Читать онлайн «Стальная империя Круппов. История легендарной оружейной династии». Страница 251

И все же, при всей стойкости и непревзойденном трудолюбии германцев в создании «экономического чуда» 1950-х годов, сыграли большую роль внешние факторы.

После поражения рейха голландские порты стали работать вполовину своих прежних возможностей. Бельгийская горная промышленность, работавшая прежде на Германию, также переживала упадок; это относилось и к шведским рудникам, поскольку и они были тесно связаны с немецкой экономикой. Союзники тщетно пытались создавать в Руре легкую промышленность – край вовсе не был приспособлен к этому. Он всегда оставался германской кузницей, а не ткацкой фабрикой.

Рурские магнаты понимали, что они нужны Европе, и потому могли поторговаться. Время работало на них. После провала Московской конференции в апреле явно обозначился разрыв между СССР и его бывшими союзниками. Постепенно изменилось и отношение американцев к Круппу. Но политические ритуалы часто отстают от развития событий. Днем рождения новой Германии стало 12 мая 1949 года. В этот день русские, наконец, прекратили блокаду Берлина, потерявшую смысл из-за воздушного моста американцев, и Клей отбыл на Франкфуртскую конференцию. В сентябре того же года в Бонне немецкие политики, не имевшие «нацистского прошлого», выработали конституцию нового государства. Клей одобрил этот проект. Через три месяца были проведены выборы в Бонне, и Конрад Аденауэр стал первым послевоенным немецким канцлером. США, Англия и Франция объявили о прекращении действия военной администрации. В дальнейшим каждая из них должна быть представлена верховным комиссаром.

Крупп оставался в Ландсберге еще полтора года, но ситуация уже радикально изменилась. Теперь перед ним открылись новые перспективы, о которых раньше можно было только мечтать. Вот как он сам оценивал то время: «Название «чудо» было неудачным, чудеса тут ни при чем. После Первой мировой войны немцы хорошо усвоили, что они могут возрождаться после поражения. Труд без передышки – главный фактор. План Маршалла дал нам возможность начать дело. Другой подъемной силой была политика. Мы смогли снова встать благодаря тому, что распалась антигерманская коалиция военного времени, которая совместными усилиями преследовала Германию. Кроме того, нам повезло, а счастливую звезду тоже не надо упускать из виду. Благодаря всему этому произошло не чудо, а возрождение».

Удача улыбнулась Круппу во время нового, удивительного поворота судьбы. За все сто лет с тех пор, как первая пушка появилась на выставке в «Кристал-палас», только один вид боевой техники доказал свое прямое превосходство над оружием фирмы – советский танкт «Т-34». Гудериан считал, что благодаря этой машине русским удалось остановить его танки во время наступления на Тулу и Москву, а на Курской дуге эти танки сокрушили последний стальной щит Альфрида. Воспоминания об этом были неприятны Круппу, но он не мог забыть той истории.

И вот 25 июня 1950 года началась корейская война. При наступлении армия северян задействовала 150 танков «Т-34». Для мировых держав снова настало военное время.

Бросок танков «Т-34» на Сеул знаменовал новый поворот в истории концерна Круппов. Это был пролог собственно крупповского «экономического чуда», причем начало всему этому положили советские броневые чудища, которыми управляли «неполноценные» азиаты. Отсюда же берет истоки и история освобождения Круппа. Правда, причинную связь этих событий решительно отрицал преемник генерала Клея, американский верховный комиссар Макклой. Он утверждал, что именно сам «повернул ключ» и что нет ни слова правды в заявлениях, будто бы освобождение Круппа было инспирировано войной в Корее: «Ни один юрист или политик не давал мне указаний, и решение явилось делом моей совести».

Макклой пользовался заслуженным уважением и был самостоятельным в своих суждениях. Прежде он служил офицером в оккупационных войсках и имел степень доктора права, хотя не обладал опытом юридической работы. Европу этот человек знал почти как настоящий европеец. Вдобавок был умным и способным администратором. Но, как все люди, Макклой не был застрахован от ошибок. В действительности не он принимал решение, определившее судьбу Круппа, а кроме того, в то время ни один политик или администратор не избежал влияния ветра, который дул из Кореи.

Новый конфликт был значительно серьезнее недавней конфронтации, возникшей вокруг Берлина. Через пять лет после капитуляции Японии западные державы во главе с США снова начали в этом регионе большую войну. Между тем значительная часть их военных сил была в Европе, так как продолжалась оккупация Германии. В те дни многие немцы, в их числе Отто Кранцбюлер, понимали, что американцы не могут теперь не изменить своего отношения к германскому вопросу. Как писала «Нью-Йорк таймс», «возрождение промышленности Рура несовместимо с ограничениями, налагаемыми на промышленников». Британский верховный комиссар сэр Робертсон в частной беседе сказал: «Мы должны дать немцам шанс». По мнению некоторых исследователей, немцам конфликт в Азии принес быструю и безусловную выгоду; послекорейский бум вернул германскую промышленность на мировые рынки.

Американцы постепенно привыкали к военным бюджетам в 70 миллиардов и огромному военному штату. Все это были мрачные симптомы еще более мрачной реальности. Западные союзники в июне 1950 года имели в Германии всего 7 дивизий, а Советский Союз – 22, причем Ульбрихт еще создавал новую армию Восточной Германии. У всех союзников СССР были современная артиллерия и танки «Т-34». А когда руководство НАТО обратилось к французам с вопросом, какой они могут выделить воинский контингент, те ответили: две неполные дивизии, одна из которых была вооружена старыми крупповскими танками, тех же моделей, что и машины, сокрушенные русскими. К тому же французским танкам не хватало запасных частей.

Неудачи на корейском фронте заставили стратегов из Пентагона снова вспомнить о прусских милитаристских традициях. Правда, в сентябре войскам союзников удалось остановить наступление танков «Т-34» в Пусане благодаря самолетам с грузом напалмовых бомб и танковскому соединению, составленному из «церманов», и «паттонов». Но в конце октября в войну вступил Китай. Тогда американцы, англичане и французы сняли с немецких промышленников лимит на производство стали, чтобы готовиться к борьбе против коммунизма. Лимит был 11 миллионов тонн. Крупповские инженеры думали, что в тех условиях все равно нельзя подняться выше 13,5 миллиона тонн в год. Однако новое поколение быстро перекрыло эти показатели, и через три года Германия (то есть Рурская область) давала 18 миллионов тонн. 1 декабря 1950 года Альфрид провел первое заседание совета директоров со времени поражения Германии. Да, он оставался еще заключенным, но четыре китайские армии начали массированное наступление, и начальник тюрьмы выделил большое помещение для деловых целей фирмы. Вместе с теми, кто отбывал наказание, там присутствовали представители легального руководства, прибывшие из Эссена. Крупп занял место во главе стола – и началась работа.