Читать онлайн «Министр Щелоков». Страница 96

Все заседания основного исполнительного органа — секретариата ЦК КПСС проводил М. А. Суслов и только в период его отсутствия — А. П. Кириленко. Иногда он мог позволить себе и отменить решения, одобренные Сусловым (по согласованию с Брежневым).

Но Суслов был для Брежнева (как и для Хрущева) надежной опорой в вопросах идеологии, марксистско-ленинской теории, в коих Леонид Ильич, как практик, слабо разбирался. Как и Брежнев, Кириленко в этом явно проигрывал Суслову. Брежнев также ценил способности Суслова в области контроля работы партийного и государственного аппарата.

Не только «днепропетровские», но и многие другие руководители не претендовали на глубину познаний в области теории. Это было поколение практиков. Да и сам Брежнев не скрывал, что мало разбирается в теории.

Суслов практически неограниченно управлял аппаратом ЦК КПСС. Круг деятельности его был очень широк. Как член Политбюро и секретарь ЦК КПСС он контролировал в партии работу отделов агитации и пропаганды, науки и учебных заведений, культуры и информации, два международных отдела, отдел молодежных и общественных организаций, Политуправление Советской армии и выездной отдел. Под контролем Суслова работали министерства культуры и образования, Государственные комитеты по делам издательств, кинематографии, Гостелерадио. Газеты и журналы, Главлит (цензура), ТАСС, связи КПСС с другими коммунистическими партиями, отношения с социалистическими странами, система партийного просвещения, отношения Советского государства с религиозными организациями и др. Он много внимания уделял работе Союза писателей, держал под контролем деятельность и других творческих союзов.

Роль помощников в формировании государственной политики была значительной как по статусу, так и по сути. Они готовили предложения «по реализации его полномочий» и «по перспективным и текущим планам работы генсека».

Большой аппаратный вес имели помощники генсека, выдвигающиеся на передний план вследствие его болезни. Существовала небольшая группа принадлежащих к элите из «днепропетровских» — Г. Э. Цуканов, В. А. Голиков, А. И. Блатов.

За вопросы внешней политики отвечал не принадлежавший к этой группе А. М. Александров-Агентов.

Большие возможности имели помощники секретарей, членов Политбюро М. А. Суслова, А. П. Кириленко. Серьезное влияние в ЦК имели управляющий делами ЦК КПСС Г. С. Павлов и заведующий общим отделом К. М. Боголюбов. Без их участия и «визы» в ЦК КПСС нельзя было «продвинуть» ни один важный вопрос.

Понятно, что отношения между М. А. Сусловым и «днепропетровскими» были далеко не безоблачными. Некоторые как, например, В. В. Щербицкий попросту его игнорировали. Другие ограничивались сугубо официальными отношениями.

У Щелокова с Сусловым отношения были, в общем-то, ровными, но осторожными. На многих совещаниях перед идеологическими работниками выступления министра внутренних дел принимались с одобрением. Высокую оценку докладам Щелокова не раз давал и сам Суслов. В одном из сборников, подготовленном под его редакцией, была включена статья Щелокова, посвященная идеологическим вопросам. Выступления Щелокова, посвященные правовым, идеологическим вопросам, высоко оценивались в ЦК КПСС.

Но при этом многие инициативы министра редко находили поддержку у Суслова, он был одной из «препон» при обсуждении их в ЦК КПСС или на Политбюро. Активность Щелокова, прямой выход на генсека порой просто раздражали Михаила Андреевича. Особенно инициативы министра, не связанные с деятельностью МВД. Так, когда Щелоков инициировал создание Комиссии по розыску останков царской семьи, и это дошло до Суслова, все разом заглохло.

В свою очередь, министр нет-нет, да и мог позволить себе идти (изредка!) вразрез с мнением и указанием второго секретаря ЦК КПСС. Однажды Суслов поручил Щелокову разобраться с шахтерами из города Шахты Ростовской области. Они у себя создали крупное тепличное хозяйство по производству ранних овощей и зарабатывают на этом большие деньги. Частнособственнические тенденции разлагают шахтеров, со временем они могут и в угольные забои не пойти. Суслов просил привлечь спекулянтов к уголовной ответственности, а парниковое хозяйство ликвидировать.

Щелоков, подумав, решил, что неосторожными действиями можно вызвать волну шахтерского неповиновения. Занявшийся этим делом глава ГУ БХСС П. Ф. Перевозник установил, что привлечь к уголовной ответственности шахтеров нельзя. Так как они не скупают, а затем перепродают, что в советское время являлось основным критерием для определения спекуляции, а продавали то, что вырастили своим трудом.

Суслов позвонил в обком партии и поручил местным органам власти на месте разобраться с этим. Партийное руководство вызвало начальника УВД к себе и также поручило привлечь шахтеров к уголовной ответственности, а теплицы разрушить.

Но генерал Перевозник дал установку работникам милиции не принимать участия в разрушении тепличного хозяйства, а свои функции свести лишь к обеспечению общественного порядка.

— Об этом я доложил Щелокову, — рассказывает П. Ф. Перевозник. — Как мне стало известно позже, операция была проведена по более мягкому варианту, хотя, используя бульдозер, часть парников все-таки уничтожили. Обком партии отчитался перед Сусловым, а милиция осталась в стороне[146].

Доходило до крайностей. Еще работая в Молдавии, Щелоков защитил кандидатскую диссертацию, начал работать над докторской. Когда Суслов узнал о том, что министр планирует защититься, категорически возражал. Да и другие в ЦК поглядывали на это косо, мол, не своим делом он занимается, с преступностью нужно бороться.

Брежнев, напротив, поддержал Щелокова. Он вообще не любил, когда в его присутствии кто-то негативно отзывался о министре внутренних дел. Брежнев это пресекал.

В июне 1970 году Н. А. Щелоков защитился. Он так объяснял свое решение: «Это не мне нужно, а милиции. Министр внутренних дел — доктор экономических наук».

Важно учитывать, что МВД — это не только оперативные службы. При Щелокове по объему производимой продукции оно входило в десятку промышленных министерств. Повторюсь, советские ИТУ выпускали промышленной продукции в суммарном выражении больше, чем все республики Прибалтики вместе взятые. По сельскохозяйственному машиностроению были на втором месте — за специализированным министерством тракторного и сельскохозяйственного машиностроения. Примерно так же в металлообработке, швейном производстве и т. д. А Главное специальное управление «Главспецлес» МВД СССР давало больше древесины стране, чем все Министерство лесного хозяйства СССР.