Читать онлайн «Код операции - Тарантелла. Из архива Внешней разведки России». Страница 102

Через возможности лондонской резидентуры НКГБ в числе других был получен и доложен политическому руководству СССР текст указания Форин Оффис послу Галифаксу по этому вопросу, где четко и конкретно формулировалась позиция Великобритании. Шифртелеграмма датирована 15 сентября 1941 года и была, очевидно, ответом на поступившую от посла информацию о предложениях Кароля. Цитируем:

«1. Мы пока что отказались от мысли создать какое-либо свободное румынское движение по нижеследующим соображениям:

а) в настоящее время мы не располагаем ни одним румынским деятелем с достаточным авторитетом в Румынии, подходящим для руководства таким движением с перспективой на успех;

б) любое движение должно обладать политической поддержкой и пользоваться доверием Маниу —лидера национально-крестьянской партии, единственной партии, стоящей полностью на нашей стороне и способной организовать сопротивление существующему режиму.

2. Король не удовлетворяет ни одному из указанных выше условий.

Мы полагаем, что он является наиболее ненавистным человеком во всей Румынии. Любое движение, ассоциирующееся с его именем, будет подозреваться в намерении восстановить его владычество и вызовет поэтому враждебное к себе отношение не только со стороны крестьянской партии, но и всего румынского народа.

3. Поэтому мы предлагаем ответить, что в то время как мы симпатизируем целям Кароля, мы убеждены в том, что они не могут быть достигнуты таким движением, которое не пользуется полной поддержкой Манну и национально-крестьянской партии, и что без достаточных заверений по этому поводу Мы не можем, к нашему великому сожалению, поддержать его предложения».

С Каролем все было ясно и для англичан, и для советской стороны: делать погоду в Румынии будут другие люди.

Факторы британского влияния в Румынии складывались постепенно многие десятилетия, и, пожалуй, решающим в этом процессе было участие в румынской экономике английского капитала. Методы были не столь уж и новые, но хорошо зарекомендовавшие себя не только в Румынии. Своих людей англичане готовили из местных: госслужащих, коммерсантов, финансистов, давали им возможность сделать карьеру, даже разбогатеть.

Потом наиболее способные из них допускались к участию в английских фирмах в Румынии или даже в Англии. Подчас это сопровождалось и установлением родственных связей, что в комплексе давало очень неплохие результаты. Так исподволь формировалась система надежных взаимоотношений, которая достаточно эффективно использовалась Великобританией для обеспечения своих политических и экономических интересов. Не только в самой Румынии, но и за ее пределами считали, что наиболее последовательными сторонниками проанг-лийской линии были князь Стирбей и крупнейший промышленник и банкир Аушнит.

Стирбей, чему помогло и его происхождение, смог очень удачно вписаться в жизнь двора еще при короле Фердинанде: он был в фаворе у его супруги Марии, английской принцессы, между ними установились очень доверительные, даже близкие отношения. Князь, вложив значительные суммы в румынский филиал английской компании «Виккерс Армстронг», выдал свою дочь за управляющего этой фирмой, что еще больше связало его с английскими интересами в Румынии. Его положение приближенного человека королевского двора давало дополнительные плюсы его репутации. Это сопрягалось с его неординарными личными и деловыми качествами и обеспечивало ему заметное место в румынской политической жизни.

Карьера Аушнита складывалась совсем по-иному. Начинал он рядовым чиновником, а затем поселился в Англии, где сумел заслужить доверие у британских бизнесменов. Так, он стал менеджером одной из британских компаний в Румынии, а со временем, как говорили в Бухаресте, с подачи англичан, стал доверенным лицом двора по финансовым вопросам. Было это уже при Кароле.

Очевидно, увлекшись чрезмерно всякого рода комбинациями, которые помогли ему существенно прирастить свое личное состояние, он имел неприятности с правосудием, но в это время к власти в стране пришел Антонеску и дело замяли. В светских кругах шептались, что Ауш-нит успел оказать какие-то услуги и будущему диктатору Румынии. Затруднения возникли совсем с другой стороны: началось соперничество за ведущее место в деловом мире с другим магнатом, Малаком, но это вроде вписывалось в рамки конкурентной борьбы.

С началом войны непосредственное английское присутствие в Румынии сокращалось, но там оставался Ауш-нит, через которого англичане могли контролировать ситуацию, во всяком случае в части осведомленности о положении дел в стране. У Аушнита появились дела с племянником Антонеску Михаилом, который вскоре занял пост вице-премьера правительства. Несмотря на имидж человека проанглийской ориентации, все уладилось и с немцами, которые стали хозяйничать в Румынии. Ларчик открывался просто: Аушнит посодействовал назначению вице-председателем совета директоров заводов «Решица» брата рейхсмаршала Геринга.

Когда ситуация в связи с поражениями германо-румынских войск стала меняться, то немцы решили все же изолировать Аушнита как англофила, и он подвергся аресту. Но весной 1944 года ему организовали побег, и на самолете, который пилотировал известный румынский летчик Кантакузино, Аушнит был доставлен в Египет, а затем переброшен в Англию.

Активизировались и старые друзья Англии Братиану и Маниу — лидеры исторических партий Румынии — цара-нистов и либералов, — так что позиции англичан в стране представлялись весьма и весьма солидными.

Все эти обстоятельства побудили руководство советской внешней разведки приступить к детальному анализу информации по Румынии, поступавшей из резидентур. Она свидетельствовала, что после уничтожения румынской армии на Восточном фронте и разгрома немцев под Сталинградом румынские верхи начали поиск путей сохранения своего существования в случае поражения Германии. Наиболее удобным и безопасным для режима Антонеску явилось проведение закулисной игры руками оппозиции.

Оппозиция приветствовала захват Румынией Бессарабии и Буковины, но уже три месяца спустя после нападения на СССР в послании к Антонеску высказалась против дальнейшего ведения войны, считая ее законченной для Румынии и требуя сосредоточения румынских войск на венгерской границе. Успешное наступление Красной армии, поражение немцев в Африке и продвижение англо-американских войск в Италии привели к ее серьезной активизации.

Находившийся на лечении в Банате лидер национал-царанистов Маниу срочно вернулся в Бухарест, его заместитель Михалаке встретился с вице-премьером М. Антонеску и от имени оппозиции высказал ему следующие соображения: