Читать онлайн «Честь, слава, империя. Труды, артикулы, переписка, мемуары». Страница 32

И понеже нам, яко Государю и оборонителю Малороссийского края, надлежит отческое попечение о вас иметь, дабы в то порабощение и разорение Малой России, також и церквей Божиих во осквернение не отдать, того ради повелеваем всей генеральной старшине, полковникам и прочим вышеобъявленным чинам войска Запорожского, дабы на прелесть и измену сего изменника, бывшего гетмана, не смотрели, но при обороне наших великороссийских войск против тех неприятелей стояли.

И для лучшего упреждения всякого зла и возмущения в малороссийском народе от него, бывшего гетмана, вся старшина генеральная и полковая съезжалась немедленно в город Глухов для обрания по правам и вольностям своим вольными голосами нового гетмана, в чем крайняя нужда и спасение всея Малыя России состоит.

Дан сей Наш Царского Величества указ в обозе при Десне за приписанием власные Наши руки и припечатанием печати октября в 28 день 1708-го.

При сем же объявляем, что известно Нам, Великому Государю, учинилось, что бывший гетман хитростию своею без Нашего указу аренды и многие иные поборы наложил на малороссийский народ, будто на плату войску, а в самом деле ради обогащения своего. И сии тягости повелеваем Мы ныне с малороссийского народу отставить.

Царь Петр.

В ответ на царские универсалы население Левобережной Украины, казаки и поляки, в своих челобитных давали клятвенные обещания в верности, просили покровительства и защиты. Ниже приводится челобитная жителей Лохвицкого городка, написанная в первых числах ноября 1708 г.:

«Божиею милостию пресветлейшему вседержавнейшему Государю Нашему, Царю и Великому Князю Петру Алексеевичу, всея Великия и Малыя и Белыя России повелителеви, под всемилостивую оборону монаршую прибегающе, всепокорственно до лица земли падающе, поклоняемся. Вашего Царского пресветлого Величества зайшло к нам, верным твоим подданным, в смущении тяжком и страхе бедствующим, всемилостивое потешительное в особной грамоте царское слово, яковое мы, усе граждане старшин лохвицких, для послушанья всенародного веселисмо, многочастне громогласно читати, даби всем явственна была Вашего Царского пресветлого Величества милость и отческое благоутробие и чадолюбивая оборона, за яковое премилостивое монаршее извещение и за усердное ко церквам Божиим попечение сторинно всеединодушно духовного и мирского чина начальные и подначальные со всеми жительми града и весей за премногую монаршую милость лицем до земли раболепное Вашему Царскому Величеству чинить благодарное поклонение, единими устами и сердцем извествуючи иж неизмененно подданий все застаем, яко и всегда заставали, и рады бы на назначенное место Глухов путь шествовати по повелению Вашего Царского пресветлого Величества. Только под сей час не имеем начального, кому бы в городе радети, яко атаман и войт[97] только застаем [остались]. А так Вашему Царскому изволительному повелению не противны и неотступны. А города нельзя так оставить без досмотрующего, о том Вашего Царского Величества, яко защитника и милостивого оборонца всей Малой России, милостивно и горливо упрошаем. А самих начальных наших здесь нет, и сами о них не ведаем, где обретаются. И, по стокротно при покорственном челомбитии нашем просячи, записуемся всегдашними рабами, и достовернейшими подданными Вашего пресветлейшего Царского Величества быти, яко и назавше [навсегда] зостаем [остаемся] в нижайшее подножие.

Пресвятому монарсе, великороссийскому и малороссийскому державце, Государю Царю и обладателю, и милостивому отцу и великому добродию найподолние [нижайшие] слуги и подножки все единомисльностью, як казаки и посполитые люди лохвицкие, покорно челом бьем и подписуемся».

К князю Михаилу Михайловичу Голицыну[1708 г., октября 28]

По получении сего указу с полками, которые при вас есть, поди прямо к Трубческу немедленно: зело нужда[98]. Однако ж смотри того, чтоб лошадей не изнурить.

К полковнику Полтавскому Ивану Прокопьевичу Левенцу[1708 г., октября 29]

Благородный господин полковник Полтавский.

Объявляем вам, что гетман Мазепа, забыв страх Божий, изменил нам и переехал к королю шведскому таким образом: вначале объявил войску, что получил он, гетман, наш указ идти с войском за Десну против неприятеля, и, когда перешел, тогда оное уставил в боевой строй, и, когда неприятель к ним приближился, тогда он тому при себе войску объявил, что он, гетман, пришел в службу короля шведского. И потому тогда шведы войско его окружили, и тем льстивым образом старшина досталась в руки к неприятелю.

Того ради послали мы указы к старшинам и полковникам и прочим чинам, дабы оные собирались на обрание нового гетмана. А вам особливо напоминаем, что надлежит попечение иметь, дабы малороссийский народ не порабощен был под владение польское и церкви и святые монастыри не осквернены были, и не приведены во унию. Того ради желаем, дабы вы, как наискорее, сюда к нам для советов и упреждения всего того прибыли, и обнадеживаем вас при том нашею высокою милостию.

Петр.Из обозу из села Погребков при Десне, октября 29, 1708.К полковнику Черниговскому Павлу Леонтьевичу Полуботку

[1708 г., октября 29]

Господин полковник Черниговский.

Писал к вам господин генерал князь Меншиков о злом учинке [поступке] и об измене гетмана Мазепы и желал, дабы вы были сюда к нам ради советов о том деле. О чем вчерашнего числа к вам, генеральной и ко всей старшине и полковникам, посланы наши указы, чтоб съезжались ради советов о том деле и об избрании нового гетмана по правам вольными голосами. И ныне то подтверждаем, чтоб съезду тому быть в Глухове. А вас мы желаем, как наискорее, здесь у себя видеть и о том зело нужном деле устно самим разговаривать, обнадеживая при том вас нашею милостию.

Петр.Из села Погребков, октября в 29 д. 1708.К полковнику Нежинскому Лукьяну Яковлевичу Жураховскому

[1708 г., октября 29]

Господин полковник Нежинский наказный.

Объявляем вам, что гетман Мазепа, забыв страх Божий, изменил нам и переехал к королю шведскому таким образом: вначале объявил войску малороссийскому, что указ наш получил идти за Десну против неприятеля. И когда, перешед за Десну, приближился к войску неприятельскому, тогда, войско малороссийское поставя в боевой строй, объявил им, что он пришел не биться, но служить королю шведскому. И тако тем льстивым образом вся старшина и полковники достались в руки неприятелю[99].