Читать онлайн «Мое самодержавное правление». Страница 45

Но положение наше в княжествах значительно изменилось. Остается решить: к чему приступать, соблюдая и военную осторожность и не роняя наше политическое достоинство и влияние на христиан, не противореча провозглашенным нашим намерениям.

Кажется мне, что вопрос разрешить можно как следует:

1) Ежели Бог благословил успехом переправу и осаждение крепостцами, устроить, как предполагалось, сильное мостовое прикрытие. Для охранения как оного, так и нижнего Дуная и для резерва на случай высадки в Бессарабии или у Одессы оставить 1½ дивизии, примерно 7-ю и бригаду 14-й.

2) 15-ю дивизию подвести против Силистрии, наблюдая и за Гирсовом.

3) Отряду генерал-лейтенанта Липранди стягиваться на Краиово и за Ольту, в виде арьергарда главных сил.

4) Остальные 1 ½ дивизии 4-го корпуса и две дивизии 3-го корпуса расположить близ и вокруг Букареста в виде общего резерва и с целью – соединенными силами обратиться на неприятеля, откуда бы ни угрожал, т. е. от Видина ли, от Рущука ли или Никополя, или, наконец, от Силистрии. Таким образом, кроме арьергарда и отряда против Силистрии, будут везде готовы вместе 4 ½ дивизии или 72 батальона, кроме саперов и стрелков.

5) Так ожидать, осуществятся ли и где – ожидаемые десанты, и как удастся их отбить.

6) Драгунский корпус иметь в резерве по обоим берегам Прута, готовым обратиться туда, где опасность угрожать будет, и сим значительным перевесом кавалерии и конной артиллерии облегчить победу.

7) Осадный парк перевесть в Измаил и, когда время настанет, погрузить на суда.

8) Ежели турки где-либо у Силистрии, Рущука ли или Никополя переправятся в значительных силах – дать им отойти от Дуная марша на два и тогда идти на ближайшего, с помощию Божиею, разбить и кавалериею сильно преследовать до Дуная.

9) Когда десанты будут отбиты или удастся турок разбить на левом берегу Дуная, тогда двинуться левым флангом к Силистрии и приступить ко второй переправе 15-ю дивизиею и 3-м корпусом, оставляя весь 4-й у Букареста.

Иного покуда не придумаю.

Вероятно, в этом пройдут апрель, май и июнь. Около июля должно объясниться – австрийцы враги ли нам, или, удержанные примером Пруссии и нашим грозным видом, останутся точно нейтральными.

Быть может, что и греческое восстание повлечет за собой восстание Герцеговины и, быть может, и Сербии и Булгарии, несмотря на усилия австрийцев их удержать. Тогда, сомнения нет, все обстоятельства примут для нас гораздо выгоднейший оборот.

До того мы имеем все выгоды не торопиться и выжидать, утомляя и истощая турок в голодном крае. Время сие употребить в пользу заготовлением и кошением фуража, формированием резервов и подвозкою провианта и проч.

Таким образом, август и сентябрь полагаю я, что с пользою употребятся для решительного удара, т. е. для овладения Силистрией, а быть может, и Рущуком.

Но сим должны мы ограничиться на 1854 год.

При теперешнем общем положении дел Кавказской линии угрожать могут две опасности:

1. Усиленное нападение Шамиля на Военно-Грузинскую дорогу, в соединении с кабардинцами и другими близ оной обитающими племенами, с целью пресечь наши сообщения с Закавказьем.

2. Нападение союзных сил десантом в северной части Черноморской береговой линии, с тем чтобы овладеть Геленджиком, Новороссийском и Анапой, соединение с натухайцами, шапсугами и абадзехами для нападения на землю черноморских казаков и проникнуть далее на правый фланг Кавказской линии, в то же время как другие племена восстанут, угрожая Лабинской линии или даже Пятигорску.

Отвратить первую опасность лежит на прямой обязанности г.-л. Козловского с теми войсками, кои ему непосредственно подчинены в центре линии и которых нельзя не признать достаточными, с той поры, как там расположена вся резервная дивизия Кавказского корпуса, т. е. резерв из 14 бат. при 2 батареях, кроме линейных батальонов и 6 бат. Тенгинского и Навагинского полков и 3 бат. Егерского к. Воронцова полка, Донских и линейных казаков, при одной или двух кон. казачьих батареях.

Нет притом вероятия, чтобы Шамиль в одно и то же время угрожать мог и Военно-Грузинской дороге, и Лезгинской линии, и Кумыкской плоскости, и Прикаспийскому краю, которые впрочем охраняются особыми отрядами войск, здесь не упоминаемыми.

С последнеданных приказаний войсковому атаману Донского войска и с приостановления близ Ставрополя 1-й бригады 17-й дивизии с ее 2 батареями, нахожу, что опасность линии и Черномории во многом уже не так велика; ибо, не говоря о гарнизонах трех прибрежных укреплений, легко ныне собраны быть могут 11 бат., кроме 2-й бригады 19-й дивизии, 6 казачьих полков и двух пеших и 4½ конных батарей.

Я полагаю, что место сбора сему отряду назначить должно близ Вариниковой пристани, с тем чтобы при высадке неприятеля и в особенности при Геленджике или Новороссийске немедля следовать ему навстречу и принять отступающие гарнизоны Геленджика и Новороссийска, если они вынуждены были бросить сии места, и, наконец, ежели высадка последовала у Анапы, отбросить неприятеля в море и спасти Анапу.

При таковом действии неприятеля весьма вероятно, что он будет в соглашении с горцами, чтобы они отвлекли внимание и силы наши в другую сторону, угрожая или Лабинской линии, или самой Кубанской линии.

Чтоб воспрепятствовать сему, предстоят, кажется, два способа: или чтоб тогда г. Евдокимову, собрав что можно из войск, ему подчиненных, следовать на Белую и вглубь края, по направлению к Абинску, или собрать у Ольгинского тет-де-пона отряд из тех же войск, не менее 6 бат. с артиллериею и одним или двумя казачьими полками, чтоб отрядом сим охранять Кубанскую линию и отбить всякое тут покушение, на Лабинской же линии оставаться в оборонительном положении.

Адмиралу Серебрякову обратить главное внимание на сохранение Анапы и, буде можно, Новороссийска. Ежели Геленджик и Кабардинск отстоять нельзя, гарнизоны сии отводить к Новороссийску, чем защита сего места значительно усилится; а когда и этот важный пункт нельзя будет сберечь, все в нем сжечь и уничтожить, равно как в Геленджике и Кабардинске и отступать всеми силами через Раевский форт к Анапе, наводя неприятеля флангом на главный отряд, идущий от Вариниковой.

Вот в главных чертах все, что я покуда предначертать могу, как ген. – лейт. Козловскому, так и ген. от кав. Хомутову и В. А. Серебрякову.

В. А. Серебрякову, в случае крайности, военные все суда в северной части линии отвести к Павловской батарее, под прикрытие огня ее и для защиты пролива, а в случае невозможности и там устоять, отослать к Ейску, ежели глубина моря сие дозволяет.