Читать онлайн «Земля в огне». Страница 161

Большой вклад в эту работу внесли местные жители. С их помощью было отремонтировано более 2200 км дорог, построено и восстановлено около 400 мостов. Участки путей на правом берегу Днестра были перешиты с западноевропейской на нашу колею, их пропускная способность увеличилась в 1,5 - 2 раза.

На строительстве дорог и аэродромных узлов самоотверженно трудились жители Волынской, Ровенской, Тернопольской и Хмельницкой областей. С их помощью инженерно-аэродромные батальоны за десять дней создали 33 новых аэродрома, восстановили разрушенные и построили много посадочных площадок в 8 - 20 км от линии фронта. Для маскировки базирования авиации было создано 33 ложных аэродрома, по которым противник в июне - июле нанес 87 ударов.

Ускоренными темпами вводилась в строй ранее поврежденная техника, проводилось техническое обслуживание новых танков, полученных с заводов. В войсках и на складах к началу наступления было сосредоточено от 2,5 до 5 боевых комплектов боеприпасов, от 6 до 10 заправок горюче-смазочных материалов для танков и автотранспорта и от 15 до 30 суточных дач основных видов продовольствия.

Надо сказать, что органы тыла 1-го Украинского фронта действовали в подготовительный период операции и особенно в ходе ее с очень большим напряжением и сумели справиться с колоссальным объемом работ, несмотря на всевозможные трудности и неожиданности боевой обстановки. Об этом я могу судить хотя бы по опыту "тыловиков" 3-й гвардейской танковой армии, которыми непосредственно руководил генерал-майор интендантской службы Иван Карпович Николаев. На должности начальника тыла армии он находился с мая 1943-го и имел солидный опыт организации хозяйственной работы. У него были незаурядные способности руководителя, он являл безупречный пример честного, добросовестного отношения к делу, которое ему было доверено и которое он любил всей душой, относясь к нему с глубоко партийных, государственных позиций. Подчиненными ему людьми И. К. Николаев руководил весьма уверенно, со знанием дела. О его организаторских способностях по достоинству отзывался тогда, в период подготовки Львовско-Сандомирской операции, маршал И. С. Конев. Тыловые части и подразделения, можно сказать с полным основанием, помогли заложить надежный фундамент успеха предстоящей операции.

На основании директивы Ставки в войсках проводилась напряженная боевая подготовка всего личного состава и штабов. Основное внимание уделялось обучению войск на основе накопленного опыта. С офицерским составом всех родов войск проводились учебные сборы, военные игры, разборы весенних наступательных боев. С командующими армиями и начальниками штабов, командирами корпусов разбор наступательных операций провел лично командующий фронтом. Войска в любую погоду, днем и ночью овладевали искусством форсирования рек, прорыва укрепленных полос, специально оборудованных по типу немецкой обороны.

Поскольку во многих частях, особенно в стрелковых, от 60 до 90 процентов всего личного состава составляли бойцы, призванные с освобожденной от врага территории, ранее не служившие в армии, с ними была организована наиболее напряженная учеба - по 12 - 14 часов в сутки. Проводилась так называемая обкатка их танками. Молодое пополнение встречалось с ветеранами боев, перенимало их опыт.

К началу операции танковые армии были доукомплектованы новой техникой, поступившей с заводов. Из училищ прибыли молодые офицеры - командиры экипажей, механики-водители. Они нуждались в дополнительных занятиях по вождению машин по пересеченной местности. Особое внимание обращалось на сколачивание экипажей, на подготовку молодых механиков-водителей. Для них были созданы краткосрочные курсы. Более опытные танкисты направлялись на сборы по повышению квалификации.

В частях и соединениях танковых армий проводились трехдневные сборы заместителей командиров полков, батальонов и рот по технической части. Во время показных занятий тщательно отрабатывались вопросы эксплуатации и обслуживания танков в летних условиях. В результате все машины до начала операции прошли высококачественное техническое обслуживание. Добросовестность, с которой инженерно-технический состав исполнял свои служебные обязанности, способствовала повышению эксплуатационной надежности танков, а в дальнейшем - решению стоящих перед танкистами задач.

В это же время войска осуществляли скрытные перегруппировки на направлении главных ударов. Протяженность маршрутов достигала 100 - 200, а в отдельных случаях 400 и более километров. Надежное прикрытие войск от воздействия авиации противника как до начала, так и в ходе наступления было достигнуто за счет массирования зенитных средств на главных направлениях и четкой организации системы противовоздушной обороны общевойсковых армий и подвижных групп.

Активно велась разведка противника. В ночь перед операцией она подтвердила предположение командования об отводе вражеских войск с переднего края в глубь обороны, чтобы избежать потерь в период нашей артиллерийской и авиационной подготовки.

Командиры и штабы всех степеней огромное внимание уделяли организации централизованного, гибкого управления войсками. Важное значение для успеха наступления имели скрытность подготовки и достижение внезапности путем проведения мероприятий по оперативной маскировке. Фашистское командование догадывалось о предстоящем наступлении советских войск. Чтобы установить группировку наших частей и соединений, особенно танковых армий, противник вел непрерывную воздушную разведку. В этих условиях строжайшая скрытность подготовки к предстоящей операции имела особо важное значение. Поэтому принимались все меры, предупреждавшие возможность утечки информации о замыслах нашего командования. В разработке боевых документов участвовал ограниченный круг лиц.

В нашей 3-й гвардейской танковой армии вначале работа по подготовке операции проводилась лично командующим и начальником штаба. Лишь за пять дней до начала операции к ее подготовке был привлечен начальник оперативного отдела, а за трое суток - весь штаб, находившийся в Вертиляцком лесу.

Основные документы (боевой приказ, план операции, план взаимодействия и др.) писались от руки. Распоряжения на сосредоточение в выжидательные районы отдавал сам командующий армией генерал П. С. Рыбалко. Личный состав корпусов целей и задач новой дислокации не знал. О месте нового КП не сообщалось ни одному из офицеров штаба армии до тех пор, пока штаб не был переведен туда. Передвижение войск велось интенсивно, точно по графику, в основном ночью, без освещения и без остановок в населенных пунктах. Общение военнослужащих с местным населением в этот период было запрещено.