Читать онлайн «Беспокойное сердце». Страница 79

Кроме Никиты Сергеевича Хрущева, окончательное решение принимали министр обороны Родион Яковлевич Малиновский и министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко. Обо всем знали также Леонид Ильич Брежнев и Дмитрий Федорович Устинов. В ведении обоих были вопросы военного производства: у первого — в Президиуме Центрального Комитета КПСС, у другого — в Совете Министров СССР, где последний был заместителем министра по соответствующей части.

Даже в том, был ли информирован о принятом решении такой высокопоставленный деятель, как Михаил Суслов, я не достаточно твердо уверен.

Предполагалось, что американцы узнают обо всем лишь после того, как ядерные ракеты встанут на свой боевой пост рядом со своими носителями в стартовых укрытиях. В таком случае у наших визави не оставалось бы иных возможностей, чем снова сесть за стол переговоров.

Операция по размещению наших ракет получила название «Анадырь».

Казалось, никаких препятствий для успешного проведения операции не будет. Началась она в июле 1962 года.

Однако в наших расчетах оказались ошибки…

Американцы, занятые в то время проблемами в Европе и Вьетнаме, не сразу спохватились. И все же к концу лета у Джона Кеннеди на столе лежали материалы, свидетельствующие о расширении военной мощи советских войск на Кубе. Но даже тогда еще никто из американских политиков, видимо, не мог предположить, что русские осмелятся разместить ядерные боеголовки в непосредственной близости от США.

Однако полученные сведения заставили американцев усилить разведывательные полеты над Островом Свободы, тем более фотоснимки неопровержимо показали: на Кубе — наступательные советские ракеты.

Как удалось разоблачить действия советских военных?

Замаскировать подготовительные работы такого масштаба всего в нескольких милях от американских берегов было далеко не просто. Куба — не Сибирь, покрытая кронами вековых деревьев. Прежде всего американцев могли встревожить снимки, полученные самолетами У-2, которые они могли сравнить со снимками их разведчиков, летавших над территорией Советского Союза: шахты, построенные на Кубе, были того же типа, что и укрытия для атомных ракет, сооруженные у нас.

Вероятно также, помогла и агентура, которая была у ЦРУ среди кубинцев. Последнюю деталь в мозаику тревожных предположений американцы получили, очевидно, к середине октября 1962 года, когда обнаружили множество советских кораблей, направлявшихся к кубинским берегам. Наш план был раскрыт в самой его заключительной части.

Реакция американцев была стремительной. Кеннеди срочно создал Исполнительный комитет Совета национальной безопасности для выработки мер по устранению ракетной угрозы, которая неожиданно оказалась рядом. В Исполком вошли вице-президент Л.Джонсон, госсекретарь Д.Раск, министр обороны Р.Макнамара, министр юстиции Р.Кеннеди, директор ЦРУ Д.Маккоун и др. На первом его заседании 16 октября в Белом доме под председательством Кеннеди военные настаивали на немедленном применении массированной бомбардировки Кубы, вторжении на остров и свержении Кастро. Против немедленных действий выступил вначале Р.Макнамара: министр обороны выразил опасение, что не все ракеты могут быть уничтожены, а уцелевшие смогут дать залп по США. Поддержал его и Роберт Кеннеди.

К 18 октября большинство Исполкома пришло к выводу о необходимости введения морской блокады, но обсуждались и другие варианты.

Ничего об этом не знали деятели СССР. Первым был скомпрометирован наш министр иностранных дел Андрей Андреевич Громыко, прибывший в США для участия в Генеральной Ассамблее ООН. 18 октября он заявил на встрече с президентом США Кеннеди в Вашингтоне, что не может быть и речи о какой-либо переброске нашего атомного оружия на Кубу, что СССР поставляет на Кубу исключительно оборонительное вооружение, которое не представляет никакой угрозы для Соединенных Штатов.

Но уже в тот момент США перестали сомневаться как раз в обратном.

20 октября Исполком предложил президенту следующие альтернативные решения:

— вторжение на Кубу;

— уничтожение ракетных установок бомбардировкой с воздуха;

— установление блокады Кубы; ведение переговоров с Хрущевым по дипломатическим каналам;

— передача проблемы на обсуждение ООН.

Исполком рекомендовал президенту начать с установления блокады острова.

21 октября мы получили от наших резидентов сведения о том, что в Вашингтоне проходит секретное заседание кабинета президента с руководством Пентагона, после чего, по сведениям американских журналистов, надо ждать каких-то важных заявлений. Совещание затянулось до глубокой ночи, о чем свидетельствовали ярко освещенные окна офисов.

Получив эти сведения, газета «Правда» на следующий же день под рубрикой «Опасные и безответственные действия» сообщила со ссылкой на газету «Нью-Йорк геральд трибюн», что «никогда прежде так много высокопоставленных должностных лиц не собирались по воскресеньям на такое длительное время», что это совещание совпало с концентрацией у берегов Кубы военно-морских и военно-воздушных сил США — более 40 военных кораблей и около 20 тысяч солдат и офицеров морской пехоты.

Большую помощь в дальнейшем ходе событий оказал первый советник советского посольства и одновременно резидент КГБ на американской территории Александр Фомин (настоящая фамилия. Феклисов). Он имел к тому времени в Вашингтоне широкие связи среди журналистов, телевизионщиков, видных политических деятелей.

22 октября его неожиданно пригласил на завтрак известный внешнеполитический обозреватель телеканала Эй-би-си Джон Скали, с которым у него установились регулярные дружеские отношения.

Скали вел программу «Вопросы и ответы», которая пользовалась в Штатах большой популярностью. В ней выступали министры, известные политические деятели и конгрессмены. Он был лично знаком с кланом Кеннеди, включая президента, с госсекретарем Д.Раском и другими видными политическими лицами.

В этот раз Д.Скали выглядел необычайно взволнованным и без обычного обмена любезностями начал разговор с обвинений в адрес Хрущева: он упрекал советское руководство в агрессивности, в стремлении навязать Кеннеди свою позицию по Западному Берлину, а теперь еще и в том, что оно угрожает США ракетным обстрелом с Кубы. Феклисов в ответ привел убедительные доводы, что застрельщик в нагнетании обстановки не Советский Союз, а Соединенные Штаты: именно они окружили СССР сетью военных баз с ракетным вооружением, именно они засылают военные разведывательные самолеты У-2, которые летают над территорией нашей страны, именно они сколачивают военные блоки, острием направленные на Советский Союз. Д.Скали реагировал очень нервно, чувствовалось, что он куда-то торопился, и наконец сообщил, что надо успеть к телевизору: вечером президент Америки выступит с обращением к американскому народу с обвинениями в адрес Хрущева и Кубы.