский факультет Университета Макгилла, который в свое время закончил и его отец. После этого он сокращает свою фамилию, отбрасывает второе имя и эмигрирует в США, принимая американское гражданство. Такой шаг во многом был продиктован процветавшим в те годы в Канаде антисемитизмом, проблема которого отразилась и в ТА, заложив основу так называемого культурного анализа.

В США Берн начал свою карьеру практикующего психиатра, одновременно продолжая обучение, специализируясь в области психоанализа. В 1941 г. он вступил в Армейский Медицинский Корпус в качестве психиатра. Армейский опыт Берна дал мощный толчок его развитию как психотерапевта, отточив природную наблюдательность и интуицию. От армейского психиатра требовалось за минимальное время принять решение о годности человека для действующей армии. С опорой на постулаты ортодоксального психоанализа сделать это было крайне затруднительно. Это подтолкнуло Берна к критическому переосмыслению многих теоретических принципов, казавшихся ранее незыблемыми. К бытности Берна в Армейском Медицинском Корпусе относится также первый и весьма успешный опыт групповой терапии. О нем он кратко упоминает в предисловии к своей книге «Трансактный анализ в группе» (1966; рус. пер. — 1994):