Читать онлайн «Код операции - Тарантелла. Из архива Внешней разведки России». Страница 93

Перебрался в Ирак, где получил должность преподавателя Багдадского военного училища и занимал ее до 1936 года. К этому времени оказался во главе повстанческого движения в Палестине, взяв на вооружение анти-английские лозунги. После неудачи восстания вернулся в Ирак, к этому времени относятся его первые контакты с германскими представителями в Ираке, если конкретнее, то с германским послом в этой арабской стране — Гробба.

Каукджи сыграл заметную роль в антианглийском движении в Ираке, которое возглавлялось Рашидом Али эль-Гейлани. Имел даже успехи в боях с подразделениями трансиорданской армии под командованием английского генерала Глабба. В один из моментов его автомобиль был расстрелян британским истребителем в районе Пальмиры и Каукджи получил множественные осколочные ранения. Было это в 1941 году, когда немцы вынашивали серьезные планы броска на Арабский Восток и, естественно, использовали все факторы, которые вели к ослаблению англичан. Каукджи не бросили — так он попал в Берлин, где оказывал немцам услуги при формировании ими в Германии Арабского легиона.

Некоторое время спустя после победы союзников, как уже было сказано, он выехал через Париж на Ближний Восток с промежуточной остановкой в Каире. В каирском аэропорту Каукджи вначале запретили выходить из самолета, но он связался по телефону с генеральным секретарем Лиги арабских стран Аззам-пашой, который выхлопотал ему визу на временное пребывание в Египте. Воспользовавшись этим обстоятельством, Каукджи посетил миссии арабских стран, аккредитованных в Каире, — ливанские власти согласились дать ему вид на жительство. Каукджи имел также продолжительную беседу с муфтием Иерусалимским, своим старым знакомым и, в известной мере, соперником.

Их модели достижения арабскими странами независимости существенно различались. Каукджи ориентировался на необходимость проведения военных операций, которые включали бы в себя и атаки на нефтепромыслы — эти, несомненно, болевые точки, — до тех пор пока Англия и Соединенные Штаты не удовлетворят требований арабов.

План муфтия предполагал локальные действия в Палестине, имея конечной целью провозглашение ее независимости и образование правительства, главой которого он видел самого себя. По его представлениям, это поставило бы Великобританию перед фактом и способствовало бы решению всех других проблем.

Сообщая об остановке Каукджи в Каире, источник заметил, что египетское и вообще арабское общественное мнение считает Каукджи, как, впрочем, и муфтия, своего рода национальными героями, восхищается ими и не осуждает их сотрудничества с немцами. А уважают за то, что они в свое время осмелились открыто выступить против Англии, хотя подразумевается, что если нужно, то и тот и другой постараются договориться с англичанами, весь вопрос в масштабах обоюдных уступок и компромиссов.

В другом агентурном донесении указывалось, что Каукджи собирается по завершении своего пребывания в Каире выехать в Ливан. Уже говорят о том, что он намерен активно участвовать в политической жизни и рассчитывает выдвинуть свою кандидатуру на предстоящих выборах по Северному Ливану. Ему приписывают какие-то проанглий-ские выступления, которые цитировало агентство Рейтер, но сам он говорит, что не делал такого рода заявлений.

У тех, кто в те годы занимался во внешней разведке Ближним Востоком, оба имени, Каукджи и муфтия Иерусалимского, вызывали повышенный интерес — слишком заметные и влиятельные это были фигуры. Предстояло основательно разобраться как в их прошлом, так и возможной роли в той ситуации, которая формировалась на Ближнем Востоке.

Актуальности проблеме добавляла и телеграмма из бейрутской резидентуры, в которой сообщалось, что политический отдел французской «Сюрте женераль» также внимательно отслеживает шаги Каукджи, а он французам известен давно и очень хорошо. Источник, вращавшийся во французских кругах, утверждал далее, что Каукджи встречается с американским военным атташе, говорят, что ему может быть поручена серьезная работа в Ливане. Французы зафиксировали также его встречу с высокопоставленным военным из Анкары, с которым Каукджи обсуждал проблему «реорганизации арабских боевых сил». Каукджи встретился с посланником Соединенных Штатов в Ливане Майнором, предметом их беседы были перспективы развития внутриполитической ситуации в стране и возможной роли самого Каукджи в самое ближайшее время. Все это побудило Центр направить в оба загранаппа-рата — каирский и бейрутский — оперативное письмо:

«Из Ваших информаций видно, что Каукджи вновь появился на политической сцене Ливана и проводит большую работу по созданию некоей политической организации.

Вместе с тем при поддержке американцев он пытается занять важный пост в ливанской армии. Все этого говорит о том, что Каукджи может играть видную роль в политической жизни страны.

Исходя из этого, следует заняться изучением его политического лица в настоящее время, выявить характер его связей с американцами с тем, чтобы определиться в наших дальнейших шагах».

Интересное открытие, касающееся персоны Каукджи, было сделано на юге Германии. Хемницкой оперативной группой СВАГ в местечке Клафенбах были обнаружены документы имперского министерства иностранных дел Германии. Ящик с множеством депеш и записей бесед находился в помещении местной управы. Принадлежал он бывшему высокорангированному чиновнику МИДа Фрицу Гробба, который перед приходом советских войск скрылся из местечка, оставив в доме, где он проживал, принадлежавшие ему вещи и упомянутые документы. Немцы народ аккуратный, и по причине отсутствия хозяина все это имущество по распоряжению магистрата было передано на хранение в управу.

Обнаруженные материалы оказались настолько интересными, что у компетентных органов появилось желание видеть их хозяина. Гробба был объявлен в розыск, его задержали в Майнингене, что в Тюрингии. Последовали допросы.

В справке, представленной начальнику внешней разведки, указывалось, что Гробба вплоть до капитуляции Германии работал на ответственных постах в министерстве иностранных дел, специалист по Ближнему Востоку, владеет восточными языками, занимал дипломатические посты в странах региона: был консулом в Афганистане, а с 1932 по 1939 год германским послом в Багдаде.

После разрыва дипломатических отношений между Ираком и Германией ведал иракской проблематикой в центральном аппарате своего министерства, в том числе разрабатывал мероприятия по стимулированию в стране антибританских настроений. В мае 1941 года иракский кабинет, возглавляемый Гейлани, получив при посредничестве правительства Виши помощь оружием, начал враждебные действия против англичан, в которых в качестве командира одной из частей участвовал и Каукджи, к тому времени получивший известность как один из способных арабских командиров.