Читать онлайн «В поисках оружия». Страница 50

Напряженным темпом шли работы и на оружейном заводе. Я не увидел ни одного медленно идущего инженера. Мальчики-скауты разносили приказания бегом. В огромных мастерских не было ни одного пустующего

станка, не было свободного места. Кругом станки, станки, станки. В непрерывном движении находились подъемные машины, лифты, дековильки, перебрасывающие разработки и детали винтовок. На заводском стрельбище я наблюдал, как производятся испытания винтовок с помощью оптических прицелов, которые тут же насаживались на них. Непрерывной лентой в легких вагончиках выбрасывал завод готовые изделия для вооружения колоссальной армии...

Здесь было уже налажено массовое изготовление нового образца пулемета Льюиса, принятого в то время для английской армии взамен системы Максима. Здесь я впервые познакомился с конструкцией этого пулемета. Принцип его работы не представлял новизны: автоматическое действие достигалось за счет энергии пороховых газов, которые следуют при выстреле за пулей; часть этих газов отводилась через боковой канал в стволе и отбрасывала поршень, который действовал на затвор. Подобное же устройство было и у пулемета Гочкиса, принятого во Франции и Японии. Оригинальное нововведение представляли лишь дисковые, барабанные магазины на сорок шесть патронов и система охлаждения. Последняя состояла из алюминиевого радиатора, надетого на ствол и окруженного металлическим кожухом, суживающимся в передней части. Охлаждение радиатора осуществлялось с помощью сквозняка. Его создавал непрерывный поток свежего воздуха вдоль ребер радиатора. Поток этот возникал благодаря тому, что при выстреле пороховые газы втягивали воздух с противоположного конца радиатора.

Для русской армии было бы очень важно иметь на вооружении эти более простые и легкие пулеметы: пулемет Льюиса вместе с сошками весил всего 14,5 килограмма, а наш Максим со станком - около 60 килограммов.

Мне хотелось узнать, сколько операций нужно для изготовления нового пулемета; эти данные позволили бы сравнить систему Льюиса с Максимом в отношении простоты ее фабрикации. Ведь изготовление одного пулемета Максима требует 2448 операций и занимает 700 рабочих часов. Я обратился к лейтенанту Кэрби с просьбой узнать у сопровождавшего нас по заводу директора компании эти данные и одновременно расспросить о производительности завода по выпуску оружия.

Директор покраснел, сделал недовольное лицо и что-то буркнул в ответ. На возражение Кэрби он вновь ответил что-то недовольным тоном и быстро удалился.

О том, что ответил директор завода, я решился спросить переводчика только в поезде.

- Директор сказал, что не имеет права говорить о количестве сдаваемого оружия, - сообщил Кэрби.

- Но ведь он должен был получить телеграмму военного министерства, разрешающую показать мне завод?

- Телеграмму он получил. Однако в ней не было приказания сообщать вам какие-либо секретные сведения!..

А вот мы, русские, не умели хранить свои тайны, не придавали им особого значения. Вспомнился мне тогда эпизод из моей жизни, происшедший в 1912 году. Как-то я сообщил по телефону на Сестрорецкий оружейный завод В. А. Дегтяреву, работавшему вместе со мной над автоматической винтовкой, что не могу быть вечером, а приеду днем, во время обеденного перерыва на заводе.

Был знойный июльский полдень. Старые одноэтажные заводские здания с выбеленными стенами накалились от солнца. Василий Алексеевич ждал меня у дверей мастерской. Двери были заперты на обед, на них висел громадный замок, который был, вероятно, свидетелем всей истории русского оружия, начиная от изготовления кремневых ружей.

- У вас есть ключ? Как мы пройдем? - обратился я к Дегтяреву.

- Ключ у коменданта проходной будки, но нам он не нужен.

Мы прошли вдоль мастерской. Большие окна из-за жары были открыты настежь. Они находились у самой земли. Мы перешагнули через подоконник и оказались в мастерской, где изготовлялись новейшие секретные образцы оружия...

Громыхающий курьерский поезд на всех парах нес меня из Бирмингема в Лондон.

Мы знакомимся с Лондоном

Совещания конференции заканчивались. Только теперь у нас появилось немного свободного времени, чтобы осмотреть Лондон. Если в Японии в течение первых двух месяцев мы изнывали от безделья, безрезультатно ожидая ответа на наши ходатайства, то в Англии с первого же дня начались заседания, непрерывно продолжавшиеся до тех пор, пока не было закончено обсуждение подавляющей части вопросов.

Каково было мое первое впечатление от Лондона? Мне казалось, что этот город - столица всего мира. Поражали его грандиозные размеры, громадное число жителей, богатства, собранные сюда со всех концов земного шара.

В Лондоне и на его окраинах жило в те годы 7 миллионов человек. В городе было около 8 тысяч улиц, суммарная длина которых составляла примерно 5 тысяч километров. В Лондоне проживало огромное количество иностранцев, главным образом американцев, французов, немцев; во время войны часть населения Бельгии, захваченной германскими войсками, тоже устремилась в Лондон. На улицах очень часто слышалась французская речь. Нам рассказывали, что здесь было больше шотландцев, чем в столице Шотландии - Эдинбурге, больше ирландцев, чем в их столице - Дублине, больше евреев, чем во всей Палестине, больше католиков, чем в самом Риме...

Во время прогулок по городу на нас, как и на всех туристов, прежде всего произвел впечатление его общий облик, вид улиц, площадей с памятниками, архитектура домов, а также уличная толпа и громадное движение экипажей, трамваев, омнибусов.

Большинство зданий имело три-четыре этажа. Англичане не любители американских небоскребов. Дома их серые, мрачные, с невиданным количеством подъездов. В этом сказывался характер хозяев страны - их стремление к полной самостоятельности, изолированности, а главное, независимости от соседей. Каждая квартира поэтому имела отдельный ход с улицы. Ближе к окраинам дома были еще ниже. Часто попадались очень распространенные в то время двухэтажные коттеджи с оригинальными острыми крышами и отдельными садиками.

Особую красоту английских улиц составляли магазины. В витринах всегда с большим искусством подобраны товары. Это были целые выставки, которым лондонский обыватель придавал большое значение.

В известные дни и часы, когда происходила смена выставленных образцов, например мужских и женских костюмов и платьев, мы видели толпы зрителей, собирающихся перед витринами, чтобы поглядеть на последние новинки. Выбор товаров в магазинах - колоссальный. Каждый мог найти здесь вещь по своему вкусу. Поразила нас и скорость, с которой происходила в больших магазинах процедура расплаты за купленные вещи. Обращаться в кассу не приходилось, деньги получал сам продавец; он отправлял их по пневматической трубе в центральную кассу, откуда через минуту возвращались квитанция и сдача. Магазины доставляли все закупки на дом, покупателям не нужно было об этом беспокоиться. Практичные англичане завели у себя изумительные порядки по обслуживанию населения. Магазины, расположенные в наиболее богатых центральных кварталах - Пикадилли, Риджент и Бондстрит, - показались нам образцовыми.