Читать онлайн «Ящик водки». Страница 85

– А та труба, что шла по Прибалтике, она практически высохла?

– Она фактически высохла, да.

– И теперь в нее можно орать: «Эй, вы там! Ау! Laba diena! Ну как, выкусили?»

– Но после, когда Ходор закроет сделочку по НПЗ, трубу снова можно будет наполнить. Уже в наш заводик. Теперь надо еще в Вентспилсе купить терминал, и совсем будет красиво.

«Откуда они взялись, латышские стрелки, в стране с ярко выраженными консервативными традициями? Говорят о нескольких полках. А это как минимум 10 тысяч бойцов. Куда они потом пропали? Почему не проявили себя в 1920-е годы в буржуазной Латвии? Коммунистов в ней было не больше, чем в Литве или Финляндии. При том что о сколько-нибудь заметном влиянии финских или литовских большевиков на исход Гражданской войны нигде не говорится. Высказывалось мнение, что никаких красных латышских стрелков не было. За таковых принимали коммунистов из Австрии, Германии, Финляндии и так далее. Представьте себе красноармейца арийского типа, говорящего по-русски с акцентом. Будучи простым крестьянином, вы сможете по внешним признакам определить его национальность?» (Если латыши ни в чем не виноваты, то почему именно их «назначили» быть крутыми революционерами? Потому что они славились своей бедностью и легко пошли б с большевиками грабить награбленное. Логично. См. широко известные русские поговорки, которые выше уже упоминались: «Какие у латыша вещи? Хер да клещи», «У латыша только хер да душа». – И.С.)

«Становление государственности Латвии всецело было связано с Советской Россией и В.И. Лениным. Однако сегодня в Латвии нет ни одного памятника Ленину. Все они были варварски разрушены… Установленная в декабре 1918 года на территории Латвии советская власть в 1920 году пала.

В 1919 году буржуазное правительство Латвии учредило «военно-полевые суды, которые будут состоять из офицеров – двух латышей, двух остзейских немцев и одного русской национальности». Белый террор за 1920 год в Латвии унес около 12 тысяч жизней рабочих. Начались долгие годы буржуазного правления, приведшие к фашистскому государственному перевороту, совершенному 15 мая 1934 года главой правительства К. Ульманисом. Были попытки (Всего лишь попытки! Как про них не стыдно вспоминать коммунистам? Им в глаза нассать, скажут – божья роса. – И.С.) применить смертную казнь для политических противников. Были произведены массовые аресты коммунистов. Введено военное положение. Была прекращена работа сейма, члены его президиума интернированы. Были закрыты 35 изданий, прекращена деятельность 29 профсоюзов, закрыты различные общества и союзы, приостановлена деятельность 60 городских дум, ликвидированы уездные управы. С мая 1934 года по май 1940 года в тюрьмы и Лиепайский концлагерь было брошено 18 198 человек.

В июле 1940-го фашистский режим был сметен социалистической революцией в Латвии. Но в июле 1941 года Рига была оккупирована Германией. В Латвии снова был установлен фашистский режим, который просуществовал до 13 октября 1944 года. Был создан латышский легион «Waffen SS», через службу в котором прошло более 150 тысяч мужчин из двухмиллионного населения Латвии. Бывшие легионеры «Waffen SS» маршируют под своими знаменами по Риге, а их колонны возглавляют депутаты сейма Латвии от правых сил и официальные государственные лица. Без суда и следствия была запрещена Компартия Латвии (а вот у русских в 91-м на подобное не хватило ума и воли. – И.С.). Тут уже, как говорится, сколько ни мой черного кобеля, не отмоешь добела.

Немцы, принимая «неарийцев» в иностранный легион СС, никогда не уравнивали их с собой. Солдаты и офицеры 19-й дивизии СС (2-й латышской), как и всех других, не имели права носить руны СС в правой петлице и, следовательно, были «неполноценными» эсэсовцами. Не могли же чумазые недочеловеки наравне с властелинами мира носить одну и ту же форму. Части иностранного легиона СС обычно использовались для самых «почетных» дел: сторожить заключенных, сгонять евреев в гетто, расстреливать, сжигать деревни и дома. Причем солдат иностранного легиона, как правило, использовали для карательных акций на территории их собственных стран.

«По данным латышского националистического журнала „Даугавас Ванаги“, издаваемого в Торонто, за период с июля 1944 по октябрь 1953 года „национальные партизаны“ (так сегодня именуются „лесные братья“ в Латвии) убили 2208 человек – представителей совпартактива, сотрудников и солдат НКВД, МВД и других советских ведомств».

«Всего за время войны немцами был сформирован 41 латвийский, 26 эстонских и 23 литовских полицейских батальона. Они боролись с коммунистическим подпольем и партизанским движением в Прибалтике, использовались для карательных акций на территории Белоруссии и России, выполняли и чисто палаческую работу – расстреливали привезенных из Белоруссии и Польши русских, евреев, коммунистов и военнопленных Советской армии… Все эти экзекуции, особенно массовое вешание, документируются с помощью киноаппаратуры…»

«В Латвии после прихода немцев из местных были сформированы вооруженные подразделения для отлова в лесах беглых советских чиновников и партфункционеров, а также красноармейцев, пытавшихся выйти из окружения. Согласно донесениям летом и осенью 1941 года ими были задержаны 7194 человека (из которых многих расстреляли). Латышские батальоны участвовали в истреблении мирного населения не только у себя в Латвии, но и на других западных территориях СССР и даже в Польше».

«…захваченный в плен красноармейцами весной 1944 года военнослужащий 15-й латышской дивизии СС Петр Петерсон объяснял на допросе: „Во время моей беседы со старшим писарем волости Межграф он мне говорил о том, что если я пойду служить добровольцем в легион СС, то я там буду иметь папиросы, водку и хорошее питание. Тогда я изъявил свое согласие служить…“ Ефрейтор той же дивизии Варонес подбрасывал вверх детей советских граждан и стрелял в них из пистолета. Был отмечен двумя немецкими наградами. Вступающие в легион латыши принимали присягу, текст которой звучал так: „Богом клянусь в этой торжественной клятве, что в борьбе против большевизма я буду беспрекословно подчиняться главнокомандующему германскими вооруженными силами Адольфу Гитлеру и как бесстрашный солдат, если будет на то его воля, готов отдать свою жизнь за эту клятву“.

«Из боевых сводок известно, что 19-я латышская дивизия СС и 3-я эстонская бригада СС оказывали ожесточенное сопротивление советским войскам».

Из доклада офицера по особым поручениям тыла Русской освободительной армии (РОА) поручика В. Балтинша (латыша) представителю РОА в Риге полковнику В. Позднякову от 26 мая 1944 года: «В середине декабря 1943 г. в деревнях Князево, Барсуки, Розалино (Белоруссия) латышские части СС вели беспричинный страшный террор. Вокруг этих деревень лежало много трупов женщин и стариков. Мне удалось поговорить на латышском языке с несколькими эсэсовцами. Они объяснили: „Мы их убили, чтобы уничтожить как можно больше русских“. После этого сержант подвел меня к сгоревшей хате. Там лежало несколько обгорелых полузасыпанных тел. „А этих, – сказал он, – мы сжигали живьем…“ В начале мая в районе д. Кобыльники в одной из ложбин мы видели около трех тысяч тел расстрелянных крестьян, преимущественно женщин и детей. Уцелевшие жители рассказывали, что расстрелами занимались люди, понимавшие по-русски, носившие черепа на фуражках и красно-бело-красные флажки на левом рукаве – латышские эсэсовцы. В одной деревне мое внимание привлекла туча мух, кружившаяся над деревянной бочкой. Заглянув в бочку, я увидел в ней отрезанные мужские головы. Некоторые были с усами и бородами. После разговора с уцелевшими жителями у нас не осталось сомнений в том, что и здесь также оперировали латышские СС».