Читать онлайн «Аромат грязного белья (сборник)». Страница 195

Кеннеди убили, потому что он отказался от превентивной атаки на СССР во время кубинского кризиса, несмотря на упорное давление на него генералов.

Кеннеди убили потому, что он в течение нескольких лет не оставлял усилий, чтобы освободить кубинцев, попавших в плен к Фиделю Кастро после плохо спланированного нападения на Кубу. И в конце концов он добился, преодолевая безразличие и сопротивление бюрократов, что их выкупили, привезли в США и предоставили им всяческие привилегии за перенесённые страдания.

Но прежде всего, Кеннеди убили, потому что он был Великий Американский Прелюбодей.

Kitty Kelly. His Way. The Unauthorezed Biography of Frank Sinatra. New York: Bantam Books, 1987. 664 p. ISBN 0-553-26515-6.

Впервые опубликовано в General Erotic. 2011. № 220.

Когда я лет в 14 впервые услышал имя «Фрэнк Синатра», я подумал, что человек, произнёсший это имя, оговорился, а в действительности должно быть «Фрэнк Сенатор». Я не мог представить, что существует фамилия, столь близкая по звучанию к великому слову «сенатор». Вскоре подтвердилось, что оговорки не было, и я со временем понял, что близость фамилии Синатра к слову «сенатор» не случайна – Фрэнк Синатра действительно был своего рода сенатором в мировом «правительстве» поп-музыки.

С тех пор Синатра всегда присутствовал в моей потребительской музыкальной жизни, которая составляет значительную часть моей жизни вообще. Отсортировалась самая любимая песня: The World We Knew. Ну, а гимн That's Life! с давних советских времён внушает мне гораздо больше оптимизма, чем любое «светлое будущее всего человечества».

Долгое время Синатра присутствовал для меня только звуком своего чарующего голоса, потом я увидел его обворожительную (ретушированную) фотографию на пластинке. А начав новую жизнь в США, я оказался завален его песнями, фотографиями, фильмами с ним и о нём, а также живыми представлениями, пока Синатра не умер в 1998 году в возрасте 82 лет, что вовсе не мало для табачно-спиртного образа жизни, который он вёл. Можно полагать, что огромное количество красивых женщин, которых он осеменил, компенсировало пагубное влияние этих дурных привычек.

Мне всегда хотелось узнать о жизни этого великого певца, а резкое усиление интереса к биографии Синатры у меня возникло после прочтения книги о Джоне Кеннеди, в которой упоминается, что Синатра поставлял ему красивых женщин (см. с. 542 наст. изд.).

Примеряясь, какую биографию читать, я вспомнил о Kitty Kelley, толковой и милой специалистке по бесцеремонным биографиям, интервью с которой я недавно видел. Таким образом, определился источник, из которого я мог испить информацию для удовлетворения своей жажды знаний.

Kitty Kelley знаменита своими биографическими книгами, смелостью подхода ко всем сторонам жизни объекта своего исследования и доскональным изучением и документированием каждого факта, который она использует в биографии. Поэтому в книге о Синатре приведён подробный перечень людей и интервью с ними, воспоминаний и других источников, из которых автор черпала нужные сведения. В книге нет лирических размышлений и досужих домыслов автора, а идёт хронологически точное и фактически детальное изложение жизненных этапов, событий и случаев из жизни Синатры со слов людей, кто его хорошо знал, и документов, которые говорят сами за себя.

Так что достоверность и объективность книги не вызывает сомнений, потому как тщательность документирования приведённых фактов возводит её в ранг научной биографии.

Kitty Kelley многократно пыталась добиться интервью у самого Синатры, но он не отвечал на её запросы. А 21 сентября 1983 года, узнав о подготовке к печати его биографии, Синатра подал в суд на Kitty Kelley с требованием наложить запрет на написание его биографии и взыскать два миллиона за писание биографии без его одобрения.

Будь это кто другой, суд не принял бы к рассмотрению такой иск как очевидное сумасбродство – в США с давних времён застолблена свобода слова и любой может писать о каждом. Но Синатра был на особом счету, и его иск лежал в суде без движения целый год, пока Синатра сам не отозвал его обратно, когда наконец уразумел, что живёт не в СССР. Синатра испугался, когда на защиту Китти поднялись все писатели и разумные интеллектуалы Америки и возмутились самой попыткой требовать запрет на свободу слова. И Синатра понял, что суд просто выйдет ему боком и пострадает его тщательно созданный к тому времени образ гуманитария и филантропа.

Синатра в кино и в песнопениях представляется нагловатым очаровашкой, напичканным самолюбующейся самоуверенностью, но я был склонен прощать великолепному певцу какие-либо внешние шероховатости.

Я также обратил внимание, что у Синатры при пении возникала частая конвульсия рта, а точнее – нижней губы, что меня всегда зрительно коробило. «Неужели, – думал я, – он не замечает? А если не замечает, то почему ему друзья-приятели не подсказали?»

Но, прочтя его биографию, я понял, что вряд ли кто-либо осмелился бы Синатре на это указать – его реакция на любую критику была убийственной.

А сам он, влюблённый в себя, считал, наверно, этот тик умилительным. Тик же этот всякий раз перечёркивает нежные, мягкие и чуткие мелодии и слова песни, которую Синатра исполняет. Тик – это известная коррекция того, что неискренне или лживо говоришь. Или в данном случае – поёшь.

В английском языке есть слово bully, которое не имеет однословного эквивалента в русском языке. Оно означает хулигана или бандита, который нагло терроризирует людей слабее себя. Такое существо описывается в поговорке:

Молодец против овец, а против молодца – сам овца.

Синатра и являлся bully, наглым хулиганом, а нередко и бандитом, но с существенной добавкой – способностью петь, очаровывая и зачаровывая. Получается, что злодей и гений прекрасно сосуществовали в одном человеке вопреки торжественному отрицанию возможности такого явления, отрицанию, родившемуся из шутки Пушкина и вскоре ставшему назойливым романтическим балагурством.

Но справедливо ли с бухты-барахты взять и назвать Фрэнка Синатру злодеем (или гением)? Что ж, судите сами.

Фрэнк Синатра был единственным сыном безграмотного, неудачливого и молчаливого боксёра, которого «нокаутировала» и оседлала энергичная красотка Долли, – это она заправляла всем в семье, и её решения определяли жизнь мужа и сына, а также многих знакомых и соседей. Мать Фрэнка прославилась своей бесцеремонной напористостью во всём, а также производством тайных абортов, за что её не раз арестовывали, она представала перед судом, но всегда отбрыкивалась и избегала тюрьмы. Это ей удавалось из-за её политических связей – она обеспечивала голоса на выборах местных демократических лидеров.