Читать онлайн «Карл Великий». Страница 126

Между тем в пределах «кольца» оставались еще неизъятые сокровища. Завладеть ими и доставить в Ахен Карл поручил своему сыну Пипину, королю Италийскому, в то время как он сам в сопровождении Карла юного и Людовика Аквитанского вновь пошел войной на мятежных саксов. При поддержке немногочисленных алеманских и баварских отрядов Пипин через Фриуль вышел к Дунаю, где контингента соединились. В военном лагере на территории Саксонии до Карла дошли два радостных сообщения из юго-восточных регионов. В одном из них говорилось, что новоизбранный Каган провел Пипина вдоль Дуная и заявил о своем подчинении франкам. Как говорилось в достаточно бездарном произведении «Ритм о победе Пипина над аварами», Каган воскликнул: «Приветствую тебя, наш господин, я в руки передам тебе империю свою. Вместе с последним комком земли и листочком с дерева, лесами, горами и холмами, со всем, что растет… и дети наши будут в подчинении твоем». Впрочем, Каган ничего не сказал о военных действиях, отдав предпочтение мирному урегулированию. По-видимому, часть его народа переправлялась на другой берег Тисы, чтобы таким образом избежать франко-италийского вторжения. Вторая дошедшая до Карла весть содержала данные о том, что его сын форсировал Дунай и достиг «кольца». Пипин словно подбирал остатки трофеев за Эриком Фриульским и в конце года доставил их в Ахен к отцу, «который с радостью ожидал его прибытия».

Предполагаемый ответный удар аваров в 791 году, возможно, вызванный строительством Фосса Каролина с целью соединения речных систем Рейна, Майна и Дуная и не позволивший Карлу более масштабно использовать военную мощь против саксов, на деле оказался блефом. Франки вместе с союзниками сами осуществили грабительские походы на земли противника, а соперничавшие друг с другом князья были не в состоянии оказать ни политическое, ни военное сопротивление. Исчезновение аваров с исторической арены наметилось уже в этом распаде власти, хотя экспансия франков не достигла старой пограничной зоны между рекой Энс и Венским лесом и не перешла гребень Венского леса. В Паннонии, на территории которой возникла нынешняя Венгрия, правил Тудун. Он сначала формально покорился франкам, и то время как часть его народа (об этом уже говорилось выше) переместилась на восток и осела на противоположном берегу Тисы, открывшись с фланга болгарам.

Хотя в биографии короля Карла Эйнхард в значительной стс пени ориентируется на житие античных императоров и их взгля ды, уделяя церковной тематике весьма скромное место, бросает ся в глаза, что захвату трофеев на аварских землях он посвящает взволнованные строки, в то же время ни словом не обмолвившись о миссионерских усилиях на этих землях. В том же духе фиксируют исторические события и имперские хроники. Конечно, произошедшее в 798 году возвышение Зальцбурга до уровня архиепископии усилиями приближенного к Карлу Арна, в результате чего одновременно возникла баварская церковная провинция, объяснялось и миссионерской деятельностью в юго-восточном регионе, эффективность которой, на мой взгляд, справедливо была поставлена под сомнение более поздними исследованиями. Ничего изменить в этом деле не мог и обращенный к Арну призыв Карла, отмеченный в одном более позднем источнике, — «идти в земли славян, проявлять заботу о всей территории, налаживать церковную жизнь в епископском духе, укреплять народы в вере и в христианстве путем проповедничества». Освящать храмы, назначать священнослужителей, проповедовать народу- со всем этим Арн вроде бы справлялся наилучшим образом.

Вообще впечатление о серьезной и тщательной евангелизации связано, очевидно, с отдельными священнослужителями — участниками военных походов 795–796 годов во главе как раз с Арном Зальцбургским и высокочтимым Павлином Аквилейским.

Именно они представляли территории, граничившие с поселениями языческих гуннов. Отмечался также резонанс на оценки и планы этих влиятельных личностей, прежде всего в посланиях Алкуина. Именно он с появлением новой сферы миссионерства подверг прежние методы обращения саксов в христианство смелой и уничтожающей критике.

Впрочем, уже тогда наметился продолжительный конфликт между церквами Зальцбурга и Аквилеи в сфере ответственности за миссионерство в юго-восточном регионе, которому положил наконец Карл в 811 году. Монарх повелел считать приток Дуная Управу «мокрой границей» сфер влияния. До того, по крайней мере до 803 года, процесс евангелизации на противоположном берегу реки Энс складывался крайне сложно, перемежаясь частыми бунтами.

Когда сопровождавшее Пипина духовенство достигло берега Дуная, состоялось импровизированное заседание собора под председательством епископа Аквилейского. В откровенно прагматическом ключе было достигнуто взаимопонимание относительно некоторых аспектов целенаправленной миссионерской деятельности среди аваров. Его участники единодушно решили, что весьма трудно вводить «этот грубый и неразумный народ, невежествен- ный и безграмотный» в тайны христианской веры. Здесь нельзя использовать принуждение или откровенное насилие.

Несмотря на устоявшиеся привычки и заповеди, крещение может совершаться по субботам, за исключением крещения детей, для чего, как правило, отводятся праздники Пасхи и Троицы. В этом допущенном исключении косвенно проявляется серьезная проблема миссионерства и связанного с ним умиротворения: нехватка священнослужителей стала существенным препятствием при распространении Евангелия уже среди саксов.

Неплохо устроившись аббатом монастыря Святого Мартина в далеком Туре, Алкуин, как обычно, не скупился на добрые советы своим корреспондентам, которые, правда, отдавали должное его безграничному прямодушию и взвешенной оценке прежней миссионерской деятельности. Между тем прижившийся на континенте англосакс еще годом раньше установил контакт с герцогом Эриком Фриульским и поэтому обладал всей информацией, связанной с аварами. Не в последнюю очередь из-за территориальной близости с покоренными племенами он вскоре обратился к епископу Аквилейскому Павлину с просьбой подсказать, что тот собирается предпринять в миссионерском плане, тем более что аварские эмиссары направились к королю и обещали признать его королевское достоинство, а также принять христианскую веру. Он также просит совета у епископа Арна Зальцбургского, очевидно, сопровождавшего отряды Пипина, направлявшиеся к Дунаю. Одновременно он успокаивает его в раздумьях о мощи противника: «Та империя была крепкой и сильной, но крепче тот, кто ее одолел: в его руке вся мощь королей и королевств».