Читать онлайн «Божьи воины». Страница 161

«V.I.T.R.I.O.L…» — тайная, загадочная и многозначная алхимическая формула, часто используемая для определения процесса трансмутации. Обычно это сокращение интерпретируется как начальные буквы формулы «Visita Inferiora Terrae Rectificando Invenies Occultum Lapidem», то есть: «Исследуй низшие сферы Земли, усовершенствуй их и найдешь скрытый камень». Речь, конечно, идет о камне мудрости, знаменитом lapis philosophorum, философском камне.

«Ego vos invoco…» — и далее ритуал конъюрации и заклинаний, частично — не напрямую — опирающийся на «Гептамерон» Пьера ди Абано, один из немногих аутентичных, сохранившихся в целости чародейских гримуаров.

«Verum, sine mendacio, certum et verissimum» — «Истина без лжи, верная и наиправдивейшая; то, что внизу, суть таково же, что есть наверху, а то, что есть наверху, суть таково же, что есть внизу, чудо же свершается силой Единения» («Изумрудная Скрижаль». Перевод автора).

«Completumest…» — «То, что я имел сказать о вещах солнечных, я сказал» (там же).

К главе четвертой

«…главнокомандующий, то есть исполнитель» — богемизм, введенный для колорита. По-чешски «spravce» — это управитель, руководитель; не следует путать с «неведомым исполнителем», скорее можно сравнить с польским «осуществляющий власть».

К главе пятой

«…пять вооруженных бургманов…» — обедневшие шляхтичи, не имеющие ничего за душой, вынуждены были наниматься на службу к богатым феодалам. Таких называли «клиентами» или «манами» (от нем. тап — человек, мужчина). Клиентов, в обязанности которых в основном входил дозор и оборона замка феодала, называли бургманами.

«Dwor nam pokazil kaplany», т. е. «двор нам испортил священников» — Бернат из Люблина. Правда, текст возник лишь в 1522 году. Ну и что?

«Я получил шесть бочонков в виде взятки…» — о взяточничестве епископа Конрада при присуждении пребенд и церковных чинов во вроцлавской диоцезии свидетельствует Ева Малечинская — «Гуситское движение в Чехии и Польше», «Книга и Знание», 1959 год.

«Aurea prima sata est aetas» — см. «Некоторые пояснения и замечания переводчика».

К главе шестой

«…жейдлик вина стоит три гроша, а полпинты пива пять денежек» — жейдлик равнялся примерно половине литра. Четыре жейдлика составляли пинту, восемь пинт шло на один скопек. В ведре было четыре скопка, четыре ведра давали бочку емкостью примерно в два с половиной гектолитра. Что касается монетарных единиц, то в то время в Чехии (и не только) основным был пражский грош, именуемый также «белым» либо «широким». Грош делился на 7 денежек, равных 14 гелерам, или 28 оболам. Во время гуситских войн гроши не чеканили вообще, что не мешало им быть самой популярной монетой как при оплатах, так и при расчетах.

«…кто не пожалеет флорена либо венгерского дуката…». У флорена, или гульдена, или рейнского злотого курс всегда был ниже, чем у венгерского дуката. В 1419 году, году дефенестрации, за венгерский дукат давали 23 пражских гроша, за флорен же только 19. Бурное время гуситских войн вызвало бурный рост спекулятивной стоимости золотой монеты, поэтому у меня Хунцледер устанавливает курс в 30 грошей.

К главе седьмой

«Е lо spilitomio…» — см. «Некоторые пояснения и замечания переводчика».

К главе девятой

«Par montaignes et par valees…» — см. «Некоторые пояснения и замечания переводчика».

«Один Памбу знает» — Памбу или Памбучек — от «Пан Буг» (Pan Buh) — чешский народный колоквиализм.

К главе двенадцатой

«…тебе, сынку мерсебурских министериалов…» — министериалы были служивым рыцарством, своеобразными невольниками своих хозяев. Их, как настоящих невольников, можно было продать либо обменять, они не имели права жениться без согласия пана, их дети становились собственностью господина. В ХШ веке институт министериалов фактически прекратил существование.

«Die Ketzer und in dem christlichen Glauben irresame Leute» — «Кацеров и людей заблуждающихся в вере христианской, преследовать и уничтожать…» — исторический фрагмент присяги, которую в рамках борьбы с гуситской ересью обязан был в 1322 году под угрозой наказания принять каждый житель Лужиц, которому исполнилось четырнадцать лет. Распространяя эту присягу на жителей Силезии, я совершаю так называемое «обоснованное историческое предположение», иначе говоря: придумываю.

К главе четырнадцатой

«…пойманному гуситу пан Швиховский приказал натолкать в рот и горло пороха…» — исторический факт, который приводят «Старые чешские летописи».

«Quibus viventibus поп communicavimus…» — «С кем мы не были вместе при жизни, с тем не будем вместе и после смерти» — слова, приписываемые римскому папе Льву Великому.

«…не больше, чем одну унцию и тридцать атомов» — расчет был следующий: 1 хора = 4 пунктам = 40 моментам = 480 унциям = 21600 атомам.

К главе пятнадцатой

«Una cosa voglio vedere…» — я сконструировал эти строки, довольно свободно основываясь на «Aradia, or the Gospel of the Witches» Чарлза Дж. Леланда. И сам себе перевел. Вот эффект (подстрочник мой — Е. В.):

К главе семнадцатой

«Slusterytieribozi» — «Послушайте, рыцари Божьи» — песня «из эпохи», взятая мною из так называемого «Йистебницкого Канционала» (первая половина XV века).

«…в том числе около трехсот копий конницы…» — тактическая единица конницы, называемая копьем, состояла обычно из рыцаря, оруженосца, вооруженного слуги и конного стрелка с арбалетом. Бывали копья в количестве трех человек, бывали и шестерых.

К главе восемнадцатой

«…маневр армии, насчитывающей свыше семи тысяч…» — мне встречались источники, определявшие силы гуситов под Нисой в 25 тысяч человек. Авторы, видимо, поддались пропаганде Фогельзанга. Либо опирались на немецкие источники, которые полученные от гуситов страшные удары объясняли и оправдывали «подавляющим преимуществом врага». В действительности Табор и сироты вместе взятые (а не надо забывать, что под Нисой воевал только Табор, без сирот) никогда не были в состоянии направить в рейд армию, превышающую 15–18 тысяч, а обычно 7–9 тысяч человек при принятом у гуситов соотношении конницы и пехоты как 1: 10. Плюс боевые телеги из расчета одна на 20–25 пехотинцев.