Читать онлайн «Sindroma unicuma. Книга 2.». Страница 239

При нашем появлении голоса смолкли, и наступила тишина, а гул укатился на первый этаж:

- Идут, идут!

И Аффа снова всхлипнула где-то позади.

Как в тумане уходили ступеньки под ногами, и передо мной расступались, пропуская. Улыбались и смотрели - с восхищением и восторгом.

Я и не подозревала о том, сколько студентов жило в нашем общежитии. Мало с кем из них была знакома, но сталкивалась в столовой, в библиотеке, в архиве, на лекциях, на консультациях и экзаменах.

Там был сосед Радика, прилепившийся к двери на втором этаже и подмигнувший мне. Там был Капа, которому надлежало навещать отца в больнице. Там был Радик, улыбавшийся так, словно весь снег, нападавший за зиму, растаял, и началась весна. Там был Алесс, опершийся о перила на первом этаже. Ухмыляясь, рыжий протянул руку, в которую я вложила ладошку в перчатке, а он по-джентельменски поцеловал её.

Там было много парней и девчонок, - за моей спиной, вдоль коридора, впереди в холле. Тётка-вехотка заняла подоконник у окна, и, сложив руки замочком на животе, переговаривалась с пузатеньким усатым мужчиной.

А у выхода метался взъерошенный и отчаявшийся Петя. Увидев меня, он замер и растерянно заозирался. Похоже, спортсмен не узнал свою даму.

- Петя, привет, - подошла я к нему.

Голос охрип, губы не слушались. Бом-м, бом-м! - звенело в голове.

- Эва?! - выдохнул пораженный чемпион. - Эва...

- Какая красота! - сказал в тишине усатый друг комендантши. - За нее и убить можно.

Петя, выйдя из потрясенного ступора, протянул букетик в золотой бумаге с блестящими серпантинными завитушками. Взяв цветы, я вложила ладонь в руку парня и обернулась.

Всё общежитие вышло провожать меня, и, столпившись в холле, все смотрели на нас с чемпионом.

Вива, оттесненная к стене, отсалютовала мне сжатым кулаком. Да, мы покажем им, что не лыком шиты, - кивнула я. Мучения того стоили.

В уголке всхлипывала расчувствовавшаяся Аффа и отбивалась от Капы, подкалывавшего её.

Я видела, многие из девчонок не сдерживали эмоций, будучи солидарными с соседкой. Наверное, сегодня каждая из них представила в своем воображении, каким станет самый важный день в ее жизни.

И правда, меня провожали как невесту, передавая в объятия измученного ожиданием жениха.

Воздушный поцелуй улетел, адресованный всем-всем-всем собравшимся, и холл взорвался свистом и рукоплесканиями.

Еще мгновение, и расплачусь самым позорным образом.

- Эва... - потянул меня чемпион. - Прошу, - и распахнул дверь.

Пылающие щеки опалил свежий воздух.

Перед крыльцом общежития стоял многометровый белый лимузин, открытую дверцу которого придерживал водитель в форменной одежде и фуражке. Как же Петиной машине удалось попасть за ворота, в святая святых институтского периметра, куда не допускали никого из смертных?

- Стопятнадцатый, - сказал мой кавалер, уловив суть немого удивления.

Конечно, это Генрих Генрихович.

Все-таки не удержусь. Разревусь и опозорюсь, и никакая стойкая косметика не выдержит моих кислотных слез.

- Эва, - сказал спортсмен, подведя меня к дверце. - Спасибо тебе.

- Тебе спасибо, - поблагодарила я вдохновенно, усаживаясь отрепетированным движением на сиденье.

Все правильно, ошибки не было. Спасибо Пете за то, что он попросил вернуть долг. В тот миг я ощущала себя наисчастливейшим человеком на земле.

КОНЕЦ 2 КНИГИ