Читать онлайн «Честь, слава, империя. Труды, артикулы, переписка, мемуары». Страница 38

Господин Долгорукий.

Сего часу получили мы ведомость через письмо господина генерала князя Меншикова, что Батуринскую крепость по двучасном бою штурмом сего дня взяли, которою викториею вас поздравляю. И сие всем объяви. Фридрих[115] и Чечель[116] взяты: живы. А сказывают, что и Вайноровский[117] тут.

Piter.Из Воронежа, в 2 д. ноября 1708.К князю Александру Даниловичу Меншикову[1708 г., ноября 3]

Припало мне на ум, что в Прилуках гетманских единомышленников, которые ныне при нем, многих есть жены и дети. Чего для изволь туда нарочно кого-нибудь послать с драгунами и взять их за караулом. Также Кочубеева и Искрина жены[118], слышал я, что за караулом в Батурине, которых изволь взять с собою, понеже в них некоторое дело имеем.

Из Воронежа, ноября 3 дня.

Получив это письмо, А. Д. Меншиков написал сыну казненного Кочубея:

«Господин Кочубей. Кой час сие письмо получишь, той час поезжай до Царского Величества в Глухов и возьми матку свою и жену Искрину и детей, понеже великая милость государева на вас обращается». По распоряжению Петра I вдовам казненных Мазепой В. Л. Кочубея и И. И. Искры были возвращены все принадлежавшие им раньше земли. В связи с этим был оглашен Универсал гетмана Скоропадского от 15 декабря о возвращении вдове и детям Кочубея сел и деревень со всеми угодьями в Полтавском, Нежинском и Стародубском полках «в первобытное подданское послушенство».

К князю Александру Даниловичу Меншикову[1708 г., ноября 4]

На первое [во-первых] посланное письмо, которое послано с Крюковым[119], паки подтверждаю вам: ежели возможно от шведов в Батурине сидеть, то извольте поправить и посадить в гарнизон (хотя драгун в прибавку к стрельцам, пока пехота будет), однако ж несколько пушек лучших надобно вывесть в Глухов. Буде же (как я слышал от Крюкова) оная крепость слаба, то зело лучше такую великую артиллерию вывесть в Глухов (которая там зело ныне нужна), а строенья сжечь, понеже когда в таком слабом городе такую артиллерию оставить, то шведы так же легко могут взять, как и мы взяли.

И для того не изволь время терять, понеже опасно, дабы не помешал вам неприятель в вывозе той артиллерии. Буде же не успеете вывесть, то лучше разжечь или разорвать и, штуками раздав, вывесть. Ежели есть булавы и знамена, то изволь прислать для нового гетмана. Также канцелярию их возьми с собою всю.

Из Воронежа, ноября 4 дня.

P. S. Неприятель вчерась стал перебираться через реку, наши пехотные войска в Воронеже, а я для некоторой обсервации поехал в Глухов[120]. В прочем, слава Богу, дела идут с помощию Божиею добро [хорошо].

К князю Александру Даниловичу Меншикову[1708 г., ноября 5]

Понеже после Крюкова от вас ни единой ведомости не имею уже третий день (о чем удивляюсь), и дошли ль мои письма, которые к вам посланы, а именно с Крюковым в тот же день, как он к нам приехал, с Сафоновым вчера. И паки подтверждаю оныя письма, что, ежели держать Батурин, извольте так учинить, как писано к вам. Однако ж то меня сумневает, что когда мы скоро взяли, то шведы також могут взять.

И для того удобнее артиллерию вывезти половину в Глухов, и другую в Севск, а Батурин, в знак изменникам (понеже боронились [чтобы остереглись]) другим на приклад сжечь весь. И изволь управляться не мешкая, ибо неприятель уже вчерась реку совсем перешел и сегодня, чаю, будет маршировать к вам.

Указ всему малороссийскому народу[1708 г., ноября 6]

Божиею поспешествующею милостию Мы, пресветлейший и державнейший Великий Государь Царь и Великий Князь Петр Алексеевич, Самодержец Всероссийский и прочая (титул), объявляем через сие верным нашим подданным, войска Запорожского генеральной старшине, полковникам, есаулам, сотникам и куренным атаманам и казакам и прочим всякого чина гражданского и купеческого людям и поселянам и всему малороссийскому народу сим Нашим Великого Государя указом, что понеже нам известно учинилося, како неприятель наш, король шведский, видя изнеможение сил своих и не имея надежды оружием противочисленных наших храбрых великороссийских и малороссийских войск стояти и победу по гордому своему предвосприятию над оными, такоже и над землями нашими, получити, когда, по претерпенном многом уроне войск своих у Смоленского рубежа, принужден был воротиться, не вступя во оные, и скорым и коварным своим походом, хотя упредить войско наше, в Малороссийский край, по призыву и присылке изменника Мазепы, вошедши, оный завоевать и, города знатнейшие взяв, во оные засесть, и потом сию землю тяжкими податями и налогами и пленением людей даже до конечного разорения привесть, как он то и в короне польской и в Великом княжестве Литовском и в Саксонии, в которые под образом защитителя вошел, також учинил, и дабы потом сию малороссийскую землю, по истощении оной, отдать под иго польское и в порабощение Лещинскому, незаконно от него выбранному королю, которому он то обещал в учиненном с ним союзе, дабы вместо Курляндии и Жмуйди и Лифляндии польских, которые Лещинский шведу уступить обещал, оному сей Малороссийский край, завоевав, отдать, а изменника Мазепу в Украине самовластным князем над вами учинить, в чем он от него, изменника богоотступного, бывшего гетмана Мазепы, был обнадежен, что он ему в том его намерении допоможет, как то последи [следствием] из измены его явилося; который, забыв страх Божий и присягу свою, при крестном целовании Нам, Великому Государю, учиненную, и превысокую к себе нашу милость, без всякой данной к тому причины изменил и перешел к королю шведскому, объявя напред о себе генеральной старшине и полковникам, при нем будучим, будто имеет Наш Царского Величества указ идти против неприятеля для воинского промыслу с несколькими компанейскими полками.

И когда перешел реку Десну, то, приближася к войску шведскому, поставил войско, при нем будучее, в строй к баталии и потом объявил старшине злое свое намерение, что пришел не биться со оными, но под протекцию его королевскую, когда уже то войско, по его соглашению, от шведа окружено было. Також он, изменник Мазепа, пошед к шведу, оставил в городе Батурине сердюкского полковника Чечеля да немчина Фридриха Кониксека и с ними несколько полков сердюкских, да из городовых полков немалое число казаков в гарнизоне, и, подкупя их деньгами, приказал им наших Царского Величества ратных людей не впускать, в том намерении, дабы тот город и в нем обретающиеся войска Запорожского великий пушечной снаряд королю шведскому со многим числом пороху и свинцу и иных припасов отдать, дабы он тем против нас воевать и Малороссийский край поработить мог.