Читать онлайн «100 великих спортсменов». Страница 108

Происходивший из крестьянской семьи, Бикила бегал с детства, отлавливая фазанов для семейного стола. Подобные дальние забеги на высокогорье развили легкие юноши и укрепили выносливость, что особенно важно в марафонских забегах. И теперь никто не обращал внимания на него, занимавшего место на старте забега, всего третьего марафонского забега в его жизни и первого за пределами родной Эфиопии. Но в отношении того, что случилось потом, лучше всего написано в сонете А. Линкольна на тему, как «одурачить всех людей» и т д.

Трасса забега, впервые проводившегося ночью, начиналась и кончалась возле олимпийского стадиона, она проходила от площади Кампидольо (спроектированной Микеланджело), огибала Колизей и Термы Каракаллы, шла по двухтысячелетней Аппиевой дороге и завершалась у Арки Константина. Кстати говоря, менее чем в миле от линии финиша стоял обелиск, за четверть века до Игр украденный в Аксуме итальянскими фашистами, вторгшимися в Эфиопию и захватившими с собой в Рим этот трофей.

Бикила, бегавший в те поры босиком, взялся за дело с восемнадцати километров, держась вровень с фаворитом, марокканцем Рхади бен Абдесселемом. Остальные участники забега тянулись за ними словно обитатели Гаммельна за крысоловом – ну, в данном случае двумя крысоловами. Милю за милей пробегали они рядом друг с другом, не обмениваясь ни взглядом, ни словом.

Потом, неподалеку от украденного обелиска, примерно в тысяче метров от финиша, Бикила ускорился на небольшом подъеме и вышел вперед, закончив на этом самом месте соревновательную стадию забега.

Рвавшийся к финишу Бикила увеличил отрыв почти до двух сотен ярдов возле Арки Константина и опередил олимпийский рекорд Эмиля Затопека, показав время – 2 часа 15 минут 16 секунд.

Четыре года спустя – через сорок дней после операции по поводу аппендицита – Бикила совершил подвиг, не удававшийся еще никому в истории Олимпийских игр: он победил в марафоне второй раз. На сей раз обутый Бикила защитил свой титул с рекордным временем 2 часа 12 минут и 11 секунд. Когда он приближался к финишной линии на Токийском олимпийском стадионе, болельщики, увидевшие легконогого эфиопа, взорвались восторженными воплями, подобными грохоту тысячи грузовиков по деревянному мосту. Разорвав финишную ленточку, Бикила выбежал на поле стадиона и проделал несколько гимнастических упражнений, которые успел закончить еще до того, как занявший второе место спортсмен пересек финишную линию. Пользуясь словами австралийского марафонца Рона Кларка, это было «величайшее представление всех времен в легкой атлетике».

Бикила попытался добиться третьего успеха в 1968 году, однако был вынужден сойти после семнадцати километров из-за трещины в ноге. Возвратившись домой, спортсмен продолжил службу в дворцовой охране, теперь уже в лейтенантском чине, пожалованном ему императором Хайле Селассие.

Однако на следующий год с ним случилась трагедия. Подаренный ему правительством после второй олимпийской победы «Фольксваген», за рулем которого находился спортсмен, перевернулся, и Бикила получил серьезные травмы. Перелом позвоночника приковал его к инвалидной коляске. Однако не имея более возможности пользоваться ногами, он сохранил свои руки, которые наделили его новой надеждой, поскольку он начал тренироваться в стрельбе из лука и преуспел в этом деле настолько, что принял участие в Олимпийских играх для инвалидов. Увы, самому выносливому бегуну в истории не хватило выносливости сносить тяжесть жизни парализованного человека, и Бикила скончался 25 октября 1973 года. Смерть его была столь же легкой, как некогда бег.

Михаил Моисеевич Ботвинник был чемпионом мира по шахматам с 1948 по 1963 год (с перерывами). Он стал основателем советской шахматной школы. Великий кудесник шахмат Михаил Таль сказал: «Мы все, нравится это кому-то или нет, вышли из Ботвинника».

Михаил Моисеевич Ботвинник родился 17 августа 1911 года в дачном поселке Репино под Ленинградом. С шахматами познакомился лишь в двенадцать лет, и такое «опоздание» часто потом давало о себе знать. В раннем детстве, например, быстро развивается комбинационное зрение. Если же упустить это благоприятное время, то никогда не удастся полностью избежать огорчительных случаев шахматной слепоты.

Первые свои шахматные уроки Ботвинник получил в клубе совторгслужащих, где занятия вел П. Романовский. Но в основном шахматную мудрость постигал сам. Так, кстати, продолжалось потом всю жизнь. Были у Ботвинника друзья, тренеры и секунданты, но он, используя их помощь, всегда оставлял за собой последнее слово.

Уже со второго выступления новичок стал занимать в турнирах первые места, каждый раз опережая противников более высокой квалификации. В четырнадцать лет, дебютируя в полуфинале первенства Ленинграда, он добился феноменального результата – 11,5 очка из 12! Полгода спустя – успешная проба сил за рубежом в матче с шахматистами Стокгольма.

Закончив небывало рано (за 2 месяца до шестнадцатилетия) среднюю школу, Ботвинник тут же, как бы на одном дыхании, вписывает в летопись чемпионатов страны до этого невиданный факт участия в них столь юного шахматиста. И не просто участия, а достижения отличного результата (9 побед при 4 поражениях и 7 ничьих). Тяжелый барьер поступления в политехнический институт он преодолевает год спустя, так как возраст не позволяет даже подать заявление.

Учась в институте, Михаил не имел каких-либо скидок на свою шахматную известность, а порой даже сталкивался с нарочито придирчивым отношением. Это продолжалось даже тогда, когда Ботвинник стал аспирантом. Его отлучку на матч с Флором профессор, руководивший аспирантами, прокомментировал так: «Все было благополучно, все аспиранты успешно выполнили свои планы, кроме двоих: один был болен, а другой отозван для… общественной забавы!»

Тем примечательнее спортивные успехи Ботвинника. После своей первой победы на чемпионате СССР в 1931 году, в четырех последующих средний показатель набранных им очков достиг почти 80 процентов. Три турнира Михаил провел без единого поражения.

На чемпионат СССР в 1933 году в Ленинград собрались все лучшие шахматные силы страны. Несмотря на неудачную игру на финише, Михаилу удалось добиться победы.

Теперь оставалось добиться международного признания. Ключевым стал матч 1933 года с чемпионом Чехословакии С. Флором, который в те годы был шахматной надеждой Запада. Итог соревнования – ничья.